— Как ты его видишь? — тихо спросил Огнедар, следуя за мной шаг в шаг.
— Промежуточное состояние между обычным зрением и магическим. Когда взгляд расфокусирован, он ловит несоответствие цветов. Это и есть след.
— Интересно, а нас будут учить подобному?
— Только если напросишься в разведывательную группу. Солдатам ни к чему такие знания. Их удел — защищать границу от врагов, а не охотиться на них.
— И часто ты… охотилась?
— Часто. Наши земли находятся в уникальной зоне. Вечные льды и холод, Живой лес и неспокойное море, приносящее с собой оживших мертвецов. Каждый день — битва, и мы делаем все, чтобы выжить. Чтобы дорогие нам создания выжили.
— Это не жизнь, а существование.
— Мы не умеем иначе, — ответила тихо и жестом приказала фениксу замолчать.
Мы приближались. След становился все ярче и отчетливее. К сожалению, не один. Здесь были и другие живые мертвецы, затаившиеся в земле. Они окопались в ожидании легкой добычи и теперь ждали, пока мы сами попадем в их ловушку. Умные твари.
Замерев, я аккуратно раскрыла браслет. Для других — красивое украшение, а для меня — ограничитель силы. Отец не скрывал своего недовольства из-за моего дара. Злился, что он достался девочке. Пока другие сверстницы играли в куклы, я училась маршировать и обращаться с шестом. Пока они бегали на свидания, я защищала дом от тварей. Они выходили замуж и заводили семьи, а я… Я упорно шла к высшему предназначению. К судьбе, распланированной дядей. Одной частью сознания понимала, что он хотел для меня лучшего. Но с другой стороны…
Плохие мысли. Очень плохие, тем более в такой опасный момент. Сейчас нужно сосредоточиться на тварях и как можно скорее вернуться к ребятам. Надеюсь, они добрались до точки выхода без приключений.
На пальцах приказав Огнедару спрятаться за дерево, я призвала магию и пошла прямо в ловушку. Быстрее уничтожу тварей, быстрее вернемся домой. Главное, чтобы другие мертвяки нас не застукали. Иначе уже через полчаса этот лес будет кишеть тварями, а мне придется раскрыть свое инкогнито для спасения жизни.
Не хотелось бы так глупо подставляться…
47
Магия покалывала пальцы, ледяными узорами расползаясь по рукам и телу. Самое главное в битве с мертвецами — защита. Одни передавали через укусы яд, другие — всякую заразу, а третьи — могли обращать. Поэтому мы использовали облегченные щиты, закрывая самые важные части, но при этом сохраняя подвижность. Без нее сейчас никак…
Если бы нужно было просто расчистить путь, я бы призвала магию Сапфирового сердца и выжгла всех дотла. Да, раскрыла бы свое инкогнито. Но когда еще подвернется случай ударить по врагу на его же территории?
Но… Сейчас мне требовалось сердце мертвеца.
Затем портал, чтобы отправить ребят домой.
А после… Может и получится совершить небольшую диверсию.
Живые мертвецы напали одновременно. Выскочили из своих схронов и бросились на безоружную жертву. Безоружную по их мнению, ведь что может ледяная магия против магии смерти? Опытным путем выяснилось, что многое.
В ближайшую тварь полетели ледяные колья. От силы удара мертвяка пронесло над землей и пришпилило к потемневшей от времени осине. Второму заморозила ноги, лишая подвижности. Пусть всего на несколько секунд, но этого оказалось достаточно, чтобы третьему по лицу размазать ледяную маску, после совершить обманный маневр и извлечь из подпространства меч. Взмах, и голова мертвеца отделилась от тела, обрывая некротические связи, поддерживающие существование.
Я долго оттачивала этот удар. Училась извлекать оружие и целиться в правильное место. Доходило до трясущихся рук и злых слез, но я смогла. Эти навыки уже не единожды спасали жизнь, как мне, так и сослуживцам.
Удар. Удар. Три отрубленные головы и три окончательно мертвых тела. Теперь нужно извлечь сердца и возвращаться. От солнца осталась лишь жалкая четвертинка. Стоит ему полностью скрыться за горизонтом, и нас не спасут никакие щиты.
— Арллин Лазурная, выходи за меня замуж!
Огнедар вышел из-за дерева и теперь с нескрываемым восхищением наблюдал, как я пробиваю грудные клетки монстров и извлекаю прогнившие сердца.
— Никогда не думала, что мне будут делать предложение в столь романтичной обстановке.
— Знаешь, я тоже не думал. Но ты умеешь убеждать!
— Прости, феникс, но вынуждена отказаться. Ты, конечно, прекрасен со всех сторон, но совсем не в моем вкусе.
— Эй, когда это ты успела разглядеть мои стороны? Самое выдающееся я надежно скрываю, — возмутился рыжий, стаскивая с себя плащ и заворачивая в него головы.
— Что ты делаешь?
— Собираю доказательства. Думаешь, кто-то поверит, что мы были в землях некромантов? Да еще и выжили. Да еще и поохотились! Лазурная, благодаря этой выходке мы прославимся!
— Мы еще не вернулись, так что про выживание рано говорить. Да и прославиться вполне можно посмертно.
— А ты, оказывается, пессимист.
— Не надо грязи. Я — реалист, которого в данный момент больше волнует не мнимая слава, а спасение боевого товарища.
— И совсем не интересно, по чьей вине мы здесь оказались?
— У меня есть догадки, но я не хочу их озвучивать, пока не вернемся и не выясним точно.
— Я даже догадываюсь о твоих догадках. У меня есть идея, как их подтвердить до возвращения в академию.
— Если все подтвердится, окажи мне услугу — задержи Ясеня. Не позволяй ему сделать глупость. Княжичу такое не простят.
— А тебе простят? — проницательно спросил феникс.
— Нет. Но я предпочитаю решать проблемы по мере их поступления. Так что, исполнишь просьбу?
— После сегодняшнего я сделаю все, что ты пожелаешь. И пойду за тобой на край света! Лазурная, ты все-таки подумай о бракосочетании. Будем первой русалиной и фениксом в отношениях!
— И первыми разведенками в истории мира, — улыбнулась другу. — Все, я закончила. Можем возвращаться.
— Отлично, а то здесь становится слегка тесновато и для нас, и для многочисленных тварюшек. Будем прорываться с боем?
— Это всегда успеется. Активируй щит.
— Скучная ты, Лазурная. Крутая, но скучная!
— Так и выживаем.
48
Обратно путь был сложнее. Сгущающиеся сумерки пробуждали лес и всех, кто в нем сладко спал в световое время. Пару раз пришлось использовать магию, чтобы заморозить самых настойчивых. Колдовать фениксу я не давала. Одно дело поджечь нежить на дороге, подальше от деревьев. И совсем другое — в лесу. По крайней мере, пока мы сами здесь бродили и рисковали превратиться в жаркое вместе с другими обитателями.
— Арллин, после сегодняшнего у меня возник вопрос.
— Я уже сказала, что не выйду за тебя.
— К этому мы еще вернемся. Я о другом. Все русалины такие боевые?
— Нет, — ответила коротко, игнорируя возмущенный взгляд.
— Ну, Арлли-и-ин! Ну, раскажи-и-и! — заканючил он. — О вас же ничего толком не известно. Ты вообще первая девушка, которую я увидел.
— Сочувствую, друг.
— Тьфу, язва! Расскажешь?
— Да нечего здесь рассказывать. Женщины нашего народа рождаются со слабой магией, привязанной к источнику магии. Поэтому мы редко покидаем дом, чтобы не терять связь с ним. Да и чужой климат переносим плохо. За многие столетия привыкли жить в холоде, так что палящее солнце других княжеств иной раз приводит к неприятным последствиям.
— Но ты ведь спокойно переносишь солнце…
— У меня особый случай и сильный дар.
— Из-за него ты оказалась в армии?
— Не только. Еще раз напоминаю, что я из касты воинов. Если есть дар, голова на плечах и желание, нет ничего невозможного. Отец, конечно, сопротивлялся поначалу. Да и после бурчал, что девочке не место среди боевых магов, но братья поддержали и помогли. Они меня и тренировали, обучая всем премудростям, и опекали во время вылазок.
— Уверен, что они тобой гордятся.
— Гордятся, конечно, но никогда в этом не признаются. А то еще начну задирать нос, — улыбнулась я, вспоминая родных. Скучала по ним жутко, но до каникул еще жить и жить.
