Там, где пепел становится теплом (СИ) - Лунная Мари

Ленора слушала их, не вмешиваясь в разговор, лишь изредка поправляя полотно на коленях. Ай, хитрецы, подсматривали с улицы, значит...

Пусть. Она доверяла каждому из них. Эти дети были её гордостью, её самым большим сокровищем. Они могли бояться, но умели принимать в семью. Умели судить строго, и умели прощать великодушно. Их мир был суров, полон лишений и холода, но их сердца оставались удивительно открытыми и чистыми.

Дариан попал в хорошую семью. Ему придётся учиться жить заново, здесь, среди штопаных одеял и горячих щей, среди детского смеха и тихих ночных разговоров. У него был шанс исцелиться, и этот шанс давали ему дети.

Она отложила шитьё, потянулась, чувствуя, как сладкая усталость наконец-то начинает отпускать её натруженные мышцы. Завтра нужно будет растопить печь в бане, перестирать дорожную одежду, проверить запасы муки и крупы, а ещё научить Дариана ориентироваться в доме, чтобы он перестал бояться каждого шороха и мог свободно ходить...

Глава 14. Как применить дракона

Глава 14. Как применить дракона

Как это странно – просыпаться в тепле... Дариан проснулся задолго до того, как первые лучи зимнего солнца коснулись его лица, и теперь лежал, ощущая новое пространство вокруг себя. Старые, но чистые простыни под ним были мягкими, швы, сделанные руками Леноры, почти не бугрились, он едва мог нащупать их. Комната пахла деревом, немного дымом и травами, ещё Дариан мог уловить запах чего-то кисловатого, но пока не мог понять, чего. Дощатая стена, у которой стояла его постель, дышала теплом.

Узкая кровать скрипнула под весом дракона, когда он осторожно сел, стараясь не задеть ничего вокруг. Пространство вокруг него казалось тесным, наполненным чужими запахами и звуками. Он не был в замке. Он всё ещё был здесь, в Доме Очага, маленьком приюте на краю безвестной деревеньки.

Лорд Холмов прислушался к звукам дома. Внизу, на кухне, уже гремела посудой Марта, её басовитое ворчание сливалось с шипением дров в печи. Где-то на лестнице заскрипела пятая ступенька – верный признак того, что кто-то из детей спускался вниз. Дариан медленно опустил ноги на пол, ощупывая пальцами шершавые доски. Здесь, в этом маленьком, шумном приюте, его магия вела себя на удивление спокойно. Проклятый огонь, прежде рвавшийся наружу при малейшем волнении, теперь дремал глубоко внутри, убаюканный ровным, живительным теплом, исходящим от колыбели на первом этаже.

Вставать с низкой кровати оказалось непривычно. Тело, привыкшее к огромным, пустым залам замка, то и дело натыкалось на преграды: стены, край плетёного из полосок ткани коврика, полка на стене... Дариан нащупал свой тяжёлый посох, стоявший у изголовья, и провёл пальцами по гладкому резному набалдашнику. Этот кусок дерева стал его единственной опорой в мире, полном чужих звуков и непредсказуемых запахов, но носить его с собой было явно глупо: он и сам нескладный, длинный, неловкий, посохом он точно сшибёт какую-нибудь мелочь в доме!

Пока Дариан размышлял, как бы ему половчее спуститься вниз, дверь его каморки распахнулась без стука, впустив в комнату вихрь морозного воздуха и звонкий детский голос.

– Ты уже не спишь? – спросил Лу, заглядывая внутрь. Его кудрявая голова появилась в дверном проеме, а в руках он сжимал любимую деревянную лошадку с облупившейся краской. – Как здорово! Я тоже!

Дариан повернул голову на звук. Его незрячие глаза смотрели сквозь мальчика, улавливая лишь биение его маленького, энергичного сердца. Интересно, какой он? Ему тяжело было вообразить лицо мальчишки, совсем ещё маленького, но такого отважного.

– Доброе утро, юный мастер, – ответил Дариан своим глубоким, вибрирующим голосом. – Который час сейчас?

– Не знаю, солнце ещё не встало! – Лу решительно шагнул в комнату, его шаги в шерстяных носочках зашуршали по полу. Мальчик подошел к кровати и без всякого стеснения сунул свою маленькую ладонь в огромную руку лорда. Кожа ребёнка была прохладной после утренних игр в сенях, но Дариан тут же согрел её своим внутренним жаром.

– Пойдём, я тебе всё покажу! Ленора говорит, тебе нужно привыкать к нам. А привыкать лучше, когда делаешь что-то вместе, – деловито заявил мальчик, потянув гостя за собой.

Дариан не успел возразить. Ребёнок тянул его с такой недетской силой, что дракону пришлось поддаться.

Идти за маленьким провожатым оказалось настоящим испытанием. Дариану приходилось сильно нагибаться, чтобы их руки оставались сцепленными, иначе он просто потерял бы маленького и шустрого ребёнка в пространстве. Они вышли в коридор, и Лу тут же начал тараторить без умолку, его голос звенел, отражаясь от деревянных стен.

– Это наша спальня, мальчишеская! – объявил он, толкая первую же дверь.

Дариан шагнул внутрь, сразу уловив густой запах хвои, шерсти и деревянной стружки. Комната, судя по звуку, была небольшой, едва ли больше, чем та, в которой спал он сам.

– Тут живём мы с Тоби, – продолжал Лу, ведя руку гостя по шершавому краю своей кровати. – Это моя кровать! Тут ещё две такие, одна Тоби, и одна пустая. Когда Камаль вырастет, он будет с нами жить! Тоби всё время что-то чинит, а я храню сокровища. Хотите посмотреть?

Запрыгнув на большой сундук, окованный железными дугами, Лу дотянулся до полки, на которой хранил жестяную шкатулочку. В ладонь Дариана упал гладкий, округлый речной голяш, камушек, отполированный течением. Лорд провел по нему длинными пальцами, чувствуя прохладу и тяжесть речной гальки.

– Это очень ценное сокровище, – серьёзно произнес он, возвращая камень владельцу. – Такие камни приносят удачу в дальних странствиях. Особенно если в них есть отверстие.

– Попрошу Тоби, пусть сделает дырку! – Лу довольно хмыкнул. Поочерёдно в руки Дариана сыпались шишки и пуговицы, густо сдобренные детской болтовнёй: Лу явно был счастлив возможности присесть кому-то на уши!

– У меня больше нет сокровищ, – признался он наконец, с грохотом ссыпая все свои богатства обратно в шкатулку. – Пойдём! Наверху я больше ничего не могу показать, тут ещё девочковая спальня, но Нэла меня нашлёпает, если я туда пойду. Ещё Ленорина, но там скучно и ничего нет! А на чердак я боюсь... Пойдём вниз! – объявил Лу и потащил его дальше.

По скрипучей лестнице, немного вперёд, налево – и следующей остановкой стала кухня. Дариан ещё не успел переступить порог, как его обоняние тут же атаковала целая симфония запахов: пареная репа, топлёное молоко, дым, нагретое масло... Марта явно что-то готовила, что-то, где есть жареное, и кисловатое, но Дариан никак не мог понять, что это.

Как же было тесно им втроём на жаркой кухне. Пространство здесь оказалось до отказа забито утварью, висевшей на стенах и стоящей на открытых полках. Жар от печи ударил в лицо, заставляя кожу слегка покалывать.

– Осторожно, тут низко! – крикнул Лу, ныряя под массивный деревянный стол.

Дариан попытался последовать за ним, но куда ему было вместиться под стол вместе с мальчишкой? Сожалея о своём росте, лорд подался назад и выпрямился. Его плечо с глухим стуком врезалось в деревянную полку, на которой сушились глиняные крынки и стояли тяжёлые чугунки. Посуда опасно накренилась, грозя обрушиться на пол градом осколков, хорошо, если не зашибёт никого!

Дариан беспомощно замер на мгновение, но его рефлексы сработали быстрее мысли. Рука метнулась вверх, ловко подхватив край полки, а вторая ладонь мягко прижала самый большой чугунок, не дав ему соскользнуть.

Марта обернулась на шум, вытирая руки о фартук, и тяжело вздохнула.

– Ну и неуклюжий же вы, – проворчала она. В её голосе не было злости, она просто переживала, как бы никто не убился.

– Простите, хозяйка, – виновато произнёс Дариан, аккуратно возвращая посуду на место. – Моё тело помнит просторы замковых залов, а не эти уютные, но тесные углы...

Марта фыркнула, но тут же сунула ему в руки горячий пирожок с капустой.

– Ешьте, пока не остыл. Пища в брюхо попадёт, глядишь, и равновесие вернётся.