Академия №13. Тетралогия (СИ) - Никольская Ева

Именно этим они и занимаются последние минут пятнадцать, если не больше. Причём мишенью своей нечисть выбрала Даррэна, хотя у меня интересных вещиц больше – целый рюкзак, в который я вцепилась мёртвой хваткой. Вдруг всё‑таки нападут?

Но пока стая глазастых шариков меня успешно игнорирует. Даже обидно как‑то.

Пользуясь вынужденной передышкой, я в очередной раз проверила сообщения на своём скарре.

Пусто!

Такое ощущение, что на том конце магической связи все вымерли. От наблюдателей никаких новых инструкций, предупреждений, вопросов о нашем местоположении и самочувствии нет, но, по логике, они хоть что‑то должны были написать.

А самое паршивое, что и Макс на отправленное мной послание ничего не ответил. То ли принял к сведению информацию и продолжил заниматься своими капитанскими делами, то ли и вовсе не читал. И от Алисы ни словечка, и от Мэй с Гвидо – тоже.

Но ведь мои друзья не могут меня игнорировать! И не переживать за меня они тоже не могут.

Что же тогда происходит? Ребята слишком заняты, чтобы отвечать, или связь на этом тирсовом острове приказала долго жить, а скарры из полезного устройства превратились в бестолковый аксессуар?

Если так, то зачем тогда Даррэн с волособрюхами за него бодается? Пусть нечисть подавится своей добычей!

А волособрюхи зачем до дракона докопались? Хм‑м.

Чуют исходящую от него опасность? Или он им просто понравился?

А вдруг это такой отвлекающий манёвр? Что, если мы, сами того не осознавая, подошли слишком близко к магическому предмету, за которым охотятся четыре команды?

Вот это будет номер! Пока все медленно спускаются, решая один ребус за другим, мы умыкнём главный трофей игры и… Так, стоп! А как мы его делить будем? Я княжичу и в обычные дни конкуренткой не была, а сейчас – и подавно.

Чую, следующей кандидаткой на место в ловчей сети буду я, а не расшалившиеся волосянки.

Может, стоит вступить с ними в сговор пока не поздно и сообща завалить дракона?

Нет, не вариант!

Во‑первых, это подло. Я не настолько беспринципная, чтобы нож в спину своему спасителю всаживать. Ну а во‑вторых, кто ещё кого завалит, учитывая дрыгающих лапками пленных, которые слаженно подвывают, требуя свободы. Они, видите ли, просто играли, а он, гад такой, их жестоко связал.

Сказали бы спасибо, что не спалил, как некоторых!

В очередной раз покосившись на скарр, который по‑прежнему не проявлял никакой активности, я вздохнула.

Когда портал Даррэна, настроенный на Алана Нори, не сработал, и княжич сказал, что мы отправимся навстречу нашим командам пешком прямо из грота, а не из часовни, я охотно согласилась.

Подумала, что чем дольше будем вдвоём по каменным тоннелям бродить – тем лучше. Попетляем в лабиринте, пообщаемся… глядишь, он мне всё‑таки расскажет про свои шрамы, а то я лопну от любопытства.

В том, что на пути будут какие‑то испытания, даже не сомневалась – это же третий тур на острове «интересного трындеца», а не увеселительная прогулка. Но вот нашествия мелких мохнатых задир я, признаться, не ожидала.

После довольно опасной и очень правдоподобной атаки химер в Гиблых землях, происходящее напоминало фарс, и меня периодически пробивало на «хи‑хи».

Скарр молчит, Даррэн рычит, а нечисть дразнится, показывает неприличные жесты и радостно распевает – цирк какой‑то с конями… то есть с волособрюхами!

Чёрные шарики лезли со всех сторон, как тараканы‑переростки, и без конца горланили. Причём кто во что горазд.

– Эй, дракон! Не убегай! – донеслось справа сверху.

– Наш секретик разгадай! – отозвалась группа слева.

– Если парень – не дурак, – поддержал коллектив высокий вокал снизу.

Посмотрев туда, откуда доносился писк, я узрела пушистого глазастика, картинно шаркнувшего лапкой и отвесившего поклон… Мне, что ли? Неужели меня наконец‑то заметили?

– Он увидит этот зна‑а‑ак!

– А‑а‑а! – завопила я, вклинившись в хор нечисти, когда сверху, словно из рога изобилия, на меня обрушился фонтан волособрюхов.

Мохнатых, подвижных… бр‑р!

Будто град из пауков!

Там же…  

– Ш‑ш‑ш, всё уже, – прошептал Даррэн мне в макушку. – Не бойся, я с тобой.

Да я и испугаться‑то толком не успела, как оказалась в его объятиях, а нечисть – в глубоком стазисе. Причём вся! И та, что налетела на меня, и та, что носилась по пещере, отвлекая дракона.

Э‑э‑э… А так разве можно было? Зачем же тогда он за ними столько времени гонялся? Ноги, что ли, решил размять?

В момент нападения волосянок я рефлекторно зажмурилась и сжалась, обнимая рюкзак. Когда же вновь открыла глаза, пространство вокруг было опутано мощной сетью чар, которая пульсировала, удерживая мохнатые комочки, точно ягоды в желе.

Ну а меня удерживал Даррэн.

Шустрые тварюшки не только скарр княжича умыкнули, но и мои волшебные очки умудрились стащить, и другие магические предметы из рюкзака тоже умыкнули, после чего застряли в мерцающей паутине вместе с награбленным.

И я тоже застряла: в капкане сильных мужских рук, хозяин которых вовсе не собирался меня отпускать. Более того, одной ладонью Даррэн чуть поглаживал меня по спине, вроде как успокаивая, но эффект, увы, получался обратный.

Вернее, не обратный, а… противоречивый.

С одной стороны, я действительно чувствовала себя в безопасности рядом с княжичем, который в очередной раз меня спас. С другой – такая чрезмерная близость беспокоила, пробуждая во мне какие‑то новые чувства.

Запах парня пьянил, как и его шёпот, а прикосновения горячих пальцев обжигали даже сквозь куртку, вызывая в теле дрожь. Совсем не такую, как была при атаке волосянок.

Не́что похожее я испытывала во время танцев, когда флиртовала с симпатичными кавалерами и чувствовала себя прекрасной леди, а не хамоватой простолюдинкой, предпочитающей платьям мужские костюмы.

Только сейчас это ощущение было в разы сильнее, острее, ярче…

Или это какое‑то другое ощущение?

Мы ведь не в танце с Йорр‑Гардом замерли и не флиртуем точно. Мы просто стоим посреди магической паутины, полной лесной нечисти – и всё. Даррэн обнимает меня и успокаивает, как маленькую, а я прижимаюсь к его груди щекой и слушаю, как бьётся его сердце. Всё быстрее и быстрее… Совсем как моё!

И мне сейчас так хорошо, что аж бесит!

Он ведь мой враг, а не возлюбленный. Самый опасный соперник на турнире, и самый ненавистный двуликий ящер по жизни. Он господин Высший сорт, с которым мы всегда на ножах. Он тот, от кого меня должно воротить, а я вместо этого растекаюсь лужицей в его объятиях.

Как так‑то?

Оттолкнувшись от твёрдой, как камень, груди парня, я попыталась вырваться из его рук, но лишь сильнее увязла в уютном «капкане».

– Ш‑ш‑ш! – повторил Даррэн. – Не дёргайся, Ника.

– Да какого тирса⁈ – попыталась возмутиться я, естественно, дёргаясь, хотя это и было бесполезно.

– Спасая тебя, я малость переборщил с магией. Чары ещё не устаканились: если выйдешь за пределы безопасной зоны – окажешься в стазисе вместе с волособрюхами, – сообщил ледяной принц с по истине ледяным спокойствием. – А безопасная зона, – он выдержал паузу, после чего с самодовольной ухмылкой заявил, – только тут, со мной. Шаг вправо, влево или назад – и ты будешь мухой в желе на неопределённый срок, драгоценная моя. Не обвиняй меня потом в коварстве, я тебя предупредил.

– Ёханый барабаш‑ш‑шка, – прошипела я, непроизвольно сжимая тонкую ткань его рубашки.

Той самой, которую он мне недавно одалживал, занимаясь просушкой моей формы, и которую я малость порвала. Правда, как выяснилось, не критично. Когда с магией всё в порядке, починить манжету и пару пуговиц – не проблема.

Дракон и починил. К сожалению. Потому что именно эта рубашка некоторое время назад приятно согревала моё обнажённое тело, а теперь она облегает торс Даррэна… тоже обнажённый.

От этой мысли у меня не только лицо покраснело, но и уши. И мурашки снова побежали, и внизу живота появилась приятная тяжесть. А ногти непроизвольно царапнули грудь парня сквозь проклятый шёлк, отчего он вздрогнул, а потом ещё и гулко сглотнул.