- Вы можете ради меня помириться? Ну что, я должна между вами с ведром носиться и пожар тушить?
Вздыхает.
Я думала Анна его смягчит, но тут, кажется, стена бетонная. Железобетонная.
- Если тебе так неприятно, можешь просто прийти ненадолго. Час посидишь, поздравишь меня, потерпишь и уйдешь.
- Целый час на папу, щедро. Может, он час посидит и уйдет? Я не верю, что ты серьёзно с ним.
- Да, пап, ну ты что, ещё не понял? - показываю ему палец с кольцом. - Он мне предложение сделал.
- Назло мне?
- Господи, нет. Я люблю его.
- Он как “запретный фрукт” и все такое.
- Папа, мне не шестнадцать. Я правда хочу, чтобы ты там был. Но если тебе важнее ласкать свое эго, тогда оставайся с ним, я тебе больше надоедать не буду, - достаю из кармана бумажку и кладу на стол. - Вот место и время. Я тебя всегда жду.
Разворачиваюсь и иду к двери.
- А ну стой, Лара.
- Я устала, пап, - оборачиваюсь в дверях. - Если тебе все равно на меня, то зачем тебе тогда вообще дочь? Я устала метаться между вами. Если ты хочешь, чтобы я выбрала кого-то из вас, то… я выберу его.
Глава 83
Я ещё никогда так не волновалась. Заранее приехала в ресторан. Ренат с мамой должны вот-вот приехать.
Папа не знаю. Не звонил. Но все же надеюсь, что здравый смысл в нем победит.
Но машину его видела в санатории. И с Аней их видела. В любом случае знаю, что с ним все в порядке.
И, когда вижу папочку, таю. Приехал.
Поднимаю руку и машу ему. В руках у него огромный букет.
Я встаю.
- Я что, первый?
- Да.
- Ну, я ждать никого не буду. Это тебе, - принимаю от него букет, - и это тебе, - протягивает продолговатую коробочку. - С днем рождения.
- Спасибо, что приехал, - обнимаю его и целую в щеку.
- Дочка у меня одна, не хотелось остаться и без нее.
Я сажусь на свое место, папа напротив.
Рубашка, костюм, выбрит, надушен. Идеальный просто.
Пока Ренат не приехал, я открываю коробочку.
Там браслет. Тонкий, аккуратный, явно не из тех, что хватают в первом попавшемся ювелирном.
Красивый. Очень.
- Пап…
- Нравится?
- Очень.
Он берет браслет у меня из рук и сам застегивает на запястье. И в этом его жесте столько всего папиного, родного, привычного, что у меня на секунду даже сердце поджимается. Вот только расслабляться нельзя. Совсем нельзя.
Потому что это только начало.
- Ну и где…? - кивает на пустые тарелки рядом с нами.
- Скоро приедут.
- А кроме твоего кто будет?
- Его зовут Ренат.
- Да знаю я, как его зовут.
- А четвертый кто?
Я смотрю на вход. Пока пусто. Ещё можно отмотать назад. Можно сказать, что у меня температура, мигрень, ретроградный Меркурий и все отменяется. Ещё можно спасти этот вечер.
Но я же не ищу легких путей.
- Пап, - говорю я, пока не передумала. - Только спокойно, ладно?
- Я спокоен.
- Ренат будет со своей мамой.
- С мамой? Мамин сынка?
- А я папина дочка, да? Мы все равно же должны познакомиться. Просто… нормально познакомиться. Без войны. Без допросов. Без твоего фирменного “я все про всех понял за три секунды”.
- Лариса.
- Что?
- Я на них посмотрю и сразу все пойму за три секунды.
Я открываю рот, чтобы ещё его настроить, но именно в этот момент замечаю Рената. Тоже с букетом цветов.
Он заходит в ресторан первым. Высокий, собранный, в темной рубашке, которую мне уже хочется снять.
Но эти мыслишки оставим до вечера.
Рядом с ним - Анна Марковна. Спокойная, красивая, утонченная. Деревня ей не идет. Там она бабушкой становится, тут же как ждала этого момента, чтобы надеть лучшее платье и расцвести.
Хотя нет, расцвела она скорее из-за моего папы. Или мне просто так хочется думать.
- Пап, они идут. И я тебе все объясню, не делай только поспешных выводов.
- Это каких? - оборачивается туда, откуда они идут.
Я поднимаюсь первой из-за стола, папа за мной.
На меня смотрит.
- Можешь начинать объяснять.
Они подходят к столику. Анна Марковна поднимает взгляд на папу - и замирает.
Папа смотрит на нее.
Потом на Рената.
Снова на нее.
- Здравствуйте, Владимир Иванович, - произносит Анна Марковна первой. - Лариса… с днем рождения.
- Это тебе, - Ренат делает ко мне шаг, протягивает букет и целует в губы. При папе, чтобы видел и привыкал.
- Анна Марковна, - говорит папа таким голосом, от которого у меня сразу холодеют ладошки. - А что вы здесь делаете?
- Так, видимо, то же, что и вы. Вы что ли отец Ларисы? - папа молчит, но и так все понятно. - А Ренат мой сын.
- Я вам сейчас все объясню, - вмешиваюсь. - Это я вас познакомила.
Папа смотрит на меня так, будто я только что не фразу сказала, а достала из сумки гранату и выдернула чеку.
- Где ты нас познакомила?
- В санатории, - натягиваю улыбку.
- А зачем, Лариса? - у Анны Марковны тускнеет взгляд.
- Чтобы… вы с папой познакомились поближе. Давайте сядем за стол, а то как-то неудобно.
- Нет, мне все удобно, - смотрит на меня отец. - Ты что из меня клоуна делаешь? Я в цирке? Представление перед тобой разыгрываю?
- Пап, ну перестань.
- Тогда объясни зачем?
- Ты познакомился с замечательной женщиной…
- При чем тут Анна? Ты зачем лезешь?
- Затем, что ты был против Рената. И я хотела, чтобы ты с ним нормально пообщался. Чтобы ты понял, что он не такой, как ты себе его нарисовал. Чтобы ты от него уже отстал.
- Вот даже как.
- Да, вот даже так.
Анна Марковна смотрит уже не на папу - на меня. В ее взгляде нет злости. Только растерянность и какая-то очень тихая обида.
- Владимир Иванович, давайте успокоимся. Лариса, то есть это все было… подстроено?
- Чуть-чуть.
- Я не понимаю зачем? Почему нельзя было просто познакомить.
- Ну чего мы сейчас ругаемся? У меня день рождения, все знакомы, давайте за стол…
Пытаюсь разрулить. Ренат помогает.
- Аааа… я понял, кажется, - откидывается на спинку стула папа. - Ты думала, если я сдружусь с Анной Марковной, то растаю и поменяю свое мнение о Ренате?
- О чем вы поменяете свое мнение, Владимир Иванович?
Сейчас вот они вообще не похожи на тех, кого я видела в санатории.
- О вашем сыне.
- А что не так с моим сыном? Вы что-то имеете против?
- Против вашего сына? Много чего имею. И список только пополняется.
- Папа!
- Ваш сын…
- Не надо разговаривать со мной в таком тоне, Владимир Иванович. И не надо делать из моего сына какого-то преступника только потому, что он вам не нравится.
- А вы из меня дурака не делайте, - бросает в ответ. - Нашли тут театр.
- Не надо с моей мамой так разговаривать, - ещё и Ренат подключается.
- Ты мне ещё указывать будешь?
- Я вам ничего не указываю. Но и молчать, когда вы унижаете мою мать, не собираюсь.
Тишина за столом становится уже не просто неловкой - звенящей.
- Никто не делает из тебя дурака, пап! Все, что я сделала, это договорилась, чтобы вас посадили за один столик, дальше вы сами начали общаться.
- Угу.… верится с трудом, - наезжает на Анну.
Совсем уже!
- Господи, пап, перестань. Я правду сказала.
Анна Марковна медленно берет сумочку со стула и поднимается.
- Знаете что. Я не хочу участвовать в этом. У вас тут день рождения или допрос? Или, может, семейная спецоперация?
- Анна Марковна… пожалуйста…
- Нет, Лариса. Не надо. Ты хотела как лучше, я понимаю. Но лучше не получилось.
Она поворачивается к сыну.
- Ренат, извини. Я поеду. Я не хочу здесь сидеть, - и поворачивает голову к отцу.
- Мам, подожди.
- Ещё раз с днем рождения, Лариса. А о вас, Владимир Иванович, я была лучшего мнения.
Разворачивается к выходу.
- Я о вас тоже, - бросает через плечо.
