Прохладный зимний ветер нежно играет волосами, пока лошади размеренно стучат копытами по мощеному дорожкам парка. Мы проезжаем мимо молодых мужчин и девушек, прогуливающихся с матерями. Каждый взгляд устремляется вслед нашей кареты, шепоты и взгляды словно проникают сквозь тонкие ткани платья.
– Твоя задача, Габби, привыкнуть к этому вниманию, научиться наслаждаться им, – тихо произносит Венсан, поправляя манжету рубашки.
Карета замедляет ход около молодой девушки и двух мужчин, один постарше, видимо отец, второй молодой мужчина. Тот, что помладше бросает быстрый взгляд на нашу карету, заметив мой интерес.
– Кто эта девушка? – шёпотом спрашиваю я.
– Это Анна де Фуа-Кандаль, дочь герцога де Гиза. Она считается одной из самых красивых и умных дам двора. Но её красота привлекает внимание многих поклонников, включая тех, кому доверять нельзя.
Сама Анна бросила на меня взгляд, который у меня не получилось интерпретировать.
Мы продолжаем путь, наслаждаясь видами и спокойствием прогулки. Солнце медленно склоняется к горизонту, окрашивая небо нежными оттенками розового и пурпурного. Карета разворачивается возле фонтана, который в зимнее время не работает и едет обратно в особняк.
– На сегодня достаточно… А завтра прогуляемся, вот только тебе надо будет потеплее одеться.
Следующим утром это был учитель танцев, высокий мужчина с длинными светлыми волосами, собранными в хвост. Его движения были плавными и грациозными, словно он скользил по полу, едва касаясь его ногами. Он представился Жозев и сразу приступил к занятиям.
– Сегодня мы начнем с основ, – сказал он, изящно двигаясь вокруг меня. – Танец - это не просто движение тела, это выражение души. Вы должны чувствовать музыку, понимать её ритм и позволять ей вести вас.
Жозев показал мне несколько базовых шагов вальса, объясняя каждое движение медленно и терпеливо. Я старался повторять за ним, но мои ноги казались неуклюжими и непослушными, я оттоптала все туфли учителю. Однако Жозев оставался невозмутимым, улыбался и продолжал учить. Два часа мучений и у меня стало получаться.
А после обеда с Венсаном мы на карете, закрытой и утепленной, доехали до парка, а там вышли и пошли пешком, неспешно прогуливаясь.
Он представлял меня как молодую графиню де Лебре. Мужчины целовали мне руки, вернее перчатки, вернее даже делали вид, что целовали, женщины откровенно разглядывали и приглашали на чай.
– Завтра о тебе будут говорить в каждой гостиной, – довольно улыбается старый граф.
17
Габби
Вечером, сидя у камина в своей комнате, я перебирала в памяти события дня. Щеки все еще горели от множества взглядов и приветствий. Я чувствовала, как внутри растет тревога.
«Завтра о тебе будут говорить в каждой гостиной», – эхом звучали слова Венсана.
А Мартин говорил, не хочешь, не ходи. А не ходить никуда не получится, деду перечить совершенно не хочется. Тем более он из лучших побуждений действует.
В дверь тихо постучали. На пороге появилась горничная с подносом, на котором дымилась чашка ароматного чая.
– Его Светлость просил передать, – поклонилась девушка, ставя поднос на столик. – И еще велел напомнить, что завтра утром к вам придет портной.
– Но у меня достаточно нарядов, – начала я и замолчала. Горничная в любом случае не тот человек с которым надо это обсуждать.
Думала не усну, но странное дело засыпаю я на удивление быстро.
Утром пришла портниха, вернее я бы назвала ее модисткой – мадам Оливия. Она оказалась очень дотошной и требовательной, осмотрела меня, а после со своими помощницами отправила за ширму раздеваться. Измерили меня вдоль и поперек, даже длину пальцев.
– Ваша Светлость…
– Прошу называйте меня Габриэлла, – улыбаюсь я.
– Тогда меня можно называть просто Оливия. И не спорьте юная леди! Вам очень идет этот оттенок голубого. Он подчеркивает цвет ваших глаз. Но этого нам мало, не так ли милая? Вы должны покорить столицу, пока негодник Мартин разъезжает не пойми где, оставив молодую супругу одну!
– Вы шьете одежду и для мужчин? – спрашиваю я.
– Так девушки, вы свободны, – отправляет она своих помощниц. – Погуляйте где-нибудь. Я сама подберу для Габриэллы фасоны платьев.
Помощницы кланяются и уходят. Не надо было их выгонять, где они ждать буду. Надеюсь Ренард их угостит чаем?
– Скажем так, – поднимает на меня ясный взгляд мадам Оливия. – Ваш супруг будучи холостым, оплачивал счета некоторых дам.
От ее слов я стремительно краснею, тут не надо быть провидцем, понятно, что он оплачивал счета своих любовниц. И мне ведь предлагал вскользь. Но ведь он обещал, что не будет интрижек за моей спиной, чтобы не было сплетен.
– И сейчас оплачивает? – быстро беру себя в руки, держу лицо.
“Учись держать удар!”, – так говорил Венсан.
– Нет, сейчас нет.
Мадам Оливия не леди в полном понимании этого слова. Просто однажды, будучи молоденькой девушкой, устроилась на работу в богатый дом. Муж хозяйки сделал ее своей любовницей. Когда появилось время и деньги, она стала шить одежду. Сначала для простых женщин, затем для жен богатых торговцев и дам полусвета: актрис и певиц. И уже через несколько лет одна леди появилась в ее платье в высшем обществе, и вот теперь у нее свой дом мод. А лично она обслуживает только очень ограниченный круг лиц.
Сколько лет Оливии, я постеснялась спрашивать, но внешне выглядит лет на пятьдесят.
– Тогда почему вы лично приехали ко мне? Могли бы прислать просто помощниц?
– Потому старый Венсан попросил. Рассказал, что ты из простой семьи. И ты очень понравилась старому графу, так что его забота и внимание дорогого стоит, моя девочка, – хлопает по руке мадам Оливия.
– Спасибо, – не ожидала такого откровения от женщины. Только вот старый граф не знает, что наш брак с Мартином фиктивный и срок ему отведен всего год. А после развод, у Мартина его древняя магия – снежные крылья. А у меня – ресторан.
Мадам Оливия внимательно посмотрела на меня, словно пытаясь прочесть мои мысли.
– Знаешь, Габриэлла, – произнесла она, доставая из шкатулки образцы тканей, – в этом мире важно откуда ты родом, но и не менее важно то, кем ты становишься. И я вижу в тебе потенциал.
Её слова согрели мое сердце. Честно говоря я боялась от нее пренебрежительного снисхождения или презрения.
– А что насчет Мартина? – вот кто меня за язык тянет.
Модистка усмехнулась, раскладывая перед мной образцы тканей.
– О, милая, мужчины редко выбирают сердцем. И я честно говоря удивлена почему он женился на тебе. Будь готова держать удар, – повторяет она слова деда.
Держи удар и не вздумай влюбиться, Габби! Мысленно повторяю я.
18
Мартин
Два дня превратились в неделю. Меня как будущего главу тайной канцелярии отправили на границу. Эрик - племянник короля, поехал со мной, а также группа магов, для расследования дела.
Неделя пролетела как один миг. Приграничный город встретил нас промозглым ветром и серыми тучами, нависшими над крышами домов. Эрик, как всегда, сохранял невозмутимость, но я чувствовал, как напряжение витает в воздухе.
На улицах было достаточно людей, но вели они себя не обычно. Женщины шептались по углам, мужчины бросали настороженные взгляды на нашу группу. Мы расположились в небольшой таверне на окраине города. Хозяин, пузатый мужчина с бегающими глазами. В городке творилось странное. Исчезали девушки. Никаких следов не было обнаружено.
Я приказал своим людям собрать информацию о последних исчезновениях.
Каждая история была похожа на предыдущую: девушки исчезали по пути домой, будто растворялись в воздухе. Никаких следов борьбы, никаких магических следов, ничего. Только пустота.
Параллельно шло расследование в столице. Мои люди доложили о первых результатах поиска Сесиль. Горничная затаилась не покинув столицы, но они вышли на её след. Похоже, она действительно действовала по чьему-то указанию, но кто стоял за этим?
