Тебя ждет большой сюрприз, милый…
Но до того я должна с тобой развестись и получить назад свои деньги.
Глава 22
Саша
— Папа, смотри, как я умею! — кричит Милка.
Костя оборачивается.
Дочь садится на горку и отталкивается ногами. Костя отворачивается.
Он не смотрит больше на дочь, а у меня внутри все кипит.
Ну что тебе, сложно пару секунд посмотреть, как она скатится с горки?
— Папочка, ты видел? — Мила дергает его за брючину, Костя отмахивается:
— Видел-видел, Мил. Ты иди погуляй, а мы с мамой поговорим.
Вообще-то, я предложила встретиться всем вместе, потому что Костя давно не виделся с Милкой. После нашего разговора в кафе их встреча сорвалась — дочь приболела, и Костя виделся только с Федей.
Сын вернулся хмурый и не стал делиться со мной.
Что у них случилось, я не поняла, а Федя закрылся в себе.
С тех пор прошло две недели, и вот сегодня должен был состояться день семьи, но Федя сослался на то, что договорился встретиться с одноклассниками, поэтому мы встретились втроем.
Мила сникает.
Она скучала по отцу. Маленькая еще, расставание ей выносить нелегко, но даже сейчас отец отказывается уделить ей внимание.
Мне хочется его огреть чем-нибудь потяжелее, но я терплю, напоминая себе, ради чего все это.
Присаживаюсь перед дочерью на корточки:
— Смотри, какие возле клумбы чудесные камушки. Можешь мне найти парочку красивых?
— Да! — убегает, а я поднимаюсь на ноги и смотрю на мужа.
— Я перевел тебе часть денег.
Костя вернул лишь четверть того, что у меня было, но даже это очень солидная сумма.
Деньги уже выведены на другой счет. На мой счет, к которому доступ не имеет никто, кроме меня.
— Да, спасибо тебе, Костя, — мягко улыбаюсь.
Он тоже улыбается, довольный собой и моей реакцией.
По правде говоря, мне хочется плюнуть ему в лицо, потому что благодарить мужа не за что. Это мои деньги! Мои. Я сама их заработала.
— Вы съехали из того клоповника? — спрашивает важно.
— Да, я сняла трешку в центре. Через недельку, как обустроимся, позовем тебя в гости.
Приближается, кладет руку мне на талию.
— А ты когда приедешь ко мне в гости? — дергает бровью.
Приглашение весело провести ночь?
Какой же ты, милый… примитивный!
— Я же говорила тебе, — надуваю губки, — мне тяжело возвращаться в этот дом.
— Как насчет романтического вечера в отеле?
Прелестно. Будто с самой настоящей шлюхой.
— Давай не будем спешить? — ласково провожу рукой по его плечу. — Как дела на работе? — стараюсь перевести тему.
— Все по-старому, что ей будет-то? — отмахивается. — Ты же знаешь, у нас все давным-давно налажено. Процессы отточены.
Знаю я твои процессы, Костя.
И хорошо, что ничего не изменилось, значит, болевые точки те же.
— Мамочка, смотри, я собрала тебе камушки. Мне вот такой и такой понравился. А тебе?
— Вот этот очень красивый, Мил.
Дочка поворачивается к Косте и тянет ручку.
— Папа, а тебе какой нравится?
Костя, хмурясь, опускает взгляд.
Милка как раз держит камушек в той ручке, на которой нет пальчика.
Только попробуй скривиться! Клянусь, я наплюю на свой план и отпизжу тебя прямо тут.
— Вот этот, — Костя тыкает не глядя.
— Папочка, а хочешь, я тебе тоже найду камушек?
— Найди, — говорит абсолютно равнодушно.
Саша, молчи. Ты все испортишь.
У Кости звонит телефон, и это спасает меня от необдуманного поступка.
Муж смотрит на экран, потом поднимает взгляд на меня и скидывает звонок.
Телефон снова звонит.
— Прости, — кивает мне и отходит: — Алло.
Я слышу в трубке женский голос.
И да, конечно, это может быть кто угодно. Секретарь, мать, рандомная сотрудница, спамер… действительно кто угодно.
Но что-то мне подсказывает, что звонит его любовница.
— Прости, мне надо отъехать, — бросает, не сводя взгляда с экрана.
— Конечно, — натянуто улыбаюсь.
Костя чмокает меня и уходит, я провожаю его взглядом.
А с дочерью ты, сволочь, даже не попрощался…
— Мам, а куда это папа? — спрашивает Мила расстроенно. — Я ему камушек красивый нашла.
Протягивает на ладошке белый камень.
Присаживаюсь на корточки перед дочерью:
— У папы возникли срочные дела, но он попросил передать тебе, что ему очень жаль. В следующий раз мы погуляем подольше.
— Ладно, — вздыхает.
Я отвратительная мать. А еще лгунья.
Но как я объясню четырехлетке, что отец ее просто не любит? Как?
Снова отвлекаю внимание дочери, будто пытаясь загладить чужую вину, покупаю ей всякие мелочи, но Милка как держала в руках камень для папы, так и продолжает держать.
У меня звонит телефон, и я отвлекаюсь на звонок. На экране появляется имя Ардашева.
— Да, Тимур, — отвечаю сразу.
Я слышу шум дороги, видимо, он находится за рулем.
— Александра, юристы переделали документы с учетом наших правок. Тебе будет удобно сейчас подъехать и подписать их?
— Если честно, то не очень. Я в центральном парке с дочерью, и оставить мне ее не с кем.
— В центральном парке? Я неподалеку, сейчас подъеду заберу вас. Если ты, конечно, не против.
— Не против.
Ардашев — оригинальный мужчина. А может, мне просто так кажется. Ведь кроме Костика я других мужчин и не знала.
Тимур как две полярности. То холодный, собранный и даже отстраненный, то такой, что… кажется, прямо сейчас завалит меня на стол и покажет небо в алмазах.
Какая из его масок настоящая, я пока не поняла.
Когда к выхожу из парка подъезжает машина Тимура, я подхожу ближе и помогаю дочери сесть назад, пристегиваю ее и сама сажусь рядом.
— Привет, — Тимур оборачивается и смотрит на Милу.
— Привет, — она сразу же начинает стесняться.
— Какая красивая у тебя шляпка.
— Это мама купила.
— Я Тимур, — протягивает руку, и она вкладывает свою ручку в его.
— А я Мила.
Детская ладонь тонет в огромной лапище Ардашева. Тимур раскрывает руку и смотрит на ее пальчики. Замирает на секунду, потом снова сжимает ладонь.
— Какой красивый камешек. Сама нашла?
— Да, — смущается Милка. — Хотите, я вам его подарю?
Дочь смотрит в глаза Тимуру с надеждой. А я думаю о том, что, конечно, для полного счастья серьезному Ардашеву не хватает камня из парка.
— Хочу, — отвечает он, а я выгибаю бровь: вот, значит, как? — Буду хранить его!
Дочь отдает свой подарок, и Тимур демонстративно прячет его во внутренний карман пиджака.
Глава 23
Саша
— Федор, с кем из родителей бы ты хотел остаться?
Я с грустью выдыхаю.
— С мамой.
Резко поднимаю лицо и смотрю на сына.
Я не ослышалась? Это не игра моего воображения?
Костя смотрит на Федора тяжелым взглядом, но выбор сына будто бы не сюрприз для него.
Милка тоже остается со мной. Как Костя и говорил, воевать за дочь он не будет.
Когда мы выходим на улицу, я перехватываю сына.
— Федь, что случилось?
— А что? — спрашивает с претензией. — Ты не хочешь, чтобы я жил с тобой?
— Федька, да ты чего? Знаешь, как я рада? Но я должна понимать: у вас с отцом что-то произошло?
В этот момент выходит Костя, идет к нам.
— Саша, можешь оставить нас? — просит прохладно.
Я киваю и отхожу. О чем они говорят, я не слышу, но вижу хорошо. Разговор короткий и напряженный. Костя кладет руку на плечо сына и сжимает, потом кивает мне и уходит.
— Федь, — становлюсь перед сыном.
— Все нормально.
— Федя!
— Ну что, мам? Что ты хочешь от меня?! — срывается.
Так и не получается ничего выведать, и мы уезжаем домой.
Нас с Костей официально развели. Деньги он мне отдал не все. Сумма большая, вернуть ее за один раз нельзя, так что на руках у меня пока что половина.
Которая уже лежит на другом счете. На собственных ошибках я учусь быстро.
