И пришел слон (СИ) - Криптонов Василий

— Это безнравственно.

— Так мы учитываем желания Фёдора Игнатьевича или же нет?

— Р-р-р…

— Ты рычишь на меня, хозяин?

— Я рычу на логику за её непоколебимость. Ты — всего лишь безвольное орудие в её руках, не принимай на свой счёт.

— Поняла, не буду.

— Если поможешь мне — я покормлю тебя шоколадом.

— Я в любом случае помогу тебе. Ведь когда твой дух воззвал к фамильяру, я на него откликнулась. Мы запечатлены и повязаны. Только…

— Какая-то приписочка мелким шрифтом?

— Ну… Да. Я ведь не человек, я — дух. И моё назначение — помогать в сфере магии. Любые мои советы, касающиеся человеческих взаимоотношений, будут не лучшими.

— Лучше у меня всё равно никого нет. Дерзай.

— Хорошо. Первым делом я бы подружилась с самым сильным некромантом в академии, желательно из студентов, и собрала на него компромат. Потом с его помощью я бы оживила какую-нибудь женщину подходящей внешности и выстроила бы ей личность, подходящую Фёдору Игнатьевичу психологи…

— Пошла вон.

— А шоколад⁈

— Господи… Ладно, одну ложку!

Скормив Диль одну ложку шоколада из фонтана, я спровадил её и остался в одиночестве. Упал в кресло. Ну что ж, фамильярка честно предупредила насчёт своих способностей в психологию и отношения. И, тем не менее, вопрос остаётся открытым.

Янина Лобзиковна не проявила должного интереса к замужеству. С её точки зрения у неё уже кто-то был, с кем что-то этакое вытанцовывалось, и менять синицу в руках на кота в мешке ей не улыбалось. Котом в мешке был Фёдор Игнатьевич. Я, разумеется, не стал с порога вываливать, чьи интересы представляю. Просто решил пощупать почву, прежде чем начинать активные действия.

В голове теперь царил восхитительный вакуум, после того как единственный доступный мне на этом тернистом пути собеседник показал свой максимум. Я даже немного покрутил в голове идею с некромантией. Больше всё равно крутить было нечего. Но от многократных повторений и заходов с разных ракурсов менее жуткой идея не стала.

В дверь постучали.

— Войдите! — обрадовался я.

Когда находишься в состоянии застоя, любое вмешательство — к добру.

Вошёл хмурый Леонид.

— А, коллега, — кивнул я. — Доброго дня. Что вы так невеселы? Вон, февраль за середину перевалил, скоро весна. Неужели опять с Гидрой сражаетесь?

— Сражаюсь весь день, но дело не в этом. — Леонид, не дожидаясь приглашения, подошёл к шоколадному фонтану и набрал полную чашку под моим озадаченным взором. — Хотите смейтесь, хотите нет — но не идёт у меня из головы этот Прощелыгин.

— А что с ним не так?

— Я ведь говорил, что любые зелья с частями мертвецов — очень нехорошие. Мы его, конечно, за руку не ловили, когда он их варил…

— Вы знаете, Леонид, у меня грешным делом такая мысль крамольная мелькнула: а может, мертвецкую запирать нужно? Ну, так, в порядке бреда…

— Так в том и дело, что она запирается! А он замок сломал. Чудом мы на него наткнулись. Ну неспокойно у меня на душе. Может, конечно, он это так… из любви, скажем так, к искусству. Это допустимо и понятно, он на зельеварении лучший, и ему интересно экспериментировать. В конце-то концов, даже не всё, что на занятиях варится, идёт в дело. Часто делают — и тут же ликвидируют. Не знаю… Успокойте меня!

— Разберусь, — пообещал я.

— Шутите? Как?

— Сказал — значит, разберусь. Выбросьте из головы. Садитесь лучше, и давайте обсудим более важные дела.

Леонид сел на диван, глотнул из кружки и скривился.

— Что за непотребство?.. Ах, чёрт, как же я так лапсердакнулся. Тьфу на вас совсем, Александр Николаевич! Прицепилось теперь ко мне это слово дурацкое.

— Употребляйте чаще, оно должно пойти в народ!

— Эх… Разбавлю кофием, где тут ваш кофейник…

— Ни в чём себе не отказывайте. Я на минутку.

Выйдя в коридор, я огляделся, убедился, что никого посторонних нет, и шёпотом сказал:

— Диль, невидимка!

— Да, хозяин?

— Твоя задача на ближайшие сутки: слежка за Прощелыгиным. Если я тебя не позову — ни на шаг от него не отходишь. Сутки спустя доложи обо всех своих наблюдениях.

— Поняла. Приступаю.

Я вернулся в кабинет, где Леонид, кривясь, давился напитком, представляющим собой смесь один к одному кофия с шоколадом.

— Мне нужна ваша помощь, как человека с прагматическим складом ума и к тому же прочитавшего целую лекцию на эту тему.

— Так-так? — навострился Леонид, почувствовавший возможность оказаться полезным.

— Что, собственно, такое есть эта так называемая любовь?

— У-у-у-у… — Леонид откинулся на спинку дивана. — Можете не продолжать, я всё понимаю. Близится час вашей смерти как вольного стрелка, и вы начинаете испытывать сомнения, вам кажется, что чувства угасли. Если бы я был вашим плохим другом, я бы посоветовал: бегите! Садитесь на любой пароход и — бегите, во имя свободы! Но я хороший друг. Я не стану говорить о пароходе. Видите ли, Александр Николаевич, в жизни у человека есть два пути: путь победы над собой и путь червя. Я достаточно вас узнал, чтобы сказать: этой женитьбой вы не просто затыкаете дырку в полотне под названием «респектабельный господин», вы таким образом действительно делаете шаг вперёд. Невесту вы себе не самую удобную выбрали, вы настроены на борьбу, а что, спрашивается есмь такое — наша жизнь? Борьба! Следовательно…

— Большое вам спасибо за эти трогательные слова ободрения, но мне не восемнадцать лет, помощь наставника нужна сейчас не мне, а моей невесте, только, умоляю, не от вас. У меня же вопрос иного плана. Если можно так выразиться, эфемерного.

— Заинтригован. — Леонид якобы незаметно отставил на стол испорченную чашку с чёрт знает чем, видимо, полагая, что когда он слиняет, мыть её буду я. — Весь внимание и жду подробностей.

— Подробностями побаловать не смогу, только в самых общих чертах. Дано: мужчина, пятьдесят с хвостиком лет, с завидным положением в обществе, горит на работе. Его нужно втянуть в отношения с некоей дамой, которую обозначим как икс. Мужчина же будет — игрек, по-научному. Сам он в этом направлении даже лежать не станет, так и спалит себя на работе, либо выйдет на пенсию и помрёт с тоски. Вопрос: какими могут быть наши действия?

— Ну-у-у… Никакими.

— Что вы такое имеете в виду? Разверните свою мысль.

— Да с чего мы-то с вами должны лезть в такое дело? Если господин игрек не проявляет никакого интереса, а госпожа икс, в свою очередь, даже не существует в природе, то кто мы такие, чтобы…

— Мы — дорогие друзья господина игрек. И хотим ему самого лучшего.

— То есть, вы натуральным образом настаиваете на ответе?

— Именно. Порадуйте меня чем-нибудь.

— Можно обратиться к вышеозначенному Прощелыгину…

— Мимо, нет, дальше.

— Господи… Ну, теоретически, если взять и скомпрометировать сильного некроманта…

— Леонид! Вы заставляете меня утратить веру в человечество, это с вашей стороны гнусно.

— Хорошо! Давайте по-настоящему. Ну и вызов вы мне бросили… С господином Муратовым было, конечно, гораздо проще, ему хватило щиколоток.

— Господин игрек, боюсь, за свою жизнь столько щиколоток перевидал, сколько нам за всю жизнь не покажут.

— Тем более что вы настаиваете на отношениях, а не на интрижке, следовательно, эротический подтекст отметаем сразу. Итак, у нас с вами есть два равновеликих варианта. Первый — это тихая скромница, символизирующая собой оазис в пустыне, обещающая покой и отдых от забот, олицетворяющая домашний очаг.

— Звучит неплохо.

— Это трудный путь. Нам совершенно не удастся их даже познакомить, если учесть, что ваш господин игрек не проявляет интереса к знакомствам.

— А второй вариант?

— Второй — женщина, которая живёт своей работой, современная, увлечённая, профессиональная. Такая, которая сможет идти с ним вместе. Боевая подруга. Он упадёт — она вытащит его с поля боя на своих хрупких плечах. И здесь всё значительно проще. Создать ему интерес — не обязательно романтический, пусть он будет профессиональный. Главное, чтобы ему пришлось за нею бегать. И тогда, если нам немножечко, самую малость повезёт…