Прикинув ситуацию и так и эдак, я, после продажи пары лотов, вынужденно признала:
– Платье, конечно, стоило бы снять.
Кас, который, очевидно, позабыл, на чём остановился разговор, посмотрел на меня ошарашено. Мне даже страшно было представить, о чём он подумал.
– В смысле, по ёлкам в нём прыгать действительно неудобно. Придётся переодеться. И, видимо, ради этого задержаться в номере.
– Если ты ради этого задержишься в номере, то придётся задержаться и ради кое-чего другого, – прямолинейно сообщил мой спутник. – Потому что я тебя просто так из номера не выпущу. Мне и без того каждую минуту хочется бесстыдно залезть тебе под юбку, чтобы...
– Чтобы нащупать там шерстяные штаны, – закончила я, вообразив картину, и пояснила: – Потому что я не стала их снимать, хотя сейчас уже жалею. Здесь слишком тепло...
Кажется, это стало последней каплей. Мы всё равно приобрели то, за чем пришли. Поэтому принц встал и бесстыдно подхватил меня на руки. Я бы взвизгнула от неожиданности, но побоялась привлечь ещё больше внимания.
По коридору Кас нёс меня уверенно, почти как невесту на брачное ложе. А работники услужливо показывали нам дорогу до нужных апартаментов. Надо сказать, коридоры гостиничной зоны тоже выглядели впечатляюще, и я бы с удовольствием внимательно рассмотрела наш номер… Но подозревала, что мне не позволят.
Кас отпустил меня только тогда, когда за нами закрылась дверь. И тут же опустился передо мной на колени.
– Ты что творишь? – шепнула я с нервным смешком.
– Раздеваю тебя, – обескураживающе честно ответил ректор, по очереди стягивая мои сапожки.
Разув меня, он проворно нырнул меня под юбку, и наконец-то снял тёплые штаны, которые тут же откинул куда-то подальше.
– Кас! – выдохнула я, чувствуя, как подкашиваются ноги от его бесстыдных прикосновений.
Этот наглец на меня даже внимания не обратил. Просто руки стали двигаться ещё бесстыднее. Задрав подол, он принялся медленно стягивать с меня чулки, специально дразня прикосновениями. Спустил сперва один, заставив меня потерять голову от провокационной ласки. Затем другой. После медленно потянулся к трусикам. Это было восхитительно неприлично – стоять здесь в шикарном платье, с роскошными драгоценностями и без нижнего белья.
– У меня, кстати, есть для тебя ещё один подарочек, – вдруг пробормотал ректор и предвкушением.
– Какой? – слегка заволновалась я, учитывая момент.
Что-то подсказывало, что Кас задумал вызывающую шалость.
Естественно видеть, что он там творит, я не могла. Просто почувствовала, как что-то непривычное оказалось внутри меня.
– Сейчас поймёшь, – хмыкнул ректор и искушающе выдохнул: – Медленно…
Предмет внутри меня задрожал, а по телу прокатилась странная волна. Словно искры пронеслись внутри, и я стала необычайно лёгкой. Взбудораженной и напряжённой. Краем сознания я сообразила, что, видимо, подарили мне один из тех артефактов для наслаждения, о которых с придыханием перешёптывались барышни в Артефактуме.
Кас между тем оставил меня без внимания. Просто смотрел с удовольствием, как я тяжело дышу от ощущений внутри, и раздевался. Скинул сперва сюртук, потом рубашку, демонстративно медленно показывая мне свой потрясающий торс. Невольно я облизнула пересохшие губы – Кас демонстративно ухмыльнулся.
– Иди ко мне, – предложил он, протягивая руки.
Неуверенно я сделала шаг. Затем другой. Ноги почему-то сейчас напоминали желе. В объятия ректора я буквально упала, позволив ему крепко прижать меня к себе и впиться в губы глубоким страстным поцелуем. Ненасытно исследуя мой рот, он успевал развязывать шнуровку платья.
Я уже предвкушала, что сейчас останусь перед ним восхитительно свободная, вот только у принца была другие планы. До стона прикусив мою нижнюю губу, он спустился дорожкой из влажных нетерпеливых поцелуев вниз. К шее, которую я с удовольствием подставила под ласки. Нежно опалил дыханием кожу возле колье, а затем приспустил лиф.
Он оголял мои груди медленно, не забывая покрывать их невесомыми чувственными поцелуями. А затем, спустив платье, припал к ней словно изголодавшийся путник. Придерживая одну, он ласкал другую, играл и дразнил сосок, после чего менял их. Я же стояла, пытаясь ухватиться за его упругие сильные плечи, но пальцы словно соскальзывали.
Лёгкая дрожь внутри лона, горячее дыхание Каса на нежной коже, чувственные ласки – всё это доводило меня до состояния сладкого, тающего во рту десерта. И судя по тому с каким наслаждением принц меня облизывал, он думал обо мне примерно так же.
– Выглядишь потрясающе, – вдруг сообщил он, чуть отстранившись от меня.
Он так смотрел на меня из-под ресниц осоловелыми глазами, что в это охотно верилось. Но Кас с томным придыханием заявил:
– Хочу, чтобы ты сама увидела.
Я не поняла, что он имеет в виду, но ректор вдруг развернул меня, и мы оказались перед огромным зеркалом в пол. Он встал у меня за спиной. Я откинулась назад, опираясь о его обнажённый торс. Оголённая грудь, которую Кас слегка массировал, чувственно вздымалась. Крупные украшения смотрелись вызывающе.
Удивительно, но от этой картины я возбудилась сильнее. Внутри лона заныло. Невольно я сжалась там, и ощущения от артефакта стали острее.
– Ты прекрасна, – выдохнул Кас, дотрагиваясь губами до моего плеча.
От его поцелуя в стороны тут же побежали мурашки. Как и от следующего, и от третьего. Искры прокатывались по всему телу и, нарастая, сплетались в неудержимое желание.
– Ка-ас, – простонала я, думая, что больше не выдержу.
Мне хотелось, наконец, вывернуться из его объятий и получить свою вспышку наслаждения, но он держал крепко. Не позволяя мне сменить положение, просто скомандовал со смешком:
– Быстрее.
И артефакт внутри меня затрясся сильнее. Одновременно Кас сжал мои груди, обхватив пальцами соски.
Вскрикнув, я попыталась вырваться. Подалась вперёд, чувствуя, как взорвалась, выплёскивая из себя соки вместе с артефактом.
Оголённая грудь коснулась прохладного зеркального стекла. Руки легли на раму. Я пыталась отдышаться, но Кас не позволил. Звякнула пряжка ремня, с лёгким шорохом его последняя одежда упала на пол.
Задрав подол юбки, принц сжал мои ягодицы, заставляя меня выпятить их и прогнуться. А затем резко вошёл, скользя в моих соках.
Отступившее наслаждение тут же прокатилось по телу вновь. Задыхаясь, я тёрлась сосками о зеркало и двигалась навстречу уверенным мужским бёдрам. Позволяла пронзать себя мужскому естеству, что наполняло меня до предела, и сама с удовольствием насаживалась на него.
Мы забылись в этом ритме, полностью потерявшись в наслаждении. Я не помню, как долго всё происходило. В какой-то момент нас просто накрыла ослепительная вспышка, и мир будто перестал существовать.
68
Выходили мы днём. Я хотела утром, но, естественно, ни один из нас не проснулся. Подозреваю, отчасти потому, что Кас отключил все звенящие артефакты, которые я настроила перед сном.
