Корпорация Santa (СИ) - Деев Денис

Максим на автомате отметил, что ножки у неё весьма изящные, пусть и зеленые. Им бы еще лодочки на шпильке...

— Глаза подними! — Окрик Эйры прозвучал как щелчок кнута. — Ты понимаешь, что чувствует человек, которого разглядывают как кусок мяса на витрине?!

— Что?! Чего?! — опешил Макс. — Ну погоди, ты довольно привлекательна, когда на тебе нет трех слоев грязи...

— Грязи?! — Эйра возмущенно вскинула подбородок. — Ты обвиняешь нас, жертв жесточайшей корпоративной культуры, в том, что мы неподобающе выглядим в условиях тотального дефицита ресурсов?!

Макс понял, что в ней проснулось нечто опаснее вахтера.

— Слушай, я никого не обвиняю! — Макс решил перевести разговор в конструктивное русло. — Мне просто... мне жизненно необходимо узнать: кем ты была в той, прошлой жизни?

— А тебе не кажется, что ты решил перейти барьер? — ледяным тоном спросила Эйра.

— Барьер?!

— Да, личные границы. Ты слышал о таких? Мы еще не настолько хорошо знакомы, чтобы ты их пересекал.

— Да господи боже мой! Пресвятой Санта... — Макс схватился за голову.

— Что?! — Эйра подозрительно прищурилась на упоминание Санты.

— Забудь! У нас нет времени на препирательства, мне до утра нужно вернуться наверх, пока Стелла не обнаружила пустую капсулу!

— О да! — Эйра язвительно усмехнулась. — Оставишь нас здесь гнить, чтобы самому…

— Хватит! — Макс подскочил к ней почти вплотную. — Ты кто?! Чем ты занималась в то жизни?! Что ты вспомнила?

— Я была... правозащитницей, — Эйра произнесла это с таким достоинством, будто объявляла о праве собственности на вселенную. — Специализировалась на трудовых спорах и защите ментальных границ в условиях агрессивного менеджмента. А также защищала права женщин от таких прожжённых сексистов как ты.

Макс медленно осел на деревяный ящик. Тишина Пещеры Уныния стала еще более унылой. «Правозащитница», — эхом пронеслось в его голове. Казалось бы, вахтер краеведческого музея — это дно производственной иерархии. Но злой рок, обладавший чувством юмора садиста-бухгалтера, решил наказать его по полной.

«Какой от нее толк здесь, в подземелье? — Макс закрыл лицо руками. — Да какой от нее толк был там, наверху?! Она же сейчас начнет проверять законность использования рабского труда и требовать эргономичные подставки для ног под каждый Резчик!»

Однако время поджимало. Ему некогда было объяснять Эйре ее полную профнепригодность в мире СантаКорп.

— Так! — Макс вскочил, стараясь придать голосу уверенность серийного предпринимателя. — Вы все видели! Эйра жива, бодра и даже вспомнила слово "барьер". «Слеза Эльфа» не убивает, она возвращает личность! Возвращает память! Не дрейфьте, мужики, налетайте! Бесплатно, то есть даром!

Началась давка. Подполье жаждало истины, а получило... статистическую погрешность. Первые пять добровольцев после дегустации превратились в набор бесполезных сущностей: один оказался бывшим мастером макраме, второй — дегустатором кошачьего корма, а третий просто сел в угол и начал подробно рассказывать о своей аллергии на пыльцу, которой на Террисе не было уже миллион лет.

Но Макс, обладавший чутьем терьера и хедхантера, выудил троих:

Персона 1. Зяма — в прошлой жизни авиационный техник, способный собрать синхрофазотрон из консервной банки.

Персона 2. Пузырь — бывший массовик-затейник, человек, знавший три тысячи способов заставить толпу смеяться против её воли.

Персона 3. Художник — молчаливый субъект, который, едва протрезвев, начал рисовать углем на стене пещеры анатомически точный план Сектора Желтых, добавив туда «немного экспрессии и теней».

— Так, вы трое — за мной, — скомандовал Макс. — Мы идем наверх.

— Наверх?! — ахнули Темные.

— Но нас там вздернут!

— Вас там будут носить на руках и вкусно кормить! — пафосно провозгласил Макс, поправляя бутылку за пазухой. — Я гарантирую. Вы теперь не нелегалы, вы — RD департамент. Мозговой центр. Двигатели прогресса!

***

Зайдя поутру в типографию, Стелла застыла на пороге так резко, будто бы увидела там семью тигров. Причем голодных и саблезубых. По всем графикам, расчетам и утвержденному штатному расписанию в цеху должно было находиться трое: Макс, Гриндар-инженер и Восемьдесят Девятый.

Но у Стеллы двоилось в глазах. Из-за конвейера торчало шесть голов. Воздух пах не только типографскими красками, но и творческим беспорядком.

— Макс... — голос Мотиватора напомнил скрип ножа по тарелке. — Объяснись. Почему в моем стерильном цеху находится стадо неопознанных эльфов в лохмотьях?!

Из кутерьмы рабочего процесса, на ходу вытирая руки ветошью, вынырнул Макс. Его улыбка была ярче, чем все фосфорные грибы Терриса вместе взятые.

— О, Стелла! Привет! Ты как раз вовремя, — он по-хозяйски протянул ей открытку. — Смотри. Настоящий прорыв в индустрии Радости.

Стелла брезгливо приняла картонку.

— На кой черт мне эта открытка?! Ж-313, ты не понимаешь? У тебя в цеху посторонние! Откуда они взялись?! Это нарушение всех протоколов производства!

— Да погоди ты со своими протоколами, — Макс бесцеремонно ткнул пальцем в изображение Санты на открытке. — Нажми на его красный нос. Ну же, рискни!

Стелла с видом человека, подписывающего смертный приговор, нажала на нос. — «Хо-хо-хо! Счастливого Нового года, маленькое чудо!» — пробасила открытка веселым голосом Санты, и тут же заиграла бодрая, до зубовного скрежета праздничная музыка.

Стелла вздрогнула и едва не выронила шедевр полиграфии.

— Что... что это за магия?!

— Это пролонгированный эффект! — Макс вошел в раж. — Раньше ребенок открывал коробку, получал разовый выброс Радости, и всё — продукт шел в мусор. А теперь? Ребенок достанет открытку завтра. Нажмет — и снова Радость! И послезавтра тоже! Ваши сборщики ведь летают на орбите не только в новогоднюю ночь?

— Неделю, — машинально ответила Стелла, всё еще нажимая на нос Санты. — Пока собирают остатки эмоционального фона.

— Ну так вот! — Макс победно обвел рукой цех. — Теперь этих «остатков» будет в три раза больше. КПД Сборщика взлетит до небес! Да у вас баков не хватит, чтобы все светлые эмоции до Терриса довезти! Как тебе такое, а?

Стелла на секунду задумалась. В её глазах замигали цифры квартальных премий. А может даже и… повышения? Из Главной по цеху, причем не очень успешной, она может запрыгнуть в кресло Управляющей Сектора! Прощай вечно изводящий шум конвейера! И да здравствует освежающий шелест офисного кондиционера!

— Ну... это надо испытать... — Она вдруг опомнилась и посмотрела на оборванцев, трудящихся на подхвате у 89-го. — А это кто?! Вообще?! Откуда ты взял этих... специалистов?! Или это Стажеры?!

— Это Темные, — простодушно ответил Макс.

Мир замер. Стелла мгновенно отбросила открытку, её рука метнулась к кнуту, а тело приняло боевую стойку.

— Темные?! Ты привел в сердце производства диверсантов?!

— Стой! — Макс загородил собой оборванцев. — Это не диверсанты! Это... это… фрилансеры!

Макс заранее, еще в сыром полумраке Пещеры Уныния, втирал подпольщикам главную заповедь выживания в корпоративном аду: «Что бы ни вытворяла эта женщина в латексе — дышите ровно и делайте вид, что вы часть интерьера. И что вы очень-очень, до щекотки в пятках, хотите работать!».

Это была самая азартная ставка в его жизни. Если бы сейчас хоть один из «фрилансеров» инстинктивно перехватил поудобнее разводной ключ или, не дай бог, выставил перед собой отвертку, финал был бы коротким и блестящим. В буквальном смысле — их бы расщепили на декоративные блестки быстрее, чем Стелла успела бы сказать «нарушение субординации». Угольная яма в таком раскладе выглядела бы как путевка в профилакторий.

К счастью, Темные проявили чудеса выдержки, граничащие с кататонией. Они продолжали методично перекладывать пачки бумаги, словно от этого зависело вращение Терриса вокруг своей оси.

— Веселей, ребята! — выкрикнул Макс, стараясь перекрыть гул станков и собственный стук сердца. — Не обращайте внимания на мелкие менеджерские трения! В любой крупной компании фаза притирки коллектива неизбежна!