Возможно, именно в память о нем Моршерр не станет уничтожать всех своих врагов.
Он даст шанс. Шанс роду Кайто выжить и вознестись. И искупить свою вину перед настоящим Морианом. Возможно, не зря древняя ловушка на скалах – из тех времён, когда энергаты и маги затеяли большую грызню, пару сотен веков назад, сработала именно на него. Возможно, в этом был какой-то смысл. Какое-то послание, знак от самого мира. Моршерр, как никто другой, знал, что Дагош – живой.
Жаль только, что пришлось тащить с собой в академию Вириана, старшего ученика архимага Долмера Кайто. Тот учился на четвертом курсе Мойэраати, был молчалив, спокоен, умел и в меру опасен.
Докладывал наверняка учителю. Но было в мальчишке что-то настоящее. Прямое и честное. Такие не бьют в спину.
Вириан подошёл к нему сам, уже здесь, в Мойэраати, в первый день после заселения.
Подошёл, посмотрел сонным пустым взглядом и буркнул:
– Тирлес Кайто, примите мои соболезнования в связи с кончиной главы рода и позвольте встать за вашим левым плечом, как вашему верному вассалу!
Эти дурацкие человеческие словоблудия!
Но память тела среагировала быстрее.
Короткий кивок и резкое:
– Прикрывать мне спину ещё нужно заслужить. А пока – побудешь на посылках.
Думал, оскорбится. Но в мглистых глазах царил безнадёжный холод. Удивительный смертный, поцелованный самой Черной леди Последнего Дыхания.
Так тварь-лорды называли госпожу Погибель.
– Принято, господин. Я сохраню ваш покой и ваши тайны, – в тот миг Моршеру подумалось безумное – мальчишка знает!
Он мог бы влезть в его голову и выяснить, но не стал.
А сейчас Вириан, пожалуй, мог быть полезным.
– Разузнай мне все об этой девчонке, Вир. Я должен знать, что она из себя представляет, – приказ.
Тень какой-то очень понимающей усмешки Мориан величественно проигнорировал.
Шея около уха нестерпимо зачесалась, обожгла, задергала.
Это что ещё такое? Какая-то болезнь смертных или магия?
Впрочем, своего состояния Моршерр не выдал ничем.
Холодно кивнул, едва заметно поджав губы, и, развернувшись, направился в сторону учебного корпуса.
Вириан молча последовал за ним.
В его туманных холодных глазах не отразилось ровным счётом ничего. Только перчатка сжалась чуть сильнее на учебной сумке.
В тот миг, когда спина Моршера скрылась в проеме, молодой мужчина задрал голову, почти слепо вглядываясь в небо.
– Все изменилось, правда? Вам бы это понравилось. Отец. Мама. Вы так хотели изменить мир. Теперь он все спалит дотла и возродит заново. Наш новый лорд и господин...
Тихий смешок, больше похожий на свист косы.
Наблюдать за этим было некому. Как и за тем, что на миг тень юноши странно удлинилась за его спиной, вытягивая шею и топорща острый драконий хребет.Ходили слухи, что когда-то давно в роду Кайто потоптались драконы. Мерзкие твари, им лишь бы девок портить!Может, не такие уж это были и слухи... Может.Но родителей это не уберегло.
Глава 8. Во тьму вашу практику! Или поцелуй и его последствия.
Льяна Тархи
Я сдала практику. Сдала! На «грызуна», то есть, если переводить со студенческого жаргона – средне удовлетворительную отметку.
Да, отличницы из меня не вышло, но разве это так уж важно? Куда важнее это трепещущее ощущение магии в моих ладонях, едва заметный, дрожащий, но живой светло-серый огонек, с трудом уложенный в верную последовательность рун.
Да, все шипело и плевалось искрами, да, вместо того, чтобы создать простенькое заклинание для уборки пыли с поверхности, я эту самую пыль, конечно, собрала… Но попала она прямо в ухмыляющееся лицо лорда нашего преподавателя, Дограса Шарна.
И до этого наблюдающий за нашими потугами с издевательской ухмылкой лорд… взбесился.
Это было ожидаемо. Самую капельку неожиданно было то, что даже по меркам очень эксцентричного профессора, который пострадал от руки злобного хулигана-студента, Шарн повел себя неадекватно.
Учитывая, что рядом сидела комиссия из двух благообразных пожилых мастеров.
– Адептка-а-а! – Возопил фальцетом красавец лорд. – Да как вы смеете! Вы…
Пальцы Шарна вытянулись крючьями, холеное лицо исказилось, глаза выпучились.
Сердце ёкнуло и ушло в пятки, как будто мне в самом деле лет двадцать. «Отвратительно» и выгонит?
Горло сжало, рот наполнила едкая горечь поражения. Да, это не конец света. Да, я придумаю, что мне делать. Выпутаюсь, попытаюсь пробраться в другую академию или скроюсь в любом крупном городе, но…
Не хотелось признаваться, но я действительно привязалась к Мойэраати. Это место могло бы стать мне домом. Оно изменило меня, подарило новую цель и смысл.
– Я не хотела, мастер, простите, пожалуйста! Но ведь мы первый раз применяем магию, и нас ещё не научили ее контролировать! – Мой голос звучал испуганно, глаза были опущены, как у прилежной напуганной леди.
Вот только я знала, как, когда и что сказать. И кому.
«Залётные» магистры нас услышали. У них появятся вопросы.
Но…
– Я тебя, тварь, размажу! Ты будешь мне сапоги лизать, на цыпках ходить! Ты… – изо рта лорда полилась такая отборная площадная ругань, что я опешила.
Застыла, не веря услышанному и мечтая закрыть уши.
– Гулящая дев… – Шарн закашлялся, схватился за горло, – Я ведь тебе ясно сказал, Тархи, – вдруг зашипел змеёй маг, утирая рукавом пыль с лица.
Его глаза как-то совсем нехорошо блеснули, рот искривился, делая привлекательного мужчину походим на жабу с Туманных болот, а потом…
– Я ведь все продумал. Ты греешь мне постель, а я молчу, что ты девка без магии! Все-ооо! – Мужчина страшно скривился, показывая пространству перед собой дрожащий кулак.
Я видела, как двое вроде бы немолодых мастеров за его спиной обменялись быстрыми взглядами и неспешно поднялись, шевеля беззвучно губами.
– Я это уже не первый раз проворачиваю! И все удачно! Подумаешь, цацы какие, кривиться изволят! Только как свое отработают – так и вылетают все равно. Бабе в магии не место, ее удел – постель греть!
– О, а вы случайно не знаете, многоуважаемый профессор, куда потом эти бедные девушки исчезали? За последние пять лет было исключено не меньше двадцати адепток. Пусть и не только благодаря вам. Это очень, очень много… – задумчиво заметил благообразный магистр с бородкой клинышком.
– Да откуда мне знать! Тупые крестьянки никуда не годные! По своим хижинам небось попрятались! – завопил этот петух, плюясь слюной.
А у меня холодок по коже. Один случай, два, ну, три… Но… Двадцать! Двадцать девушек с запятнанной репутацией были исключены из академии и, похоже, исчезли в неизвестном направлении. Это напоминает организованный план действий.
Вопрос лишь в том, почему Шарн так разговорился. Не по своей воле. Отравили? Прокляли? Кого-то всё-таки вывел из себя его злой язык?
– Похоже, профессор Шарн не в себе. Приносим извинения за его поведение, адепты, – негромко произнес, чуть причмокивая губами, второй магистр.
Пожилой маг, седой как лунь, с глазами буравчиками.
– Внутренняя служба охраны академии начнет расследование по его делу, – негромко заметил второй магистр, скручивая пальцы в затейливую фигуру «ежик съел шарик».
Когда же профессора спеленали и унесли, в моей ведомости всё-таки появилась заветная оценка. Могли поставить выше, но, кажется, экзаменаторы исподтишка решили проверить меня на наличие магии и остались чем-то недовольны.
Впрочем, сейчас это не так важно.
Для меня промежуточная контрольная закончилась к лучшему.
Это позволяло верить, что все наладиться. Что бы там не говорил Горрианталь, у меня не было больше никаких общих дел с Морианом Кайто.
Поцелуй не повод для общения. Тоже мысль из прошлой жизни? В этом мире такую возмутительную глупость никто из леди сказать бы не осмелился.
Как это ни удивительно, следующие несколько дней прошли спокойно. Тихо. Даже скучно. Пересуды? Были. Но как-то вдруг оказалось, что больше говорят про профессора Шарна, который сгинул где-то то ли в подвалах академии, то ли в землях кланов, академию опекающих.
