Я оглядываю пространство, потому что что-то кажется другим. Ну, точно. Дрова собраны, в шале идеальная чистота. Поднимаю на Фила вопросительный взгляд и беру кружку. Вдыхаю кофейный аромат и дую, чтобы остудить.
Фил оборачивается вслед за моим взглядом. Пожимает он плечами.
– Я не мог позволить своей девушке проснуться в куче дров.
– Девушке, – повторяю я, пробуя слово на вкус. – Звучит неплохо.
– Лучше, чем "актив"? – он приподнимает бровь.
– Не напоминай! – я швыряю в него подушку.
Он смеется, ловит подушку.
– Ешь. Нам скоро ехать. Лиля уже прислала пять сообщений с вопросительными знаками.
Я беру кружку двумя руками, согревая пальцы. Обжигающее тепло наполняет ладони, пока я смотрю на Фила из-под ресниц. Солнце золотит его волосы. Он смотрит на меня так, будто я – самое ценное, что у него есть.
– И всё равно ты – маньяк с трехчасовой подборкой, – хмыкаю я, делая глоток.
Он смущённо проводит по своим растрёпанным волосам. Вздыхает.
– Но я тебя люблю, – говорю, а у самой сердце в горло прыгает от переполняющих эмоций.
Он наклоняется и целует меня в макушку.
– А я люблю тебя, самая милая администратор. Даже несмотря на то, что ты кидаешься подушками в любимого мужчину, который приносит тебе завтрак.
– Это было справедливо, – я щурюсь.
– Справедливо, – соглашается он. – Как и все, что ты делаешь.
Я улыбаюсь в кружку. За окном искрится снег.
Телефон Фила вибрирует так настойчиво, что даже круассан подпрыгивает на тарелке.
– Лиля, – констатирует он, глянув на экран. – Шестое сообщение за последние полчаса.
– Ответь уже, – я мажу масло на тост. – А то она, наверное, уже спасателей вызвала.
Он нажимает на вызов, и через секунду из динамика раздается голос Лили, похожий на сирену воздушной тревоги:
– ФИЛ! ВЫ ГДЕ?! Я ЗВОНЮ ВАМ ТЫЩУ ЛЕТ! ТУТ ТАКОЕ!
– Привет, Лиль. Мы завтракаем, – спокойно говорит он. – Что случилось?
– Завтракают они! – голос Лили переходит на ультразвук. – София закрылась в кабинете с отцом полчаса назад! Козёл-Рома с утра ругается с Вероникой из-за какого-то фото на его телефоне. Он теперь носится по отелю с довольной рожей и показывает это фото всем. Даже горничной успел показать, представляете? Горничной! Которая убирает номера!
Лиля делает захлёбывающийся вдох.
– Вероника в бешенстве носится по отелю и кричит, что всех засудит! Вы где конкретно?
– Всё там же, в шале, – Фил переглядывается со мной. – Будем минут через сорок.
Фил смотрит на меня, и в его взгляде вспыхивает голод. И это не про еду.
Я опускаю взгляд, чувствуя, как горят щёки.
– СОРОК МИНУТ?! Вы там с ума сошли?! Ладно, жду. Только быстро! И – Фил! – она понижает голос до драматического шепота. – Там правда что-то серьезное.
Я замираю с тостом в руке. Рома показывал что-то своей невесте, после чего она впала в неистовство. Что это могло быть?
– Рома что-то мутит, а София обрабатывает моего отца, – кивает Фил. – Идеальный тандем.
– Твой отец... – я проглатываю еду. – Он поверит?
– Он поверит фактам, – Фил встает и начинает собирать вещи.
Дорога до отеля занимает вечность. Снег, солнце, идеальные пейзажи – а у меня внутри все кипит.
Мы въезжаем на парковку отеля. Тишина. Слишком тихо для утра. Обычно здесь суетятся гости, персонал, а сейчас – ни души.
– Не нравится мне это, – бормочу я, вылезая из машины.
Лиля встречает нас в холле. Стоит у стойки ресепшен с таким видом, будто только что выиграла войну, но потеряла все войска. Бледная, с кругами под глазами, но с горящим взглядом.
– Наконец-то! – шипит она, подлетая к нам. – Вы хоть понимаете, что тут творится?!
– Лиля, спокойно, – Фил кладет руки ей на плечи. – Говори по порядку.
– По порядку? – она вырывается. – Хорошо. София до сих пор не вышла из кабинета отца. Я пыталась подслушать, но там звукоизоляция, как в бункере! Рома носится по отелю с довольной рожей и показывает всем фото. Вероника в истерике, кричит, что подаст на развод, хотя они еще даже не поженились! Я ей напомнила об этом, так она сказала, что подаст на несостоявшийся развод!
– А отец? – хмурится Фил.
– А отец, – она тычет пальцем в Фила, – вышел пять минут назад, посмотрел на меня так, будто я лично организовала заговор против него, и снова закрылся!
Я перевожу дыхание.
– Что за фото? – спрашиваю я.
– О! Это отдельная вишенка на торте, Мира. Я сумела его раздобыть. Вот, – Лиля быстро находит фото в телефоне, открывает и тычет экраном мне в лицо. – Смотри.
На фото мы с Ромой. Я в пижаме с единорогами. Целую Рому в щёку.
– Это… – я беру телефон из руки Лили и приближаю кое-что на фотографии. – Этой фотке уже год. Он что, выдаёт её за свежую?
Лиля смотрит на меня с уважением.
– Соображаешь. Поэтому ты мне и нравишься. А ты, – она поворачивается к брату, – что собираешься делать?
– Идти к отцу, – пожимает плечами Фил. – И объяснять, что его обманывают.
– Не так, – я хватаю его за руку. – Мы пойдём вместе. Ведь у меня есть доказательства, что фото старое.
– Доказательства? – Лиля округляет глаза. – Какие?
Я улыбаюсь.
– Интересно? Тогда идём. Я покажу, как администратор разбирается с проблемами.
Глава 21
Мира
На верхнем этаже тишина. Только из-за двери с табличкой "Переговорная" доносятся приглушенные голоса. Я останавливаюсь, перевожу дыхание и толкаю дверь.
Троица ненормальных – я, Фил и Лиля, вваливаемся в кабинет.
Все взгляды устремляются на нас.
Внутри – картина маслом. За длинным столом сидят: отец Фила, которого я помню по фотографиям – седой, властный, с тяжелым взглядом, София – с идеальной укладкой и победной улыбкой, и Рома – развалившийся в кресле с видом человека, который только что выиграл в лотерею.
– А вот и главная героиня, – тянет София. – Мира, какая неожиданность. Вы, кажется, не в своей табели о рангах? Обслуживающий персонал обычно не приглашают на такие встречи.
Я делаю шаг вперед. Смело. Может быть даже отчаянно. Хотя внутри всё сжимается в комок.
