Новый год: Доставка до двери (СИ) - Хаан Ашира

— Да не умею я на мопеде, — начинаю защищаться. — И вообще у меня куда более важная задача, я руковожу!

— Ну раз уж взялись на ручное управление, не надо останавливаться, — заведующая подтягивает к себе один из свободных курьерских ранцев, что стоят рядом с окошком выдачи заказов. — Я вам и форму подберу, Федор Борисович.

— Да несолидно как-то

Я уже начинаю сдавать позиции, сердясь на себя за это, но Анна Евгеньевна вдруг теряет интерес к разговору. Она бросает ранец и отходит в сторону.

— И правда, чего это я… — как бы сама себе говорит она. — Где ж это видано, чтобы сын Бориса Оленева, самого известного ресторатора страны, мальчиком на побегушках стал. Отца вашего инфаркт хватит…

— Где там ваша форма? — говорю я. — Какая у нас там максимальная ростовка? Я мальчик не маленький.

— Сто восемьдесят, — как ни в чем ни бывало, Анна Евгеньевна отпирает дверь в одну из кладовок. — Но мы сейчас отпорем подвороты и будет сидеть как влитая. Давайте поставлю вас на самый загруженный район, там ребята зашиваются…

4. Панамера по реновации

Никогда я не подозревал, как глубока пропасть между мной и вот этим парнишкой на мопеде, который остановился рядом со мной на светофоре.

Вроде бы разницы — в количестве денег да ответственности. Мне казалось, что тут есть прямая связь. Больше ответственности — больше денег. А так мы все одинаковые.

Как сильно я ошибался!

Первый рабочий день начался бодро. Курьерская форма мне, конечно, по размеру не подошла, но я не особо расстроился. Эксперимент всего на неделю, потерплю.

Мопед тоже брать не стал, решил, что поезжу на своей «Панамере». Будь я реальным курьером, экономически это было бы невыгодно, но менять уютный теплый салон любимой машины на обдуваемый ледяным ветром мопед в декабре было глупо.

Я так думал буквально до второго дня своей новой работы. Когда забрал аж пять комплектов рационов на один дом и припарковался у новенькой высотки. Район был неблагополучный. Там даже морозный зимний воздух пах то ли горящим углем, то ли горящей помойкой. Но чистенькие тротуары, стеклянные двери, свежепокрашенные скамейки ввели меня в заблуждение. Я-то думал — люди любят свой дом. Оказалось, что он лишь недавно был заселен по реновации.

Лифтов в доме было четыре, работало всего два. Один грузовой, который задумчиво останавливался не только на том этаже, который я нажал, но и случайным образом на парочке других и двери закрывать не торопился, сколько я ни давил на нужную кнопку.

Другой пассажирский — он был пошустрее, но его постоянно угоняли на другие этажи. Промучавшись с двумя заказами, остальные три я быстро разнес, спустившись по пожарной лестнице, благо двери на нее не запирались.

Вернулся к машине я через полчаса.

За это время она лишилась шильдика «Порше» на капоте и надписи «Панамера» на крышке багажника.

Оглянувшись по сторонам, я никого не увидел. Обошел машину по кругу, попинал колеса — слава богу, они остались на месте. Сел за руль — и на мгновение подумал, что ослеп. Местные гении выковыряли из зеркал машины отражающие пластинки. Там торчали только обрезанные провода.

Как я добирался домой без зеркал — лучше не вспоминать.

Мастер в сервисе покачал головой:

— Да их проще всего снять. Подденешь ножом — и готово! На Авито продадут по полтиннику.

— Так дорого?! — Изумился я. — Это же просто стекло!

— Не скажи… Там же датчики, обогрев, камеры… Быстро и выгодно, инструментов не надо. Где шлялся-то?

— Где шлялся, там больше не буду… — проворчал я.

«Панамеру» пришлось оставить на ремонт, а я вернулся к Анне Евгеньевне с просьбой выдать мне другое средство передвижения.

В общем, с третьего дня работы я превратился в обычного курьера. Одного из десятков тысяч, снующих по дорогам столицы и бесящих всех — водителей, пешеходов, полицейских.

Оказывается, от езды на скутере болит шея — постоянно приходится пригибать голову от ветра, вертеть ею гораздо чаще, чем в машине, чтобы не попасть под колеса, да и у дешевенького скутера слишком низкий руль, приходится горбиться.

От постоянного холода мерзнут руки. Даже в хороших мотоперчатках с подогревом, которые я купил в первом же салоне после часа езды по улицам. Они краснеют, пальцы еле разгибаются, ледяной ветер будто проникает до самых костей.

Оказывается, в той части Москвы, где я до сих пор почти не бывал, постоянно что-то воняет. Подъезды воняют мусором и кошками, лифты — мочой и дешевыми духами, дворы — гарью и канализацией. Из-за дверей квартир, распахивающихся навстречу курьеру доносятся запахи лука, жареной рыбы, плесени, пота, гнилых тряпок и разложения.

Оказывается, люди постоянно врут. «Да я через пять минут буду дома», «Оставьте у двери, я заберу», «Да она только лает!».

А потом — «Двадцать минут ждете? Ну извините», «А где заказ? Нет у двери!», «Ой, она первый раз кого-то укусила!»

Оказывается, люди ненавидят и презирают курьеров. Считают мебелью и просто отодвигают от прилавка в кофейне, куда я просто зашел купить кофе и в туалет. Как будто я не существую, как будто не такой же человек.

Плюют вслед, когда просто еду по двору, никому не мешая. Высаживают из лифта, если туда набилось слишком много людей. Им надо домой, а я — подожду.

Из-за этого стали копиться первые опоздания и задержки. Мое приложение, учитывающее даже время ожидания лифтов в многоэтажках работало безупречно. Но в нем не было поправки на презрение к курьерам. Однажды под конец рабочего дня я пропустил три лифта подряд и уехал на четвертом только потому, что отказался выходить.

Но я — двухметровый мужик с весом под центнер. Даже если бы все пять жильцов, что орали на меня в том подъезде, попытались применить силу, у них вряд ли бы получилось.

А если бы тут была одна из наших девчонок?

Нагонять драгоценные минуты пришлось, нарушая правила поведения на дорогах. Я всегда ездил по дворам очень медленно, не быстрее десяти километров в час. Спешивался на переходах. На дороге держался строго в правой полосе. Небольшие поблажки себе позволили мне и на третий день уложиться в отведенное время доставки.

На Анну Евгеньевну по вечерам я смотрел с некоторым превосходством.

Вот — могу же! Даже без опыта и знания секретных маршрутов!

На третий день, правда, моя гордая улыбка была уже не такой уверенной.

Потому что я уже знал, что главная причина опозданий — не пробки и не лифты.

А — люди. Те самые, кому я вез собственноручно продуманные рационы, чтобы они не тратили свое драгоценное время на ерунду.

Зато они тратить мое время совершенно не стеснялись!

5. Пабейон-криойо с чаем и малиновым вареньем

— На вашей двери все еще нет номера! — в голосе курьера звенят ноты обвинения.

— Ой! — поднимаю глаза. Выше. Еще выше.

Точно — это он. Я его узнала. Тот двухметровый мужик с выражением ярости на лице.

Молча развожу руками. Виновна.

Два дня нашей разлуки не поднимала головы от планшета, из дома не выходила, даже чтобы мусор вынести. Питалась реально одними этими рационами, ни одной шоколадочки не заказала!

Правда, схедала их не по порядку, а как вспомню. И что первое под руку попадет. Так что вечером могла ужинать овсянкой с ягодами и протеином, а завтракать супом.

— Разве это сложно? — Продолжает сурово допрашивать меня курьер. — У вас же есть дома листок бумаги, маркер и скотч. Написали номер, прилепили на дверь! И курьерам будет проще вас находить! Вы снова заставили меня потратить время на поиски квартиры!

— Вы с первого раза не запомнили? — удивляюсь я.

— Я не могу запоминать все адреса всех клиентов! — рычит он. — В конце концов, это вопрос уважения к другим людям.

— Я не просто клиент, я — постоянный клиент! — напоминаю я.

Уже второй раз к ним обращаюсь. В этот раз сделала заказ на две недели, пока спешу все додедать к сроку. В прошлый — заказала попробовать.