Квинтет Пряди (СИ) - Стопичев Алексей

Балби нахмурился и спросил:

— Силу не чуешь? Мы можем попытаться, Древний, вдруг поможем?

— Не нужно, Балби, — ответил я гному, — Даже я не уверен, смогу ли победить. Я чую, что оно мощное. Но насколько — не понимаю.

Гном задумался на мгновение и сказал:

— Впереди ещё несколько дозоров. Я передам им, чтобы тоже не нападали. А если мимо нас пройдёт Нечто, гномы скажут тебе, как оно выглядит. Мы не будем нападать, Древний! И если нужно будет содействие — просто скажи!

Я пожал руку магу, и тот решился:

— А… Рекс? Появился?

— Да, он здесь, с нами, — кивнул я, и Балби улыбнулся. Проговорил застенчиво: — Передай вождю, что племя Яростного Молота готово выдвинуться по первому зову!

— Обязательно, — наклонил голову я, а гном спросил:

— Ино, а это… Тот самый меч? С рукоятью из чешуи нагов? — гном ткнул пальчиком в торчащую из-под седла рукоять, и я кивнул, улыбнувшись. Страсть гномов к оружию, тем более, необычному, давно вошла в поговорки.

— А можно… — прошептал гномий маг, превратившись в мальчишку, — Посмотреть поближе? Про него у нас легенды ходят. Ведь его ковал сам великий Антистес!

Я улыбнулся, достал клинок и осторожно протянул гному:

— Подержи в руках, Балби! Я разрешаю!

Гном задрожал от нахлынувших чувств и даже побледнел так, что я испугался даже — не хлопнется ли в обморок. Но маг справился с собой и аккуратно взял в руки клинок. Все четверо гномов, сидевших с ним в дозоре, уже были рядом и склонились над моим Каладболгом. Его действительно выковал в своё время легендарный кузнец гномов Антистес. Правда, в то время он ещё не был легендарным. Но отличным кузнецом был. Именно потому я принёс ему небесное железо, а также чешую нага. И кузнец гномов сделал невозможное — не только выковал оружие, но и сумел вложить в него душу, оживить, сделать мощным и волшебным. Хотя, тогда все думали, что секрет этот утерян много веков назад. И теперь гномы, как малые дети, боясь даже дышать, рассматривали Каладболг. Я усмехнулся и произнёс мягко:

— Могу я попросить меч назад? Время, правда, не терпит!

Балби с поклоном протянул мне меч, и когда отвечал, клянусь, слеза сверкнула в его глазах:

— Спасибо за эту честь, Древний! Я держал в руках самое великое сокровище и буду рассказывать об этом свои детям и внукам!

Я закинул меч в ножны и вскочил на Чучело. Прижал руку к груди, приветствуя подгорный народ, и пришпорил того, кого принимали за коня. Слева и справа тянулись унылые горы, россыпи и чахлые деревья, я отпустил поводья, дав Чучелу волю, а сам вновь и вновь пытался прощупать Нечто, следующее за мной. Гномы меня больше не беспокоили, предупреждённые первым дозором. И лишь на выезде из горной гряды из-за камней вышел представитель подгорного народа и поднял руку:

— Приветствую тебя, Ино Пинатум! У меня послание от мага Балби!

Я спешился и поклонился, внимательно слушая.

— Нечто имеет вид чёрного, как ночь, кентавра. Оно мчит, будто не касаясь поверхности. И от вида его кровь стынет в жилах от ужаса. Будь осторожен, Древний!

Глава 20. Изваяние

За несколько лиг до цели, в степи мне встретилась банда разбойников. Два десятка вонючих, бородатых халифатцев — явно дезертиры, так как одеты были многие в военную одежду, а при себе имели ятаганы, решили почему-то, что одинокий всадник будет для них лёгкой добычей. Хотя я и торопился, но решил развеять скуку, потому вступил в диалог с этими бородатыми рыцарями наживы.

— Мирного неба вам над головой, уважаемые друзья! — я старательно играл дурачка, и разбойники купились. Пересмеиваясь, подъехали ко мне, окружая со всех сторон. Оно и понятно — Чучело выглядел, как настоящий меридинский жеребец, а они славились своей скоростью и… ценой. Я даже слышал байку о том, что какой-то богатей из южных королевств купил меридинского жеребца за серебро — весом равное весу коня. Так ему хотелось заполучить кровь легендарных скакунов.

— И тебе мирного неба, о путник, — явно кривляясь, заговорил один из душегубов. И подмигнул своим подельникам.

— Куда путь держишь, странник? — спросил другой, вёрткий и одноглазый мужичишка, который даже в седле не мог спокойно усидеть, постоянно ёрзая.

— Хочу до горизонта доехать, добрые люди, — округлил я глаза, — Чтобы посмотреть на край земли. Вот, продал всё своё состояние, чтобы купить лучшего жеребца, и еду теперь до горизонта.

— И зачем тебе край земли? — спросил первый, теперь уже явно уверившись, что встретил дурака.

— Да конь мой сказал, что там интересно, — ответил я, почёсывая макушку пятернёй: — Да и вообще любопытно.

Разбойники засмеялись, а тот, что заговорил вторым, сказал, всё так же ёрзая:

— Конь, говоришь, сказал? Забавный ты. Даже непонятно, как добрался сюда. Но я открою тебе секрет, странник! — бандит оглянулся на своих подельников и понизил голос: — На лошади никак до горизонта не добраться! Боги сделали так, что он убегает от коней. И только пешком можно дойти!

— Вот незадача, — я сделал максимально грустное лицо: — А далеко-то отсюда до горизонта?

— Не, — отмахнулся рукой первый, — Если коня оставишь, то уже к вечеру дойдёшь! Но надо налегке идти. Только человек с чистыми помыслами дойдёт до края света и увидит все чудеса его!

— Как хорошо, что я вас встретил, — «обрадовался» я, — А я вот даже не знал всего этого! Эх, какие же вы добрые люди!

Я оглядел все два десятка, поворачиваясь на жеребце. Некоторые разбойники ухмылялись, другие хмуро смотрели то на меня, то на говоривших, будто не понимая, что вообще происходит. И я затараторил быстро, будто вдохновлённый:

— Так может, мы мне ещё раз поможете? Подержите у себя моего жеребца и пожитки, пока я сбегаю туда? А я полюбуюсь чуть на слонов с черепахой, да на обратном пути заберу всё!

Первый, заговоривший со мной, восхищённо глянул на второго и только открыл было рот, но второй, явно посмышлёнее, тут же его перебил, сделав знак молчать:

— Ну, не знаю даже. У нас дел много, ехать надо побыстрее!

— Так я не бесплатно, — жалобно сказал я, — У меня две сотни динар осталось! Я вам половину потом отдам за хранение!

Разбойники, услышав сумму, равную сумме десятка обычных лошадок, оживились, но второй всё продолжал играть неуверенность. Даже вздохнул пару раз так, что у меня чуть слеза не навернулась. А потом проговорил:

— Эх, была не была, поможем! Вдруг, и нам когда помощь потребуется? Оставляй коня и пожитки, да беги к горизонту! А мы тебя тут и дождёмся. Во-о-он возле того лесочка! — и ткнул рукой, в которой зажимал нагайку, в сторону зелёных насаждений.

И тут Чучело всхрапнул, тряхнул головой и проговорил хрипло:

— Хозяин, мне кажется, что это проходимцы!

Пара лошадей разбойников от ужаса заржали, а их хозяева вскрикнули. Первый заговоривший со мной так и вовсе хлопнулся из седла на землю, но вскочил, ошарашенно глядя то на Чучело, то на второго — явно их предводителя. Лишь тот, хоть и растерялся, но вида не подал. Спросил задумчиво:

— Ты фокусник чревовещатель? Умеешь за коня разговаривать?

— Сам ты фокусник, — обиделся Чучело, и даже сделал попытку плюнуть в разбойника.

Тут предводитель бандитов уже совсем растерялся, сузил глаза и проговорил неуверенно:

— Кончал бы ты шутки шутить, странник, а то мы можем разозлиться!

Я спрыгнул с коня и развёл руки, показывая, что я ни причём. Зато вместо меня заговорил опять келпи:

— Кто с тобой шутки шутит, дурило одноглазое? — всхрапнул Чучело и заржал, имитируя смех. Разбойники молчали в ужасе, переглядываясь. А один халифатец, явно забыв, что язычник, даже осенил себя крестным знамением. А конь мой повернул ко мне голову и проговорил опять: — Говорю тебе, хозяин — проходимцы это! Давай их всех убьём!

Я сокрушённо вздохнул и проговорил одноглазому:

— Мой конь хороший, умный, но очень уж кровожадный, — я вытащил из-под седла меч и крутанул его, ощущая шершавую рукоять, — Столько народу уже уговорил убить! Твердит, что проходимцы и мир без них будет лучше!