— Садитесь. Поговорим.
Внутри неприятно кольнуло. После вчерашней беседы с Ириной любое «поговорим» звучало подозрительно.
— По северу? — уточнила я.
— И по северу тоже. Но сначала другое.
Он достал из папки лист с логотипом компании и придвинул ко мне.
— У нас запускают программу для кадрового резерва. Управление персоналом, проектные команды, конфликтные ситуации, бюджетирование. Не для галочки. Потом будут смотреть, кого куда двигать.
Я опустила глаза на лист.
Список модулей, даты, фамилии кураторов. Всё выглядело очень серьезно. Не как мотивационная рассылка для всех подряд.
— Я подал вашу кандидатуру, — продолжил Иван Семёнович. — Предварительно согласовали.
Пальцы сами сжались на краю листа.
— То есть…
— Вашу кандидатуру рассматривают. Дальше зависит от вас. Как закроете текущие задачи и покажете себя на программе.
Вчерашние слова Ирины вернулись моментально.
Ты же этого хотела.
Хотела. Ещё как.
Наконец перестать быть человеком, который просто вытягивает работу, и стать тем, кто принимает решения.
— А север? — спросила я.
Вопрос выскочил раньше, чем успела решить, надо ли его задавать.
Иван Семёнович даже не удивился.
— Север закроете. До конца, нормально. Потом вернетесь и включитесь в программу.
— По срокам?
— Не тяните там. Неделя, максимум полторы. Если не всплывет ничего нового.
Полторы недели.
Так мало.
— Поняла.
— И ещё, — он постучал пальцем по листу. — Это хороший шанс. Не распыляйтесь сейчас.
— Не буду.
Голос прозвучал ровно, хотя внутри всё ещё неприятно тянуло после слов про север.
В кабинете было душновато. Когда вышла в коридор, захотелось расстегнуть верхнюю пуговицу на блузке, но мимо прошёл бухгалтер из соседнего отдела, и рука сама опустилась.
В кабинете я открыла почту и первым делом нашла письмо с севера.
Ответ набрала быстро.
«Вернуться смогу на следующей неделе. Как только согласую выезд — отпишусь. Всё, что можно закрыть дистанционно, скиньте, пожалуйста, заранее. ».
Палец завис над кнопкой отправки всего на секунду.
Потом письмо ушло.
Ничего не произошло. Монитор не потемнел, сердце не разбилось, в кабинет никто не ворвался с вопросами. Обычное рабочее письмо. Таких за день уходят десятки.
Я ещё несколько секунд смотрела в экран, прежде чем вернуться к работе.
Все закрыть и вернуться.
До обеда меня затянуло в работу. Таблица по проекту, звонок из договорного отдела, правки к презентации. Иван Семёнович прислал ещё два файла по программе. В одном были даты, в другом — список участников.
Моя фамилия стояла в самом низу.
Наталья Олеговна Романова.
Несколько секунд я смотрела на неё, потом закрыла файл и открыла рабочую таблицу. Нечего глазеть на собственную фамилию как на выигрышный билет.
В обед позвонил адвокат.
— Наталья Олеговна, документы готовы. Можете подъехать сегодня?
— Да. Во сколько?
— После четырёх будет удобно. Максим Викторович свою часть подписал.
Имя Максима уже не ударило так, как раньше. Неприятно — да. Но без прежней дрожи в руках.
— Приеду.
К адвокату я вырвалась ближе к пяти. В приемной сидел мужчина в дорогом пальто и нервно листал телефон. Секретарь проводила меня в кабинет без ожидания.
— Всё готово, Наталья Олеговна. Подписываем.
Адвокат разложил бумаги по столу, отмечая нужные места жёлтыми стикерами.
Я поставила подпись на первом листе, потом на втором. Ровно, без напряжения. Хотя ещё месяц назад казалось, что этот развод и квартира будут тянуться бесконечно.
На первой странице стояла сумма — заметно ниже той, что Максим требовал в начале. Его всё-таки прижало. Эта мысль неожиданно подняла настроение сильнее, чем сами документы.
— Вы всё сделали правильно, — произнес адвокат. — Через личные разговоры он бы ещё долго тянул.
— Знаю.
На улице уже темнело. Папка неприятно давила под мышкой, но впервые за долгое время домой я ехала не с новой проблемой, а с подписанными документами.
По дороге свернула к строительному магазину.
Продавец в отделе замков оказался парень лет двадцати пяти, с пирсингом в брови и лицом человека, которому уже третий раз за вечер объясняют про «примерно такой замок».
— Личинку надо такую же по длине брать, — заявил он, глядя на фото в моём телефоне. — Вы старую сняли?
— Нет.
— Тогда хотя бы замерьте от края до винта. И от винта до второго края.
— У меня только фото.
Парень вздохнул, но без злости.
— Тогда можно взять универсальную, но не гарантирую. Лучше снимите старую и приходите.
Ехать домой без покупки не хотелось. После недавнего визита Максима тянуть с замком уже не хотелось.
— Давайте универсальную. Если не подойдет, верну.
— Чек не потеряйте.
На кассе к личинке добавились отвёртка и маленькая пачка шурупов, потому что старая дома куда-то подевалась еще при Максиме. Он тогда что-то прикручивал на балконе и «положил на видное место». На видном месте её, конечно, с тех пор никто не видел.
Дома я первым делом положила папку на стол, переоделась в старую футболку и села прямо на пол перед дверью.
Видео на телефоне объясняло всё бодро и без сочувствия.
«Открутите фиксирующий винт…»
Винт не хотел откручиваться. Отвертка соскальзывала, пальцы быстро стали грязными. Один раз я выругалась так, что сама удивилась. Потом всё-таки пошло.
Старая личинка вышла криво, застряла на середине, потом щелкнула и оказалась в руке.
— Ну вот, — пробормотала я. — Не умерли.
Новая встала не с первого раза. Пришлось снова смотреть видео, материться тише и подпирать дверь коленом. Когда замок наконец провернулся новым ключом, я даже рассмеялась.
Нервно, коротко, но от души.
Замок щелкнул как надо. Несколько секунд я просто стояла у двери и дергала ручку, проверяя снова и снова.
На столе лежали документы по квартире, рядом — новый ключ и список дел на завтра.
Возни еще хватало, но впервые за долгое время всё это хотя бы зависело от меня.
Телефон лежал рядом экраном вверх.
Рука потянулась к нему раньше, чем я успела придумать зачем. Открыла контакты. Пролистала до буквы «В».
Волков.
Имя светилось на экране ровно.
Большой палец поднялся над кнопкой вызова.
И замер.
Глава 56
Сумка никак не желала закрываться.
Пришлось вытащить свитер, переложить документы в боковой карман и утрамбовать зарядки между блузками. На столе ждала своего часа папка по северу, рядом — новый ключ от квартиры и список дел, который за последние дни разросся до неприличия.
Квартира наконец перестала выглядеть временным штабом после пожара. Посуда стояла в шкафу ровными рядами, пол у двери больше не лип, Светин пакет я передала через знакомых. Документы по выкупу убрала в верхний ящик комода и несколько раз заглядывала просто чтобы убедиться: все происходящее не сон.
Москва за эти несколько дней снова втянула меня в свой ритм. Работа, адвокат, банк, программа для кадрового резерва. Вечером сил не оставалось вообще, но утром голова снова включалась в рабочий режим.
Волкову я всё-таки позвонила.
Не в тот вечер, когда палец завис над кнопкой. На следующий день. После банка, когда на руках уже были все подтверждения, а в голове перестали шуметь цифры.
Разговор вышел коротким.
— Слушаю.
— Это Наташа.
— Узнал. Все в порядке?
— Хотела сказать спасибо. Деньги скоро верну, банк уже проводит документы.
На том конце несколько секунд молчали.
— Я вроде не торопил.
— Всё равно верну.
— Упрямая вы женщина.
— Какая есть.
Волков тихо усмехнулся.
— Когда обратно?
— На следующей неделе.
— На своей машине?
— Да.
— Тогда хоть поспите нормально перед дорогой. И машину проверьте.
