Хватает салфетку. Бросает ее на стол и поднимается.
Я вижу, как Рената рвет пополам. С одной стороны - мать. С другой - я, которая все это устроила.
И я сама не знаю, кого мне сейчас больше жаль.
- Догони ее, - киваю ему.
Ну куда ей тут одной в городе. Потом не найдем.
Ренат выбегает из зала.
- Спасибо, пап.
- И тебе спасибо.
- Ну, зачем ты так?
- Этого ты хотела?
- Ну ладно я не сказала, ее ты зачем обидел? Она не виновата ни в чем.
- Не лезь не в свое дело.
- Ну и дураком будешь, если не попросишь у неё прощения.
- А за что я должен просить? Я что сделал? Этого ты выбрала? Он же за мамой побежал, а не с тобой остался.
- Вот не перевирай сейчас. Это я ему сказала маму догнать.
Официант приносит нам горячее.
- Отлично посидели.
- И тебе спасибо, что промолчал, что сделал мой лучший праздник.
Боже. Какой вообще гений решил, что это хорошая идея - посадить их за один стол?
А.
Я.
- Ну чего, ужин в санатории я пропустил, поем уже с тобой, - берет вилку и отламывает котлету, - когда ты перестанешь меня удивлять?
- Не говори, что она тебе не понравилась.
- Когда вот так… не очень верится в искренность, - ест дальше.
Мне вот кусок в горло не лезет.
- Она не знала ничего.
- А я ещё думаю, чего она так все твою сторону занимала.
- Пап, ты слышишь? Она не знала.
- Ты меня хочешь провести?
- Ты с ней общался? Она же хорошая женщина. И сын у неё нормальный. Присмотрелся бы к ней.
- Я сам решу, к кому мне присмотреться.
- Решишь? Да ладно! - меня уже несет. - Так а чего же ты мне не даешь решать, а?
- Характер у тебя!...
- Весь в тебя!
- Вот и поговорили.
Я поднимаюсь.
- Приятного аппетита. Ужин оплачен. Можешь ни в чем себе не отказывать.
- Сядь, Лариса.
- Когда беса своего этого седого отпустишь, - забираю букеты, - и перед Анной извинишься и помиришься, тогда и я с тобой буду разговаривать. А до этого - нет.
- Лариса!
- Пока пап.
Разворачиваюсь и выхожу.
Иду по набережной, как дура, с двумя огромными букетами цветов и реву.
Почему нельзя просто быть счастливым? Почему все время надо сопротивляться и выбирать?
Облокачиваюсь на парапет. Кладу рядом цветы. Смотрю на волны. Ну как их помирить-то?
От Василисы приходит план на завтра.
Я набираю ее, чтобы отпроситься. Я ещё даже не знаю, куда мне ехать. К Ренату надо. Но злят меня оба.
В мой день рождения могли бы и придержать эмоции.
Достаю телефон и набираю Василису.
- Да, Лариса.
- Василис, прости, - шмыгаю носом, - я хотела отпроситься на завтра.
- Эй, чего это моя именинница сегодня плачет?
- Мне испортили день рождения, я со всеми поругалась, я…
- Стоп. Ты где?
- Где-то.
- А приезжай ко мне.
- А я не помешаю?
- Нет. Сейчас тебе адрес скину.
Глава 84
Ренат
Я догоняю мать уже на улице.
И ходит она слишком быстро для человека, который совсем недавно лежал в больнице и которому врач четко сказал: не нервничать, не скакать, не устраивать себе эмоциональные аттракционы.
- Вот ты зачем ушла, а? - хватаю ее за локоть и разворачиваю к себе. - Я там Ларису одну оставил, чтобы тебя догнать.
- Нормально все со мной.
- Нормально? Нормально - это дома чай пить, а не бегать после такого вечера. Ты только лежала в больнице, забыла? Тебе же сказали не волноваться.
- А зачем тогда ты меня туда привел, если знал, что я буду волноваться?
- Ларисы была идея.
- Ренат, ты иди за Ларисой, одна она там осталась, не хорошо. А я поеду в санаторий. Такси мне вызови.
- Давай вернемся, заберем ее и отвезем тебя.
- Не надо. Сделай, пожалуйста, как я прошу.
- Хорошо, - вызываю такси.
Параллельно слежу за припаркованной возле ресторана машиной Ларисы. Всё еще тут, значит, никуда не ушла.
- Ренат, а что за конфликт у тебя с Владимиром?
- Да так…
- Из-за Ларисы?
- Неа. Короче, ты знаешь, кто он?
- Да.
- Вот мы как-то приехали на обслуживание гидрантов, а там стоит припаркованная машина, хотя там остановка и стоянка запрещёна. Вот я и решил проучить самого умного, вызвал ГАИ. Машину эвакуировали, это оказалась машина начальника управления полиции.
Мама прикрывает рот ладошкой и смеется.
- Ну вообще-то ты был прав.
- Ну, мы ещё с ним и поговорили … доказывая каждый свою правоту.
- Не дрались хоть?
- Ну ты что?! Нет, конечно. Не знал я кто он, да если бы и знал, поговорили бы жестко. Остались не лучшего мнения друг о друге.
- Понятно, теперь. Все, беги к Ларисе, успокаивай. А то у девочки день рождения, а тут…
- Не надо было и тебе уходить.
- Ну может и не надо было. Пошли туда, посидим втроем. А? Помиримся.
- Да я не ссорилась. Что-то…
Достаю телефон, набираю Ларису. Телефон выключен.
- Ну что? - спрашивает мама.
- Телефон выключен. Так. Ладно, отменяй такси. Успокоились все. Пойдем теперь поговорим.
Возвращаемся в ресторан. Заглядываю в зал.
За нашим столиком сидит Владимир Иванович.
Ларисы нет.
Не нравится мне это.
- Ларисы нет, мам.
- А где она?
- Не знаю, но машина ее стояла, значит, не уехала.
Подходим с мамой к столику и садимся напротив Лукрецкого.
- Ну что? Решили поесть? Давайте, - опрокидывает рюмку водки, - у моей дочери сегодня день рождения. Ешьте, все оплачено.
- Где Лариса?
- Ушла. А ты что, не следишь за ней? Назвался ее мужчиной, так контролируй. Это я тебя должен спросить, где сейчас моя дочь?
- Вы зачем ее одну отпустили.
- Она сказала, что взрослая и пора дать ей решать самой.
- И что она решила? Машина ее стоит под рестораном. Телефон выключен. Ее нигде нет.
Замирает с вилкой у рта.
Кладет вилку в тарелку. Достает телефон и набирает.
Выключен.
- Лариса, блин.
- Ну что, дальше будем ругаться или пойдем ее искать?
Он поднимает на меня взгляд. Без удивления. Без суеты.
- Я думал, она к тебе поехала.
- А я думал, она здесь.
- А я думаю, - встревает мама, - что она куда-то пошла. Чтобы вы наконец-то поняли, что надо на ее стороне быть, а не перетягивать ее каждому на свою.
- Мать твоя дело говорит. Надо искать, - Лукрецкий поднимается.
Я подзываю официанта.
- Мы должны что-то?
- Нет, у вас все оплачено.
- Все оплачено, но ничего не съедено.
Идем к выходу.
- Мам, может, ты всё-таки в санаторий поедешь? А мы тут поищем ее.
- Чтобы я ещё больше волновалась? Ладно вы мужики. С вами хоть понятно, что ничего не сделают, а она девочка. Не ожидала от вас, Владимир Иванович, что вы такой вот окажетесь.
- Ну вот такой я… Так, думаем как Лариса… куда бы она пошла?
- Я думаю, она пошла пройтись вдоль набережной, - выдает мама, - успокоиться. - В ту сторону, - показывает налево, - некуда, - вправо. Идемте.
- …. я тут полицейский и я версии выдвигаю.
-Ну так если вы полицейский , то сделайте что -нибудь!
- Вон, смотрите, цветы лежат.
Оборачиваемся с Лукрецким.
Там куда показывает мама два букеты. Мой и его. Ларисы нет.
Я бросаюсь к парапету, зачем-то заглядываю в воду.
Не бросилась она, конечно. Но исчезла куда-то. Цветы есть. Машина есть. Ларисы нет.
- Вот прячется сейчас где-то и смотрит на нас, - кивает нам Лукрецкий.
- Куда она могла пойти?
Осматриваемся. Набережная рядом. Люди ещё гуляют, редкие пары, кто-то с кофе, кто-то с пакетами.
Но Ларисы нет.
И от этого обычный вечер вокруг начинает раздражать до бешенства. У всех все спокойно, а у меня внутри уже сирена орет.
В каждую похожую фигуру вглядываюсь.
