Прости, если сможешь (СИ) - Гойгель Юлия

— В ресторане я почти на сто процентов был уверен, что это ты. Пока мы не оказались в постели, — его вторая рука медленно скользит по моему животу, чтобы погладить холмик между бёдер. — У тебя здесь была родинка. Такая маленькая и аккуратная. Я хорошо её помню. Наверное, она в этом месте бывает у многих женщин и не могла являться стопроцентным доказательством. Но у незнакомки её не было, и тогда я засомневался.

— После беременности Владом она ещё больше потемнела, и врачи посоветовали удалить. Это сделали в платной клинике, что даже следа не осталась, — признаюсь я. — Знаешь, а я совсем не подумала о том, что ты можешь обратить на это внимание.

— Поэтому я не стал снимать с тебя маску, — продолжает мужчина. — Боялся увидеть, что Аля, которая подарила мне потрясающую ночь, окажется совсем непохожей на Алису. Я искал в незнакомке тебя, Алиса. Я приезжал не к ней, а к тебе.

— Но почему Андрей сказал мне о том, что ты женился, если этого не было, — вглядываюсь в любимое лицо. — Яр, ты женат? Не захотел расстраивать меня в больнице?

— Я не женат, Алиса. Когда вернёмся в спальню — покажу тебе паспорт, чтобы ты больше не сомневалась. А Андрей сказал, потому что его терпению пришёл конец. Это не он сказал, а его ревность. Он боялся потерять тебя.

— Он защищал, — тихо произношу я. — После наших с тобой встреч я… я с ума по тебе сходила. И чувствовала себя виноватой перед Андреем. И понимала, как бесстыдно, не по-людски мы поступаем.

Яр перемещает свою руку мне на затылок, пальцы запутываются в моих влажных волосах, придерживая. Его губы касаются моих. Сначала это привычный поцелуй. Так он целует меня, уезжая на работу, и когда я встречаю его на пороге. Я знаю этот поцелуй. Он стал частью нашей новой жизни.

Но сейчас всё меняется.

Потому что мы одни. Потому что между нами нет ни больничных стен, ни чужих глаз. Потому что я пытаюсь поверить в то, что он может быть только моим.

Его губы становятся настойчивее. Я чувствую, как мужчина чуть наклоняет голову, углубляя поцелуй, как его язык касается моей нижней губы, прося впустить его. Я открываю рот, позволяя проникнуть внутрь. Наши языки мгновенно сплетаются, словно все прошедшие годы только и ждали этого момента.

Яр целует меня так, словно я стала воздухом, которым он дышит.

Отвечаю ему со всей страстью. Мои пальцы сжимают его плечи, впиваются в кожу, чувствуя, как напрягаются его мышцы. Я прижимаюсь к нему всем телом, ощущая знакомое тепло его груди и силу мужского желания. Он тихо стонет в мои губы, и этот звук горячей волной проходится по моему телу, заставляя стонать в ответ.

Лежащая на моём лобке рука опускается чуть ниже. Большой палец осторожно массирует набухшую верхушку, заставляя меня выгнуться навстречу.

— Яр, — выдыхаю, когда он на секунду отрывается от моих губ, чтобы перевести дыхание. — Яр, я не могу…

— Можешь, — шепчет он, целуя меня в уголок губ, в щёку, в шею. — Ты можешь всё. Ты только позволь себе.

Я чувствую, как его зубы слегка прикусывают мою кожу, как его язык касается того места, где частит мой пульс. И я понимаю, что сдаюсь. Что больше не хочу бороться с собой. Хочу чувствовать его. Хочу быть только с ним.

Всегда хотела.

Глава 43. Одно целое

Глава 43. Одно целое

Вижу, с каким трудом Яр отрывается от моего тела.

— Аля, девочка моя, пошли в кроватку, — ласкает языком мочку моего ушка. — Очень хочу тебя. Завтра дольше покупаемся.

Силу его желания подтверждает каменный стержень, упирающийся мне в ягодицы.

— Нет, Яр… Как ты это себе представляешь? Подожди, — я верчусь, но мужчина уже намыливает мое тело ароматным гелем. Смахиваю с глаз влажные волосы и продолжаю протестовать. — Наверное, мне нельзя. И…

— Закрой глаза, — командует Яр и взяв душевую лейку, намачивает мои волосы. — Я спросил у врача. Тебе можно. Только аккуратно и бережно.

— Что ты спросил? — опешиваю. — Я без твоей помощи на улицу не могу выйти, а ты спросил…

— Главное, что на кровати можешь лежать, — смеётся Ярослав. — Сейчас шампунь смою. Подержи ротик закрытым. К нему мы позже вернёмся.

От осознания его слов я с шумом втягиваю в себя воздух вместе с глотками мыльной воды. Закашливаюсь.

— Девочке не терпится? — дразнит меня Ярослав, придерживая за плечи.

Я некрасиво сплевываю попавшую в рот мыльную пену. А между ног мокро совсем не от воды.

— Ты не умеешь осторожно и аккуратно, — наконец нахожу, чем возразить в ответ.

Мужчина берет полотенце, чтобы закрутить мои волосы:

— Я всему научусь. У нас ещё всё впереди. Поверь мне.

Одежда остаётся в ванной. Яр вытирает меня и закручивает в сухое полотенце. Второе оборачивает возле своих бёдер.

Я ахаю, когда мужчина легко поднимает меня на руки.

— Яр…

— Тише, всех разбудишь, — смеётся он.

Возле дверей спальни чуть наклоняется, чтобы я могла нажать на дверную ручку.

В коридоре никого. Даже не видно, чтобы из дверей других комнат пробивался свет. Я с облегчением вздыхаю. Вроде и не делаем ничего плохого, и все привыкли, что я постоянно вишу на Яре, но я сама не считаю такое поведение правильным.

— Я дойду, Яр. Поставь меня на пол, — прошу мужчину.

— Я донесу, — произносит охрипшим голосом.

Больше не возражаю.

Вокруг тишина, все уже спят, а напряжение между мной и братом мужа нарастает с каждым шагом. Меня безумно тянет к мужчине, на руках которого я нахожусь. Хорошо, что он меня не поставил. Я бы упала, лишившись его объятий.

Чувствую, как все тело наполняется предвкушением. Ловлю на себе очередной мужской взгляд и сбиваюсь с привычного ритма дыхания.

Как же я хочу его прикосновений!

Мой мозг не разделяет эмоций, он считывает лишь их силу и руки сильно дрожат, когда я пытаюсь повернуть дверную ручку. Это выглядит так некрасиво, что мне хочется плакать.

— Тише, Аля, т-ш-ш… — Яр, все ещё держа меня на весу, касается моих губ своими губами. Наши языки мгновенно встречаются и переплетаются.

Меня тут же затапливает желанием так, что я забываю о трясущихся руках, обнимая ими крепкую мужскую шею, прижимаясь к нему.

Только бы он меня не оставил!

Я забыла, что с этим мужчиной может быть так хорошо! Или не забыла… Просто сегодня с ним ещё лучше.

Ярослав осторожно кладет меня поперек кровати. Ни на секунду не прекращает целовать. Его губы непривычно ласковые и нежные, но по-прежнему настойчивые.

Грудь наливается, низ живота болезненно тянет. Я выгибаюсь навстречу его телу, стремясь почувствовать его жар и тяжесть. Хочется накрыться им, словно одеялом, поднырнуть под него и остаться под ним навсегда.

Всхлипываю от силы неконтролируемого желания, что-то бессвязно бормочу даже во время поцелуя. Все ощущения намного острее ещё и потому, что сегодня он точно знает, кого целует. Сегодня он видит, что перед ним я.

Без укладки и макияжа, с мокрыми волосами и сбитым дыханием. Он не может не видеть, что каждая клетка моего тела просит его прикосновений, молит о его внимании.

Каждый новый поцелуй Яра наполняет мою кровь безумием. И эта сумасшедшая смесь разносится по всему моему телу, заставляя меня гореть.

Я помню, так было, когда он коснулся меня впервые. Спустя десять лет я хочу его ещё больше, я стремлюсь наполниться им.

Мыслей больше не осталось. Мы вдвоем, спешить некуда, и я напрочь забываю о том, что можно и что нельзя. Внутри меня нет ни стыда, ни сомнений. Только желание. Только он.

Яр нетерпеливо дёргает узел на моём полотенце. Оно расходится, бесстыдно выставляя напоказ мое тело. Но мужчина не рассматривает. Ему всё равно, как я выгляжу. Он торопится насытить собственное желание.

Начинает беспорядочно целовать мою шею, пока не доходит до груди. Жадно втягивает соски, сжимает их губами, ласкает языком. Меняет положение собственного тела, и я чувствую, как мне в бедро упирается твердый член. Горячий, пульсирующий, большой.