Отвергнутая истинная ледяного дракона (СИ) - Такер Эйси

Теперь я буду относиться к радостным событиям очень настороженно, особенно сейчас, когда рядом брат моего истинного.

Боязно оттого, что он меня все же узнал и не выгнал из Академии только для того, чтобы выиграть время и сообщить обо мне Атрэю. Если так, то лучше бы мне бежать, пока за мной не пришли, но… Я останусь.

И не потому, что все еще глупа, наивна и надеюсь на помилование дракона. Нет. Просто я прокручиваю в голове воспоминания о дне своей свадьбы и понимаю, что Таррен почти не смотрел в мою сторону.

Его интерес к моей персоне был так ничтожен, чтобы он мог меня запомнить. Да и в тот день я выглядела сильно иначе, нежели сейчас.

Убедив себя в том, что моей безопасности ничто не угрожает, я спешу к Фрине за дальнейшими инструкциями. И вот до ее двери остается всего несколько метров, как вдруг меня пронзает невыносимая боль, от которой перед глазами все темнеет и ноги подкашиваются.

Обхватываю ладонью горящее запястье и со стоном припадаю к стене, медленно скатываясь на пол.

Сквозь гул в ушах я слышу вокруг голоса, перешептывания и топот, отчего тревога в груди еще больше нарастает.

Что со мной происходит? Почему так больно?

Может, Атрэй узнал, что я сбежала, и сейчас делает что-то, чтобы меня найти?!

— Детка, что с тобой?! — будто сквозь толщу воды слышу голос Фрины. — Иди сюда, я отведу тебя к лекарю.

Она подхватывает меня под руки и помогает встать с пола. А я неконтролируемо рыдаю от боли, которая растекается по всему телу, но все еще концентрируется на запястье. И я даже взглянуть на руку боюсь, потому что ощущения такие, будто кожа на ней полностью облезла.

Медленно шагаю вперед, пошатываясь и опираясь на Фрину. Перед глазами все расплывчатое и туманное, а силы окончательно покидают меня…

— Живо! Помогите ее отнести к лекарю! — остатками сознания слышу тревожный крик Фрины, который глохнет с каждым произнесенным словом…

Резкий и противный запах бьет в нос, и я вскакиваю, распахнув глаза и шумно хватая воздух ртом. Вокруг все слишком белое, до рези в глазах, и я невольно щурюсь.

— Тише, тише, милая, — Фрина ловит меня за плечи и укладывает обратно в постель. — Все хорошо, не бойся. Лекарь сейчас тебя осмотрит.

Несколько мгновений я пытаюсь осмыслить происходящее. Сознание медленно проясняется, и я сразу же вспоминаю о той боли, которая чуть не испепелила меня заживо. О такой, какую я никогда не пожелала бы испытать снова.

Подношу дрожащую руку на уровень своих глаз, задираю рукав, ожидая увидеть месиво вместо кожи и…

Не верю… Не может быть! Метка истинности исчезла! Разве такое вообще возможно?!

— Расскажи, что произошло с тобой, — спрашивает меня женщина-лекарь в зеленой мантии.

— Голова резко разболелась, — вру я, потому что правду никому не нужно знать. — Но сейчас мне уже лучше. Все прошло.

— Вот не нужно было так перегружать себя работой, — упрекает меня Фрина и помогает сесть. — Это все от усталости.

— Наверняка, — киваю я в подтверждение. — Но мне уже лучше, правда. Можно мне уйти?

— Сегодня ты останешься здесь, — строго отзывается лекарь. — Отдохнешь, лекарственные отвары попьешь, а мы понаблюдаем за тобой.

Строгий и одновременно взволнованный взгляд Фрины заставляет меня больше не спорить и задержаться в больничной палате.

— Ладно, — киваю я и накрываю прохладную ладонь Фрины своей. — Спасибо, что позаботились обо мне.

— А как же иначе-то, — покачивает она головой.

— Меня, кстати, приняли в Академию, — улыбаюсь я и тут же вздыхаю: — Думала, что завтра уже к учебе смогу приступить…

— Нет уж, дорогая, отдыхай, — прерывает меня Фрина. — Еще один пропущенный день роли тебе не сыграет, зато силы свои восстановишь. А я пока подготовлю тебе комнату в студенческом корпусе и принесу тебе туда все необходимое: форму, учебники, инвентарь…

Только успеваю открыть рот, как она тут же добавляет:

— Если ты сейчас собираешься мне возразить и сказать, что сама все потом сделаешь, то не стоит. Я возражений не принимаю.

Слезы наворачиваются на глаза. Столько тепла и заботы я никогда не получала, а ведь для Фрины я совсем чужая.

— Спасибо, — шепчу я сквозь слезы и крепко обнимаю Фрину за шею. — Ваша поддержка и забота для меня дорогого стоят.

— Ну все, все, не реви, а то я тоже разревусь, — дрогнувшим голосом усмехается она и гладит меня по голове. — Ты главное поправляйся, не заставляй меня больше так нервничать.

Прощаюсь с Фриной и как только остаюсь одна, снова смотрю на свое запястье, опасаясь, что метка все еще на нем, а мне просто показалось, что она исчезла. Но нет, запястье чистое, будто на нем ничего и не было никогда.

Я была уверена, что истинная связь — это навсегда и разорвать ее невозможно. Но, похоже, я ошиблась, и теперь мне очень интересно знать, что произошло на самом деле. Боги разорвали нашу истинность, поняв, что такая пара не может существовать? Или все же это дело рук Атрэя?

Если это все же сделал он, то почему сейчас, а не раньше? Зачем было отправлять меня в ссылку, если изначально мог избавиться от связи со мной?

Вопрос огромный, но теперь это не так уж и важно, вернее, неважно совсем. Главное, что больше ничто не связывает меня с Атрэем кроме никчемной бумажки о заключении брака. Он уже никогда не сможет почувствовать меня и найти. И если уж раньше у него не было во мне необходимости, то сейчас тем более.

Моя жизнь по-настоящему начинает налаживаться. И все пройденные ужасы, страхи и боль, они стоили того, чтобы прийти к этому моменту.

Больше ты не имеешь надо мной никакой власти, Атрэй. И я искренне надеюсь, что ты сейчас безумно счастлив, что Боги избавили тебя от такой истинной, как я. Возможно, сейчас ты и вовсе думаешь, что я погибла. И пускай для тебя так и будет. Навсегда.

Глава 32

— Кайлиб, не пудри мне мозги с самого утра, — фыркаю я, спешно натягивая форменное платье. — Если я пока не смогла тебе помочь, то это не значит, что я ничего для тебя не делаю. И вообще, некогда мне! Вечером поговорим.

— Вот так и доверяй людям, — хмыкает Кай, пока я торопливо причесываю спутанные после сна волосы. — Сначала наобещают, а потом век от них ничего не дождешься.

— Хорошо, что ты не стареешь, правда? — ехидно отзываюсь я, хватаю сумку и мчусь на выход: — Все, я убежала! Ведите себя тихо, а не как всегда!

Выскакиваю из комнаты, запираю ее на ключ и бегу в аудиторию.

Вот что за невезение? Уже месяц, как я учусь в Академии, и ни разу никуда не опаздывала. Но именно сегодня, в тот день, когда у нас впервые будет вести пару сам ректор, я умудрилась проспать!

Я пообещала себе не попадаться Таррену Эйверсу на глаза без веской на то причины. И успешно выполняла это обещание… до сегодняшнего дня.

Идеальным решением было бы вообще не пойти к нему на пару, чем опоздать и привлечь внимание к своей персоне. Но я просто не могу себе позволить пропустить занятие по защитной магии. Это может обойтись мне потом слишком дорого.

Останавливаюсь возле аудитории. Перевожу дыхание и собираюсь с силами, готовясь быть отчитанной и пристыженной перед всей группой.

А им ведь только повод дай — заклюют. В их глазах я самая слабая и убогая, а всё из-за внешности. И абсолютно все одногруппники, кроме Эби, постоянно пытаются самоутвердиться за мой счет.

Стараюсь не реагировать, но… морально я устала это терпеть. И мечтаю о том дне, когда смогу, наконец, отыскать средство, способное вернуть мне свою природную внешность.

Негромко стучусь и тяну дверь на себя, заглядывая в аудиторию.

— Быстрее занимайте свое место. Занятие уже началось, — сухо отзывается ректор, даже не взглянув в мою сторону, и я бегом мчусь на свободное место рядом с Эби.

Надо же. Я готовилась к худшему, а все прошло на удивление гладко и спокойно. Даже самые лояльные преподаватели ругают студентов за опоздания, а иногда и вовсе не пускают на занятие. А тут сам ректор! И ничего не сказал.