– Восхитительное сочетание изумрудов и аметистов в золотой оправе, – зачитал ведущий, хотя эти скромные слова не передавали великолепие украшений даже наполовину. – Подойдёт как для зрелых женщин, так и для юных барышень. Кто желает побороться?
Естественно, понравился набор не мне одной. К стартовой цене тут же прибавилась половина.
– Интересует? – внезапно наклонившись ко мне, спросил Кас.
– Красиво сделано, – попыталась отвертеться я, чтобы лишний раз не привлекать внимание ректора.
Деньги заранее тратить я опасалась, а цена к тому времени успела увеличиться в два раза.
– Номер одиннадцать раз, – меж тем на секунду замедлился ведущий.
Но ставку тут же перебили. Дальше ожесточённые торги велись между тремя соперницами, которые никак не хотели сдаваться и уже успели увеличить цену втрое. Вот только совершенно неожиданно свой номерок поднял Кас.
– Номер тридцать один, – подобострастно огласил ведущий, делая вид, словно принца совершенно не узнаёт.
Вот только я совершенно не ожидала, что Кас сейчас увеличит уже текущую цену в полтора раза. Зал изумлённо замер. Не знаю, всем правда было жаль такую сумму или они просто обалдели и не заметили, как отстучал молоток, оглашая победу ректора.
Вообще приобретения полагалось забирать уже после аукциона, но Кас кому-то там мигнул, махнул, вытащил чековую книжку, и тут же вписал нужную сумму. Восхитительный комплект в бархатной коробке перекочевал к нему в руки.
Открыл он её словно демонстративно, а я дыхание задержала, потому что вблизи эта красота выглядела ещё восхитительнее, чем вдалеке на сцене.
– Приподнимешь волосы? – спросил мой кавалер, явно намереваясь надеть на меня украшения.
– Кас, мне неловко, – пробормотала я, не зная, как поступить.
Для отношений с неясным статусом это был слишком дорогой подарок.
– Цеса, дорогая, – вздохнул ректор, словно объясняя прописные истины нерадивому студенту. – Не порти мне репутацию. Ты здесь хоть одну барышню со скромными серёжками видела? А вот моя спутница пришла именно в них!
Дальше спорить я не смогла. Ради репутации Каса я готова была надеть это умопомрачительное потрясающее ожерелье, о котором здесь мечтала вся женская часть зала.
Повернувшись спиной, я приподняла волосы. Прохладный металл коснулся кожи рядом с ключицами, камни блеснули в свете неярких ламп. Мой кавалер едва уловимо случайно дотрагивался до шеи пальцами, но от каждого этого мимолётного касания сердце на секунду замирало.
Серьги я могла бы сменить и сама, но Кас даже не предлагал. Бережно, словно боясь случайно уколоть, он заменил мои скромные пусеты на роскошные из набора. С такими украшениями осанка словно становилась горделивее, а взгляд уверенней. Удивительно, но теперь я окончательно почувствовала себя солидной леди.
…достойной стоять рядом с самоуверенным принцем-ректором.
66
– Ты мне только объясни, почему ты сразу так цену поднял? – прошептала я, пока там на сцене выставляли не самые интересные лоты. – Не дешевле было поторговаться как все, небольшими шажками.
– Небольшими шажками ты не понимаешь, что сумма превысила допустимые пределы. Кажется, что вот немного – что тут доплатить. А если поднять стоимость разом, то сразу появляется жадность, – пояснил Кас логику аукционов и тут же чуть снисходительно добавил: – К тому же таким большим шагом я сразу обозначил, что у меня есть интерес к этому предмету.
Я не знала, насколько эта стратегия оправдана, но результат уже висел на мне, так что сомневалась я лишь наполовину.
Неожиданным лотом на аукционе стали духи. Причём перед стартом торгов ассистенты любезно раздали всем небольшие надушенные платочки, чтобы каждый гость почувствовал аромат.
Нежный и лёгкий с нотками сирени зимой он вызывал особенно приятные чувства. Естественно, от Каса это не укрылось.
Духи, конечно, продавались не в единственном экземпляре, но это была лимитированная версия из пяти флаконов. Один ушёл нам за какие-то страшные деньги, трату которых я предпочла воспринимать как меценатство. На развитие талантливых парфюмеров, да.
Я искренне надеялась, что слёзы Кирина тоже выставят не в единственном экземпляре. Но мечтам моим не суждено было сбыться. Слёзы занимали даже половину и без того небольшого флакона. Буквально кот наплакал, а не Кирин!
Оставалось надеяться, что они здесь хотя бы никому не нужны. Но нет! Стоило мне, дрожа от волнения, сделать ставку, как её тут же перебил какой-то странный тип. С длинными чёрными волосами и в чёрном же костюме. Причём, в отличие от всех, выглядел он не величественно, а слегка неуклюже и капельку забавно. Вот только мне было не до смеха.
Я увеличивала ставку – он тут же её понимал. Я предлагала цену ещё выше – он не скромничал. Так я успела дойти до стоимости своего месячного содержания и приближалась к концу карманных сестры. Внутри уже подступала лёгкая паника. Я не знала, что стану делать, если этот непонятный тип не остановится. Торговаться «в долг», надеясь, что папа разрешит заплатить всю сумму? Или просить у кого-то взаймы?
Видимо, Кас почувствовал мою нервозность, потому что внезапно его табличка взмыла вверх. Названная сумма увеличила ставку в два раза и напрочь отбила желание торговаться. Слёзы Кирина достались нам, а наш конкурент, расстроившись, стремительно покинул зал.
Выдохнув, я с благодарностью посмотрела на ректора, уже открыв рот, чтобы рассказать, как за полгода погашу долг. Но, естественно, Кас меня опередил.
– Я финансирую твоё исследование, – категорично заявил он. – Договорились?
– Договорились, – выдохнула я, прикинув, что, если всё получится, то Безвременник всё равно оставлю академии. – Главное, чтобы этот тип ничего не учудил. Не понимаю, как его вообще сюда пустили…
– Какого типа? – не понял ректор.
– Да того, который пытался у нас слёзы увести, – пояснила я.
Неожиданно после моего ответа Кас расслабился и чуть рассмеялся:
– Насчёт него можешь не беспокоиться. Это не какой-то там тип, а личный зельевар князя ледяных драконов. Гораций здесь личность известная 10 , со всех сторон проверенная, захаживает часто. Раньше в академии у нас преподавал, говорят. Но там ему бюджеты на такие ингредиенты никто не выделял. Он не станет портить себе репутацию.
Очередной чек Кас выписывал тут же. С гордостью и некоторым превосходством словно приостанавливая ради такой великой чести аукцион. И я вот уже приготовилась забрать заветный флакон, как ректор вдруг попросил ассистентов:
– Отнесите в наш номер.
Упускать добычу из рук не хотелось. Я бы с удовольствием в неё вцепилась, но мысли занял совершенно другой вопрос.
– В каком смысле "наш номер"? – уточнила я чуть озадаченно.
67
– А ты что, назад тоже по ёлкам собралась прыгать? – небрежно спросил Кас.
– Вообще да, – не задумываясь выпалила я.
– С драгоценными покупками и в платье? – напомнил ректор, смешав все мои планы. – Это тебе не покрывало, я такое в артефакт-переноску не закину – не дай бог что-то повредится. У меня там разделения нет – только бардак.
