Перехватив его поудобнее, мужчина смело бросился вперед. Топор со скрежетом блокировал удар меча стражника. И более того, ему пришлось уклоняться от последующего замаха!
Пользуясь этим секундным замешательством, беглец запрыгнул на телегу. Он толкнул ящики, переворачивая их. Так, что овощи покатились прямиком под ноги второму стражнику, ринувшемуся на подмогу. Беглец же спыгнул с телеги, бросаясь прочь стремительно, как вспугнутый заяц.
За замковыми стенами почти сразу начинался лес. Темно-зеленая одежда моментально слилась с листвой и кустами, и только белокурая макушка мелькнула напоследок. Будто и не было никого, а стража высыпала во двор замка по ложной тревоге, ни с того, ни с сего!
– В погоню! За ним!
***
На удивление меня довольно долго никто не тревожил. Стражники дали мне отдохнуть, я даже выспалась. Очень условно, конечно, ведь как можно выспаться на деревянной лавке, но тулуп мне помог. Поэтому, когда в камере внезапно стало светло, и я сонно заморгала, просыпаясь и приходя в себя, то первое, что увидела – это свечу в камере. И несколько мужских фигур, плохо различимых в темноте. Некоторых из них я все-таки узнала. Это были стражники. А высокий мужчина в дорогих сапогах… Ох, черт, это же сам король Генри!
– Оставьте меня с ней наедине! – резковато бросил Генри и подошел вплотную к моей лавке.
Я неуклюже попыталась сесть, но он неожиданно перехватил меня за запястье и резко дернул на себя. Я не удержалась на ногах и почти упала на Генри. Он на удивление мягко придержал меня. Но не спешил отпускать из объятий. Я поморщилась: представляла, как «симпатично» выглядела сейчас. Встрепанные волосы, измятая одежда.
– Эйприл?
Я подавила желание истерически рассмеяться. Надо же, какая учтивость!
– Да, Генри. Позволите мне обращаться к Вам по имени?
– Да. Но вопросы здесь задавать буду я, – Генри, наконец, отстранился от меня.
Я без сил опустилась на лавку и посмотрела на то, как он медленно меряет шагами камеру.
– Расскажешь сама правду, Эйприл? Или будешь отпираться? – Генри взял на мгновение свечу, но со стуком поставил ее на каменный уступ. – Кто тебя подослал к моему ребенку? Как ты умудрилась выкрасть его?
– Я не крала Лео! – я почти закричала на Генри и подскочила на ноги.
Глаза мои сверкали гневом и обидой. Я понимала, что Генри и не должен мне доверять. Но внутри меня все жгло огнем. Ведь он говорил с Лео! Если не верит мне, то мог бы поверить собственному ребенку?
– Я не навредила бы Лео никогда, – проговорила я с нажимом и сделала несколько шагов вперед, навстречу Генри. – Все вышло случайно. Лео… хотел стать достойным сыном своего отца. Он хотел проследить за нами. За беглецами. И потом рассказать тебе, куда мы спрятались.
Я вздохнула. Генри недоверчиво покачал головой. Но перебивать не стал. Решил меня дослушать.
– Я говорила с Лео… просила его вернуться домой, во дворец. Но он не захотел. Может, испугался, что ты будешь ругать его? И тогда я решила, что позабочусь о нем. Так, как смогу.
– О, твои возможности оказались весьма ограниченными, Эйприл! – зло прошипел Генри и вдруг набросился на меня, налетел, словно смерч, и прижал меня к каменной стене, прежде чем я успела пикнуть. – Я не верю тебе, Эйприл! Уверен, что у тебя были заказчики. Те, кто пообещали деньги за сына короля. Еще никто и никогда не мог выманить Лео из замка! О, твои заказчики оказались правы, что подослали тебя. Не крепкого мужчину, а слабую женщину. Ты воспользовалась тем, что Лео тоскует без матери. Задурила ему мозги и увела с собой!
– Нет! – снова закричала я.
Генри перехватил мои запястья, без жалости скручивая меня, и еще сильнее впечатал меня в стену. Так, что мне стало больно.
– Заткнуть тебе рот, Эйприл? Пожалуйста! Кажется, я передумал тебя казнить.
С этими словами Генри накрыл мои губы своими. Они были горячими и сухими, и отчего-то от его жесткого поцелуя у меня закружилась голова. Я хотела бы оттолкнуть Генри, но мои ноги ослабели. И я поняла, что отвечаю на его поцелуй. Поцелуй врага!
– Ты горячая штучка, оказывается. Стоит вытащить тебя из темницы, отмыть и допросить уже в моей спальне? Интересно, что тебе было бы сложнее выдержать: боль или мучительные ласки? О, я знаю в них толк…
Генри усмехнулся пошло и провел ладонью по моему телу. Я тихо всхлипнула и выгнулась под его ладонью. Мое тело изголодалось за время злоключений, соскучилось по ласке. Даже по такой… краденой ласке.
– Я ничего нового тебе не скажу, Генри, – выдохнула я обреченно. – Хоть ты меня будешь пытать… хоть сделаешь меня своей наложницей или бесправной рабыней. Я говорю правду. Я невиновна!
– Посмотрим, – проговорил загадочно Генри и развернулся, направившись к двери.
Я громко застонала, закрыв глаза. Генри все-таки сумел вывести меня из равновесия. Хорошо, что мне было нечего скрывать. Иначе я… не знаю, как смогла бы не сдаться под напором Генри. Но меня теперь мучил один-единственный вопрос. Тот самый поцелуй. Мне не показалось? Неужели я и правда… понравилась королю Генри?
Оставшись одна, я в сердцах ударила ладонью по решетке. Естественно, та даже не шелохнулась: толстые прутья намертво сидели в грубом камне.
– Ненавижу этот мир! Занесло же на свою голову! – выпалила я.
Стражник, который привел меня сюда, утверждал, что больше никаких пленников на этом этаже не содержится. Да я и сама могла в этом убедиться, пока шла под конвоем к камере. Так что меня чуть на месте не подбросило, когда до меня донесся незнакомый мужской голос, звучащий с легкой издевкой:
– А твой был намного лучше? Тоже попаданка, что ли?
С бешено колотящимся сердцем, едва не помершая от испуга на месте во второй раз, я не обратила внимания на это «тоже». Наверно, напрасно? Но в ту секунду я сжалась, обхватив себя за плечи поледеневшими от волнения пальцами. Кто знает, что со мной сделают, если узнают, что я еще и попаданка! Решит этот Генри, что я хотела его сына на Землю утащить, сразу голову с плеч снесет! А без головы я свою невиновность уже не докажу: говорить нечем будет.
– Что молчишь? – лениво поинтересовался все тот же незнакомец. – Я знаю, что ты там. Не со стеной же король Генри целовался. Думаю, ему не понравилось. Раз так сбежал. Даже меня допрашивать следом не стал.
– Ты кто такой?
Я с опаской подошла к стене, из-за которой доносился голос. Как будто мой товарищ по несчастью мог просочиться сквозь нее и покусать меня. Его слова доносились немного снизу. Похоже, в своей камере он сидел на полу. И как там оказался, что я не заметила? Привели, пока я спала, что ли? Я присела на корточки, буквально прижимаясь плечом к стене, чтобы не пропустить ни слова.
– Тебе какая разница? За такие проделки тебя точно казнят еще до полудня. Разве что сначала допросят… с пристрастием. Палача ты вряд ли очаруешь, как Его Величество. Да и после питоньего сапога выглядеть будешь… мягко говоря, потрепанной, – из-за стены раздался короткий смешок.
Я понятия не имела, что это за пытка, и узнавать не желала!
– Что тебе нужно, а? – нахмурившись, зло буркнула я.
Жаль, что поблизости не было стражников, которым можно было нажаловаться на соседа, как на моего муженька! Но я подозревала, что второй раз организовывать мне переезд в комфортабельную камеру никто устраивать не будет. Так что решила справляться своими силами. А именно уйти в дальний угол и пытаться не обращать внимания на этого нахала. Но воплотить свой план в жизнь я не успела.
– Да так… Время скоротать за разговором. Пока еще есть с кем. Скоро же будет не с кем. Если только не сбежишь, – последняя фраза прозвучала тягуче, словно большой наглый кот с наслаждением потянулся, поиграв коготками.
– Сбежишь тут! – фыркнула я, зло покосившись на толстые прутья. – Подожди… ты намекаешь на что-то?
– Предположим, что да, – нехотя ответил невидимый собеседник.
