Как организовать праздник для дракона и (не)влюбиться (СИ) - Эйхен Елена

Ледяной дракон скосил на меня глаз, в котором кружилась вьюга. Мне показалось, или он усмехнулся? Он распластал крыло по земле, создавая широкий пологий пандус.

— Залезайте, — скомандовал Дамиан. — Все. Места хватит даже для целой конюшни.

Мы взобрались на широкую ледяную спину. На удивление она не была скользкой или обжигающе холодной. Магия держала нас крепко, а вокруг сёдел (откуда они взялись?) образовался всё тот же тёплый кокон. Эфирис, проявив чудеса лошадиной смекалки, зацокал копытами по ледяной чешуе и встал рядом, косясь на прозрачную шею «транспорта» с явным подозрением.

— Держитесь! — крикнул Дамиан.

Дух Дракона оттолкнулся от земли — и мир остался внизу.

Мы взмыли в небо выше башен замка, выше самых старых елей, которые теперь казались лишь тёмными штрихами на белом полотне. Под нами медленно проплывали заснеженные леса, тонкие и причудливые, словно морозное кружево.

А впереди…

— Смотрите! — закричал Алекс, указывая ввысь.

Небо вспыхнуло.

Северное сияние раскинулось над нами, как живое полотно. Изумрудные, фиолетовые и розовые ленты струились по тьме, переплетаясь, растворяясь и рождаясь вновь. Казалось, небо решило нарядиться к празднику — упрямо и красиво, наперекор гневу драконов и надвигающейся вечной зиме.

Мы летели прямо сквозь это сияние. Световые ленты обтекали крылья дракона, окрашивая их то в зелёный, то в лиловый. Казалось, мы плывём в океане из цвета и холодного огня. Я подняла руку, и призрачный свет скользнул между пальцами, оставляя странное ощущение — будто прикоснулась к чему-то древнему и недосягаемому.

— Невероятно... — слова растворились в морозном воздухе.

Дамиан управлял полётом уверено, его силуэт чернел на фоне пылающего неба. Впереди показались зубцы Ледяного Перевала — узкое ущелье между скалами, за которым пряталось Драконье Гнездо.

И тут случилось то, чего я боялась.

Дух Дракона вдруг мигнул. Его левое крыло стало прозрачнее, сквозь него проступили звёзды. Скорость начала падать.

— Проклятье! — прорычал Дамиан. — Слишком сильное сопротивление. Магия тает!

Мы начали снижаться. Скалы приближались с пугающей быстротой. Дракон грёб воздух крыльями, но они словно вязли в смоле. Правое крыло ещё держало форму, но левое становилось всё призрачнее — сквозь него уже просвечивали горные пики.

— Папа! Мы падаем! — в голосе Алекса зазвенели слёзы.

— Я удержу… — хрипел Дамиан.

Его руки светились бледно-голубым — он вливал собственную магию в тающую форму дракона. Жилы на его шее вздулись от напряжения. Но тьма давила со всех сторон, гася свет Духа, словно вода заливает пламя костра.

Впереди на каменном плато в окружении острых пиков, возвышалось Драконье Гнездо. Древнее строение, высеченное прямо в скале, с огромными вратами, украшенными резьбой.

Дамиан что-то прошептал — заклинание или молитву. Дух Дракона вздрогнул, его крылья на мгновение обрели плотность. Мы выровнялись, но высота продолжала убывать. Ещё сотня метров. Пятьдесят. Двадцать.

— Приготовьтесь! — крикнул Дамиан.

В последний момент он направил остатки магии в крылья. Дракон распластал их широко, превращая падение в планирование. Мы пронеслись над острыми камнями, едва не задев их, и жёстко ударились о заснеженную площадку.

Как только копыта и ноги окончательно коснулись земли, ледяной гигант рассыпался мириадами снежинок. Они закружились вокруг нас серебристым вихрем и осели на плечах.

Впереди возвышались Врата. Они были закрыты. А перед ними сидел Страж.

Настоящий, живой, древний дракон.

Его чешуя была цвета старого камня с прожилками малахита, глаза горели мудростью веков, а на носу... на носу сидели очки-половинки, увеличенные магией до нужного размера. Он выглядел как очень строгий библиотекарь, который может испепелить за просроченную книгу.

Дракон опустил голову и посмотрел на каждого из нас поверх очков.

— Шумно, — пророкотал он голосом, напоминающим перекатывание валунов. — Молодёжь нынче летает стремительно и без малейшего уважения к тем, кто пытается вздремнуть. И ярко до неприличия. — Он прищурился, глядя на меня. — Ваши волосы, милочка, светятся интенсивнее северного сияния. Впечатляюще и слегка тревожно.

— Простите, — я смущённо поправила сбившуюся причёску. — Мы правда спешим.

— О да, спешка — любимое занятие всех, — философски заметил Страж, устраиваясь поудобнее. — Торопятся жить, а потом жалуются, что жизнь проходит мимо. — Он вздохнул, выпустив струйку дыма. — Итак, зачем потревожили мой вечерний досуг, родственничек?

— Я пришёл вернуть Долг, — Дамиан шагнул вперёд. — Звезда Первоночья погасла. Мы должны увидеть Короля Ирбиса.

— Ах, Долг! — Страж театрально воздел когтистую лапу. — Он преследует ваш род, как тень преследует свет. Что ж, Ирбис действительно внутри. Спит. Или размышляет о бренности бытия — трудно сказать, у него это выглядит одинаково. Но есть нюанс...

Он сделал паузу, явно наслаждаясь драматическим эффектом.

— Врата откроются только для тех, чьё сердце знает истину. Покажите мне ваши самые заветные желания. Если хоть одно подлинно — добро пожаловать. Если все фальшивы... — он выразительно щёлкнул зубами, — придётся искать другой вход. Лет через триста, когда я, возможно, буду в настроении.

— Я покажу, — Дамиан напрягся.

Он создал иллюзию: большой зал, золото, величие, восстановленная репутация рода, процветающая Эсфира.

Страж зевнул так широко, что стало видно все его клыки.

— О боги, опять долг и честь. Знаете, за тысячу лет службы я насмотрелся на эти «благородные стремления». Все они пахнут одинаково — пылью и разочарованием. Это желание вашего разума, милейший, не сердца. Следующий претендент на разоблачение, пожалуйста.

Я вышла вперёд и показала свою мечту: лучшее агентство праздников, счастливые лица, фейерверки, успех.

— Хм, веселее, — Дракон поправил очки. — По крайней мере, с конфетти. Но это желание вашего эго, дорогая. «Посмотрите, какая я талантливая!» Мило, но неглубоко. Как лужа после дождя — блестит, а войдёшь — только ботинки промочишь.

Мы переглянулись в растерянности.

— Можно я попробую? — тихий голос Алекса заставил нас обернуться.

— О-о-о, — протянул Страж с интересом. — Птенчик заговорил. Ну-ка, ну-ка... Дети иногда видят то, что взрослые успели забыть за своими важными делами.

Алекс подошёл к огромной морде, снял варежку и коснулся чешуйчатого носа.

— Посмотри, дедушка Дракон.

Воздух задрожал. Иллюзия Алекса была маленькой, негромкой. Но очень уютной.

Мы увидели гостиную замка. Камин, ёлка, и мы — вместе. Вот Дамиан — без мундира, в домашнем свитере, смеётся, читая книгу. Вот я — в смешных носках, с кружкой какао (я тут же покраснела). Вот сам Алекс — играет с Эфирисом (который почему-то лежал на ковре как собака) и каким-то маленьким дракончиком.

Страж молчал долго. Потом снял очки когтистой лапой и протёр их краем... откуда у него взялся платок размером с простыню?

— Вот оно, — прогудел он задумчиво. — Самая древняя магия. Старше долга, старше чести, старше самих драконов. Любовь, что не требует причин. Семья, которая держится вместе. — Он посмотрел на Дамиана. — Учись у сына, родственничек. Он понял то, на что у взрослых уходят века — счастье не ищут. Его создают. По вечерам. У камина. Вместе.

Каменные створки дрогнули и начали расходиться.

— Проходите, — Страж отступил. — И передайте Ирбису, что я всё ещё жду партию в шахматы и мармелад. Он мне должен.

Мы взяли Александра за руки и вошли в золотой свет.

Глава 13

Врата за нашими спинами закрылись, и мы оказались в месте, которое легенды называли Залом Сотни Зеркал.

Честно говоря, название не отражало истинного масштаба. Зеркал здесь насчитывались не сотни — тысячи. Стены, пол, потолок — всё состояло из граней огромного, живого кристалла. Я шагнула вперёд, и тысячи моих отражений в изумрудном бархате шагнули вместе со мной. Тысячи Дамианов и тысячи Александров двигались синхронно с нами. Казалось, мы попали в бесконечный калейдоскоп, где реальность дробилась на сверкающие осколки.