Отвергнутая истинная ледяного дракона (СИ) - Такер Эйси

— Он уже что-то важное рассказал? — тихим шёпотом спрашиваю у подруги.

Она лишь качает головой и прикладывает палец к губам, призывая меня к тишине.

— надеюсь, каждый из вас осознает, что прорицатели — самые слабые маги, — произносит дракон, с первого же слова заставляя нас прочувствовать свою никчемность. — Все вы — исключение из правил. И в отличие от других магов у вас внутри нет искры, способной разжечь поток магии, который можно было бы материализовать. Вы так же слабы и уязвимы, как и обычные люди.

— Почему вы так говорите о нас? — негодует выскочка Анабель, родом из какой-то очень богатой и знатной семьи. — Между прочим, прорицатели — самая значимая и уважаемая профессия, а вы…

— Я разве давал кому-то слово? — строго пресекает ее дракон, и девушка тут же опускает голову, поежившись от его ледяного взгляда. — Нужно слушать внимательнее и вникать в суть сказанного. Я говорю вовсе не о вашей никчемности, хотя такими вы и окажетесь, если заведомо будете возвышать себя, полагая, что от значимого положения в обществе вас отделяет лишь отсутствие образования. Это совершенно не так.

Ректор окидывает взглядом аудиторию, пристально изучая лица студентов, и останавливает взгляд на мне. Холод моментально под кожу пробирается, кожа покрывается мурашками, а тело невольно передергивает.

Перестану ли я когда-нибудь бояться этих глаз? Прекращу ли думать о том, что в любой момент моя жизнь снова скатится в бездну, если дракон меня узнает?

— Сила любого мага в первую очередь не в том, чем он может легко управлять, — продолжает ректор. — Она заключается в принятии своих слабых сторон и умении их прикрыть. В вашем случае этих сторон слишком много, но первое и самое главное, что вы должны знать, так это как защищать себя. Вы обязаны уметь закрыть себя от любой атаки. А теперь, если у вас остались вопросы, я готов их выслушать.

— У меня есть вопрос, — вновь отзывается Анабель. — Для чего нам защищать себя, если мы ни с кем не собираемся сражаться?

— В этом ваша главная проблема — вы не видите очевидного, — усмехается дракон. — Занимать должность прорицателя, значит всегда находиться под ударом врагов. Как считаете, долго ли вы продержитесь на своем месте, если к вам можно будет спокойно подобраться и перерезать горло, как самому обычному человеку?

— А что, у нас каждый день людям глотки перерезают? — хмыкает Анабель.

— Люди в большинстве своем не представляют опасности, не могут сорвать вражеский план, в отличие от прорицателей, — отвечает дракон. — Именно поэтому маги, сильные в прорицании, всегда находятся под ударом и должны это осознавать. Если вы не готовы жить в постоянном напряжении и быть всегда на чеку, то вам лучше уйти из Академии прямо сейчас и не тратить свое время напрасно. Сможете жить спокойно наравне с обычными людьми и не бояться быть убитыми за свой дар.

Гробовая тишина воцаряется в аудитории. Все застыли в изумлении, погрузившись в свои мысли.

Я никогда не думала о профессии прорицателя, как о чем-то опасном, а сейчас мне будто открыли глаза. Собираюсь ли я сдаться после этого? Ни в коем случае!

Моя жизнь и без того находится в вечной опасности. И лучше уж я буду жить в страхе, но уметь себя хоть как-то защищать, чем останусь слабой и бесполезной пустышкой, как однажды назвал меня Атрэй.

— Могу ли я задать еще один вопрос? — отзываюсь я, подняв руку.

— Слушаю вас, — кивает дракон, устремив на меня пронзительный взгляд.

И все одногруппники тоже оборачивается на меня, будто только ждут возможности высмеять меня за глупый вопрос.

— Вы сказали, что внутри нас нет искры, которую мы могли вы преобразовать во что-то материальное, — произношу я. — Возможно, я тороплюсь с этим вопросом, но хочу понять, как же нам тогда защищаться?

— Я как раз собирался об этом рассказать, — кивает ректор. — Но похвально, что вы уже задаётесь этим вопросом. Пока что единственная разумная мысль, которую я услышал среди вас.

Давлю в себе улыбку, когда одногруппники теряют ко мне интерес и отворачиваются. Только Анабель прожигает меня недобрым взглядом, раздражаясь оттого, что похвалили меня, а не ее.

— Как бы странно это ни звучало, но ваша искра находится в вашей голове, — произносит дракон неожиданную мысль. — Сила мысли — вот, чем вы можете научиться управлять в совершенстве. И тогда ваши видения перестанут иметь спонтанный характер. Вы сможете видеть будущее тогда, когда пожелаете и о чем пожелаете. А теперь переходим в тренировочный класс и разбиваемся на пары, — завершает свою речь ректор и добавляет: — А вы, Лина, будете в паре со мной.

Я? Почему я?

Глава 33

После долгих разъяснений, как нам сделать первые шаги для раскрытия своих ментальных способностей и создания первого защитного барьера, дракон раздает каждой паре по жезлу.

Каждое применение этого жезла приводит к активации слабого электрического разряда. И напарники будут бить нас током до тех пор, пока мы не сможем подключить наш ментальный барьер…

Треск электрических разрядов заполняет аудиторию вместе с айканьями студентов. Я держусь, прикусив губу и стараясь не издавать ни звука, терпеливо принимая каждый удар ректора.

Мне даже любопытно, почему ректор тоже решил принять участие. Не хотел лишать себя удовольствия кому-нибудь причинить боль?

Хотя я даже рада, что он достался мне в напарники, а не кто-то из моих одногруппников. Вот они бы поиздевались надо мной всласть, ударяя током каждую секунду и не давая шанса передохнуть.

— Соберись, — строго отзывается дракон. — Столько красноречивых слов я от тебя услышал в день приема. Где та сильная и волевая девушка? Осталась только на словах?

Обида душит и отвлекает от сосредоточения. Может, он это специально говорит, чтобы у меня получилось, но… Эффект выходит обратный.

Многие одногруппники уже начинают меняться местами после успеха одного из них. А я так и продолжаю терпеть неприятную и колючую боль, не в силах справиться с заданием.

Не хочется верить, что я слабая и совершенно бездарная. Но эти слова Атрэя так глубоко засели в душе, что они пожирают всю мою мотивацию и веру в себя.

— Перерыв, — хмыкает ректор, покачивая головой, и подходит ко мне. — Что происходит, Лина? Ты собираешься брать себя в руки? Или считаешь себя настолько особенной, что даже не хочешь стараться?

— Я стараюсь, господин Эйверс, — тихо отвечаю я, потупив взгляд. — Очень стараюсь и хочу, чтобы у меня получилось. Но не понимаю, что делаю не так.

— Послушай, — произносит он, взяв меня за плечи, а потом продолжает еще что-то говорить, но я перестаю его понимать.

Слова глохнут, а меня ослепляет вспышка видения. В нем я вижу всех нас в этой же аудитории и наблюдаю, как два единовременно отброшенный электрических разряда ударяют друг в друга и рикошетят в массивную люстру, которая через мгновение обрушивается прямо на ректора…

С шумным вздохом я возвращаюсь в реальность, пытаюсь прийти в себя.

— Что с вами? — слышу непонимающий голос ректора, а сама оглядываюсь на своих одногруппников.

Реальное ли было видение, или это лишь проявление моих внутренних опасений?

Но едва я успеваю об этом подумать, как мое видение воплощается в реальность…

Не обдумывая свои действия, я резко разворачиваюсь и бросаюсь к дракону, что есть сил толкая его в грудь. И эффект неожиданности срабатывает — от отшатывается назад, а я повисаю на его руках.

Мгновение, и грохот вместе со звоном стекла и криками студентов заполняют аудиторию.

— Лина, — произносит ректор на выдохе, и я поднимаю на него растерянный взгляд. — У тебя было видение?

Все еще пытаюсь опомниться, смотрю в сияющие глаза дракона и окончательно теряюсь. Слишком неловко от его близости. А ведь я сама на него набросилась.

— Да, — бормочу я, принимая устойчивое положение и отшатываюсь в сторону. — Эта люстра должна была упасть прямо на вас, вот я и…