Инженер. Система против монстров 4 (СИ) - Гремлинов Гриша

— Это невозможно… — прошептал Олег Петрович, отступая ещё на шаг. — Трупное окоченение… иссушение тканей… полное отсутствие жизненных функций… Этого не может быть!

Но это было. Прямо перед нами. За свою карьеру он с гарантией видел смерть в сотнях проявлений. Но сейчас его лицо исказилось при виде того, что отрицало все законы биологии. Двенадцать оживших трупов продолжали беспомощно биться в своих коконах.

И тут над головой каждого из них вспыхнула короткая, лаконичная надпись. Но не голубая, как обычно. Красная.

Мертвяк — Уровень 1

Мертвяк — Уровень 1

Мертвяк — Уровень 1

Я похолодел ещё сильнее, хотя думал, что не смогу. А зомбаки-то у нас признанные, каталогизированные, получившие свой ничтожный первый уровень. Мой мозг, перегруженный шоком, лихорадочно заработал, отбрасывая эмоции и цепляясь за логику. Это не случайность. И не какой-то неизвестный вирус, по крайней мере, очень на это надеюсь. Такое синхронное, целенаправленное оживление… Это управляемый процесс. Кто-то дёргает за ниточки. Кто-то отдал им приказ «встать».

— Некромант, — выдохнул я, не отводя копья от ближайшего мертвяка. — Где-то рядом маг, который поднимает мёртвых.

Мы ещё не сталкивались с такими. Маги огня, тьмы, иллюзий, телекинетики, приручители… Но это что-то новенькое. Нечто, ломающее фундаментальные законы жизни и смерти. Вот только этого нам не хватало!!!

— Он здесь? — сухо уточнил Варягин.

В этот самый момент с улицы донёсся пронзительный крик. Высокий и полный ужаса.

Детский визг.

Олеся.

В одну секунду всё изменилось. Паучье логово, ожившие мумии, угроза некроманта — всё отошло на второй план, вытесненное инстинктивным страхом за ребёнка.

— ДОЧЬ! — закричал Варягин.

Забыв про слабость, он рванулся к выходу. Следом сорвался Медведь и все остальные. Все мы дружно ломанулись к пролому, перепрыгивая через груды обломков. Сердце колотилось где-то в горле. Только не это. Только не с ней.

Женя, беззвучной тенью, скользнул следом. И сразу же выставил перед собой ТТ, поводил стволом, выискивая цель.

«Газель» стояла на месте. На краю кузова стоял Фокусник, сжимая в руках автомат и хмуро глядя на площадь перед собой. В самом кузове, забившись в дальний угол, сидела Вера. Она крепко обнимала Олесю, которая рыдала, уткнувшись лицом ей в плечо.

— Что случилось⁈ — крикнул Варягин, подбегая к машине.

— Она просто закричала, — растерянно ответила Вера, гладя девочку по волосам. — Я не знаю, что её так напугало…

Мики сидел рядом и нервно озирался. Остатки его шерсти топорщились, а хвост извивался вопросительными знаками. Он осторожно потрогал хозяйку лапкой, будто тоже пытаясь утешить. Олеся всхлипнула и, подняв заплаканное личико, указала пальцем на площадь:

— Они шевелятся… — всхлипнула она.

Я обернулся. Говорить, что моя кровь окончательно застыла, бессмысленно. Она уже и так стала настолько ледяной, что крио-модуль не смог бы понизить её температуру сильнее.

Площадка перед домом, усеянная сотнями разорванных крысиных трупов, оживала. И эта картина впечатляла даже сильнее, чем пробуждение мумий в логове. В тысячу раз сильнее, блин! Прямо возле меня туша с вывалившимися кишками дёрнулась. Когти твари заскрежетали по бетону. Мышцы сократились на торчащих рёбрах.

Рядом приходила в себя крыса с переломанным позвоночником. Изогнутое под немыслимым углом тело с хрустом выпрямилась. Зверушка, у которой не было половины головы, поднялась на лапы, и из её черепа полилась густая, тёмная жижа.

По всей улице пошло движение. Судорожное, дёрганое, противоестественное. Серые мохнатые трупы шатались, но вставали. Марионетки. Уродливые, сломанные куклы, которых невидимый кукловод заставлял двигаться. Настоящая армия из рваного, гниющего мяса, поднимающаяся из кровавой грязи по чьей-то злой воле.

В голову ударила мысль. А ведь некроманта здесь нет. И он не поднимал трупы в логове. Он поднял ВСЕ трупы в радиусе действия своей магии. И мы оказались в эпицентре этого кошмара.

Словно по команде, в сотнях мёртвых глаз одновременно вспыхнули крошечные, но яркие багровые огоньки. Они горели неровным, злобным светом, как тлеющие угли в адской топке. И сразу же, над каждой воскрешённой тварью возникли надписи, полыхающие тем же кроваво-красным цветом.

Мёртвая Крыса — Уровень 1

Мёртвая Крыса — Уровень 1

Мёртвая Крыса — Уровень 1

— Твою мать… — только и успел выдохнуть я.

Ближайшая тварь, у которой половина морды была содрана до кости, издала противный визг и бросилась на меня.

Я сделал шаг навстречу, выставляя перед собой копьё. Криогенный модуль продолжал работать, удерживая перед остриём низкотемпературную сферу. Мёртвая крыса врезалась в неё.

Не было ни влажного чвяка, ни хруста костей. Потому что до самого острия крыса не долетела. Раздался глухой, упругий хлопок, словно лопнул туго надутый мяч. Волна высвобожденной энергии оказалась настолько мощной, что тварь отлетела назад.

В полёте её тело заледенело, покрылось толстой коркой инея, а лапы, вытянутые в отчаянном прыжке, так и застыли хрупкими сосульками. Она звонко жахнулась об асфальт и разлетелась на сотни ледяных осколков.

Получено опыта: 10 × 3 = 30

Но это лишь капля в море. В ту же секунду вся площадь пришла в движение. Армия мохнатых мертвецов, получив безмолвный приказ, ринулась на нас. Они неслись вперёд, спотыкаясь о собственные вывалившиеся кишки, не обращая внимания на сломанные лапы и чудовищные раны. Просто мясо, идущее в атаку. Но действовали они ни хрена не хаотично! Эти сучата атаковали слаженным, единым порывом. Не меня лично, нет. Они собирались сожрать всех нас.

— К бою! — рявкнул Варягин.

Искра вскинула руку, и воздух перед ней заплясал от жара. Огненная стена захлестнула нескольких крыс, те заметались чёрными силуэтами в пламени и затихли.

— Тупые крысёныши, захотели обратно в ад? — злорадно выпалила она, подбадривая саму себя. — Сейчас устрою вам крематорий на выезде!

Она глубоко вдохнула и выдохнула. Из её рта вырвалась струя пламени. Причём маны пиромантка не пожалела, вышло прям красиво. Раскалённый поток ударил в самую гущу набегающей орды. Первые ряды крыс вспыхнули, как пропитанные бензином факелы. Визг горящей нежити смешался с запахом палёной шерсти.

Фокусник, стоявший в кузове «Газели», открыл огонь. Его автомат залаял короткими, злыми очередями, выкашивая наступающих. Тень, высунувшись из окна водителя, присоединился к нему, методично отстреливая мёртвых тварей. Вот только те дохли далеко не всегда.

— Да блин же! — заорал Фокусник. — Дохляков положить не легко!

— Бей в голову, умник! — кричала Искра, поджигая очередную крысу. — Как в кино! Это же типичный зомбиапок!

Следующую крысу я принял на силовой щит. Невидимая сила сработала как гигантская пружина — упругий удар отшвырнул мёртвую тушу обратно в толпу, сбив с ног ещё парочку её сородичей.

Другая подскочила к моим ногам, целясь жёлтыми зубами в лодыжку. Правая рука с копьём дёрнулась вперёд. Палец нажал кнопку на древке. Перед наконечником вспыхнула сфера мерцающего холода. Укол. Контакт. Глухой хлопок, и крыса, не издав ни звука, просто перестала существовать. Обратилась ледяной глыбой и развалилась от моего пинка.

Женя стоял рядом со мной и отстреливался. Сухие хлопки его ТТ с глушителем слились в единый ритм. Каждая пуля находила цель, пробивая черепа и снося головы. Только тогда эти твари дохли. Мозги по асфальту, и порядок.

Пули 7,62 отлично справлялись с задачей, но Женя быстро понял, что пистолет в такой мясорубке — что зубочистка против лавины. Не говоря ни слова, он убрал ТТ в инвентарь, и в его руках тут же материализовался автомат. Приклад упёрся в плечо. Короткие, точные очереди по два-три патрона. Эффективно. Смертоносно.

Варягин шагнул вперёд, его тело окутала полупрозрачная золотистая аура, «Гнев Паладина». Священный клинок в его руке вспыхнул ровным, тёплым светом. Он не рычал, не издавал боевых кличей, как берсерки. Он просто начал работать, несмотря на зверскую усталость и плохое состояние здоровья. Лезвие описывало смертоносные дуги, рассекая мёртвую плоть с потрясающей лёгкостью. Каждый удар оставлял идеально ровные, светящиеся изнутри срезы. Странный эффект, но он делал мастерство паладина визуально чистым, не давая запачкаться в скверне.