- Лариса! - рявкаю в пустоту у парапета.
Тишина.
Пара подростков оборачивается на меня. Не она.
- Черт.
Лукрецкий достает телефон. Набирает кого-то.
- Симонов, слушай, дело есть. Просмотри камеры, сейчас пришлю тебе точку на геолокации. Из ресторана этого вышла моя дочь. И пропала. Надо найти. Тут кафешки везде, у всех камеры, подключись ты к ним и проверь. Фотографию сейчас скину. Нет у тебя времени, Симонов.
Отключается.
- Вы и так умеете, Владимир Иванович? - смотрит на него мама.
- Я ещё и не так умею, Анна Марковна.
Другого варианта у меня все равно нет. Забираю букеты, несу в свою машину. Маму оставляю с Лукрецким.
О чем-то говорят.
Лариса… конечно… додуматься до того, чтобы их свести.
Я вообще-то мечтал поменьше его видеть или вообще встречать раз в год на празднике.
Может так получиться, что придется видеться чаще
Лукрецкому звонит кто-то.
Я быстрее возвращаюсь назад.
- Ну так ищи, Симонов. Дочь моя это. Две минуты у тебя.
- Вы бы помягче с людьми, Владимир… - начинает мама.
- Вот ваш сын когда потеряется, - в ответ ей Лукрецкий смотрит на меня, - хотя такого потеряй ещё… Так вот, когда потеряется, тогда и будете помягче. У нас помягче, значит, можно забить болт и не спешить.
- Нашлась?
- Да , в такси какое-то села, куда-то уехала.
У меня внутри становится ещё холоднее.
- К кому могла поехать?
Пожимаю плечами.
- Вот ты какой мужик, что не знаешь?.
- Давай не будем сейчас. Когда я мог, всегда ей помогал.
Перезванивают ему.
- Адрес знаешь.
- Какого черта ее туда понесло? Знаю, что не знаешь, Симонов. Если найду дочь живой, тебе премия. Если… убью сам.
Отключается.
Мама смотрит на него, раскрыв глаза.
- Поехали. Есть у меня адрес, куда ее таксист отвез. Только, что она там делает? Вопрос.
Едем все на моей машине. Маму усаживаю сзади. Лукрецкий рядом на переднем сиденьи.
Выезжаем. Ехать туда минут сорок. Но по городу пробки, съезжаю на другую дорогу.
- Ты не туда едешь.
- Я знаю другую дорогу, - быстро маневрирую между машинами.
- А не слишком ты лихо ездишь?
- А вас что, укачивает?
- У тебя сколько лет стажа вождения?
- Достаточно.
- Достаточно, чтобы мы тут все разбились?
- Владимир Иванович, хватит на моего сына наезжать? - заступается мама.
Это так мило. Она же ничего ему не докажет, но все равно за меня.
- У меня права на все категории, и я вообще-то, если вы не интересовались, водитель пожарной машины. Не волнуйтесь, доедем с ветерком.
- Я вот волнуюсь. Что это вообще за адрес такой? Кто там живет? Ох Воронов, что будешь делать, если она к кому-то из своих бывших поехала?
- Заберу. И уверен, там не бывший. Подруга, может, какая?
Глава 85
Сижу на подоконнике в квартире у Василисы.
Тяну вино.
Она живет в старом районе, в пятиэтажном доме, без лифта. Но в квартире, конечно, ремонт, отделка, все на уровне. Но я таких домов и не видела.
- Я же хотела как лучше, понимаешь? Он один, она одна. Пусть бы, - свожу пальцы - состыковались и всем было бы хорошо.
- Ну за других решать не стоит все же.
- Я их только познакомила.
- И подстроила им графики процедур.
- Подстроила так, что они прогуливали, а дискотеки? Нет, это они уже сами и пусть не говорят там мне ничего.
- Вот сама послушай, ты реально решила, что тайное знакомство твоего папы с матерью твоего парня можно красиво добить в ресторане на твоем дне рождения?
- Когда ты так говоришь, звучит ужасно.
- Потому что это ужасно и выглядит.
Я встаю, закрывая лицо ладонями.
- Спасибо, подруга. Очень поддержала.
- Нет, ну я тебя люблю, - говорит она уже мягче. - Но это, Ларис, надо было додуматься. Ты просто отчаянная девушка.
- Ну какая есть. По моему плану, все должны были обрадоваться и помириться.
Делаю глоток.
Тепло растекается по горлу, но легче не становится. Только шум в голове чуть мягче.
- Интересно, меня уже ищут или ещё нет?
- Так включи телефон и посмотри.
- Нет уж. Не хотят по хорошему мириться, будем по -плохому.
- Лариса, у тебя отец из полиции, парень из МЧС. Я немного волнуюсь, когда они выйдут на мой адрес.
Я невольно усмехаюсь.
- М-да… Ренату понадобится больше времени, папа найдет быстро. Я даже не сомневаюсь.
- Надеюсь, мне ничего за это не будет.
- Не должно, - подбадриваю ее. - Василис, а почему ты в этом районе живешь? - рассматриваю пятиэтажки старые, таких уже и не строят.
- У меня есть квартира в новостройке, я ее сдаю. Эта от родителей осталась. Знаешь, та, может и комфортней, но эта родная такая, я же тут выросла. И район мой, я тут все знаю. И до работы близко.
В окно смотрю, как разгружают грузовик.
- Вот ещё кто-то к вам переезжает, смотри. И не нужны никому хоромы, и тут люди живут.
Василиса упирается руками в подоконник.
- Так тут недорогое жилье. И район спокойный. Кстати, есть метро. А это уже полдела.
Делаю глоток.
- Смотри какой, вон, красавчик переехал, - киваю ей на мужчину с овчаркой, - к вам переехал.
- Может, не он. Может, он водитель.
- Неа. Собака рядом с ним идет, значит, он хозяин. Глупо же водителю с собой собаку возить.
- Ну логично.
- Да, стопудово. Логика и наблюдательность - это мне папа привил. Будет у твоей бусинки, - киваю на ее спящую на кровати болонку, - новый друг.
Мужчина, хорош, конечно. Расправляю ладонь и навожу на окно.
- Если отрезать ему голову…
- Чего? - пьяно смеется с меня Василиса.
- Нуу, мысленно. То это вылитый мой Ренат.
- Может, его брат?
- Братьев у него нет. Но этот точно где-то работает… Настоящим мужчиной. Рекомендую присмотреться. Очень надежно.
- Да… не хочу я больше уже отношений, Ларис, наелась этим. А для здоровья… у меня есть.
- А чего это ты отношений не хочешь. Тебе ещё и родить можно.
- У меня сыну восемнадцать. Куда мне уже рожать. Скоро внуки будут. Хотя с этим… - кивает в сторону комнаты сына.
- Так вот как раз. Взрослый он у тебя уже, нянчиться не надо. Можно заняться и своей жизнью.
- Смотри, - кивает в окно. Перевожу взгляд.
Мужчина этот красавчик несет на руках женщину. Быстро скрывается в подъезде.
- Он занят.
- М-да… Жаль… Ну… Но хорош. Вась, чего они меня не ищут?
- Так задачка какая сложная, - наклоняется и берет на руки своего собакена. - Кто из них знает, что мы общаемся? Это же выйти на меня как-то надо.
- Знаешь, что самое противное? Я ведь правда хотела как лучше.
- Я знаю. И они тоже должны понять.
- Я не хотела никого унизить. Ни Анну Марковну. Ни папу. Ни Рената. Я просто думала… ну… что если они увидят друг друга нормально, живьем, без моих пересказов, без фантазий, без заранее выданных ярлыков, всё будет проще.
- Лариса, - Василиса вздыхает, - у тебя проблема в том, что ты иногда думаешь сердцем, как будто люди вокруг тоже будут вести себя сердцем. А они ведут себя своим характером.
Грузчики один за другим носят в дом мебель, коробки.
Мужик этот снова выходит. Становится возле подъезда. Осматривает дом напротив. Наш дом. И задерживается взглядом на наших окнах.
- Черт.
Василиса тут же прячется за шторку.
- А я не буду прятаться. Все равно он меня не знает.
- Тебя не знает, а окна мои запомнит.
- Прям будет в окна смотреть!
- Слушай, я вот всегда не могла понять, чем думали люди, которые строили эти дома? Тут метров тридцать между нами. Если нет штор, то там видно, что они по телевизору смотрят.
Мужчина этот усмехается нам. Я машу ему.
Вряд ли мое лицо он увидит скоро, а вот Васю пусть высматривает.
- Лариса, ну ты что делаешь?
