Хейтер из рода Стужевых. Том 4 (СИ) - Крафт Зигмунд

Он нахмурился, его брови поползли друг к другу.

— Откуда вы всё это знаете, Стужев? Вы ведь уверяли, что никогда не принимали, как и ваш круг общения.

— Верно. Но на меня вышел информатор, — парировал я. — Тайный. И эта, как вы выразились, «мелочь» — ваша возможность проверить его достоверность. Сверьте.

Я видел, как в его голове крутятся шестерёнки. Он оценивал риски. Стоит ли верить выскочке-барону? Но жажда продвинуться, выслужиться перед всемогущим Виктором Огневым, найдя того, кто подсадил его сына на дрянь, оказалась сильнее.

— И что же вы хотите взамен, если это окажется достоверная информация? — спросил он прямо.

— Месть, — ответил я, смотря ему в глаза. — Человек, который стоит во главе этой ячейки… Тот, кого я хочу… проучить. Назовём это так.

— Озвучь имя, — его голос прозвучал требовательно.

— Нет, — я покачал головой. — Слишком рано. Вы ведь сразу доложите Виктору Огневу, верно? Вот только к этому человеку не выйдет так легко подступиться. Как только он поймёт, что на его след вышли — затрёт следы. Никто ничего не докажет. А он сам сбежит. Мне это не нужно, как и Виктору. Потому моя цель состоит в том, чтобы крепко спеленать этого человека, как муху в клейкую ленту. Чтобы не было ни единого шанса вырваться. Для этого вам, Борис Сергеевич, и нужны железобетонные доказательства. И я буду давать наводки, по крупицам, будто вы сами дело распутываете. Никто и не догадается. Пока картина не сложится в идеальную, неопровержимую мозаику.

Он молчал, глядя на меня, а в глазах читалась внутренняя борьба. С одной стороны — риск, непроверенная информация. С другой — головокружительная перспектива раскрыть громкое дело и заслужить личную благодарность Огнева.

Наконец, он медленно, как бы нехотя, кивнул. Его рука вновь потянулась к листку.

— Хорошо, Стужев. Сотрудничаем. Но если ваш «источник» окажется пустышкой…

— Не окажется, — я поднялся, поправляя пиджак. — До следующей встречи, Борис Сергеевич.

Получив свой пропуск, я вышел из кабинета. Наживка была закинута. Оставалось лишь ждать, шаг за шагом смыкая круг вокруг Тани.

Глава 2

Интерлюдия

Виктор Огнев сидел за своим массивным столом. Его пальцы держали ручку, которая ловко выводила подпись под каждым экземпляром договора на нескольких листах бумаги.

Напротив, в глубоком кожаном кресле, расположилась Элеонора. Она была бледна, а под глазами залегли тёмные тени. Но спина её оставалась неестественно прямой, а подбородок — высоко поднятым. Её пальцы, сведённые судорогой на коленях, были единственным признаком того, что эта гордая осанка давалась ей невероятной ценой.

Резкий звук звонка разрезал тишину. Виктор, не отрывая взгляда от документа, нажал на кнопку встроенного коммуникатора.

— Я занят, — его голос прозвучал ровно и не оставлял пространства для возражений.

— Господин, вас беспокоит следователь Чёрный, — донёсся из динамика голос секретаря, почтительный, но настойчивый. — Утверждает, что дело не терпит отлагательств.

Виктор на мгновение поднял глаза на свою жену. В его взгляде не было ничего, кроме усталого раздражения.

— Пусть перезвонит через пять минут, — отчеканил он и отжал кнопку, разом обрывая связь.

Он дописал свою фамилию под последним документом и с силой воткнул ручку в подставку. Раскрутив цилиндр, он прошёлся по каждой подписи, закрепив её печатью, после чего протянул стопку Элеоноре.

Та медленно поднялась, приняв документы с таким видом, будто те обжигали её руки. Ведь это был новый брачный договор, который в корне отличался от прежнего. Она никогда бы не согласилась его изменить, но у женщины не оставалось выбора.

— Когда ты собираешься брать вторую жену? — спросила она тихо, глядя куда-то в пространство за его плечом.

— Не твоё дело, — на мгновение брезгливо скривился Виктор.

— Я имею право знать.

— Если бы не тряслась над своим сыночком, как наседка, не прикрывала все его ошибки, ничего бы этого не случилось. Он был бы мужчиной, а не… тем, во что он превратился. Ты сама во всём виновата, предав моё доверие.

— Это и твой сын тоже, Виктор, — в её голосе впервые прозвучала надрывная нота.

Он поднял на неё холодные, как сталь, глаза.

— Это мне ещё предстоит проверить.

Его слова прозвучали как гром среди ясного неба и ранили в самое сердце. Элеонора задержала на Викторе взгляд, полный безмолвной боли и оскорблённой гордости.

— И нечего на меня так смотреть, — грозно сказал мужчина. — Я доверял тебе, дал свободу действий. И чем ты мне отплатила? Ножом в спину! Уходи, видеть тебя не хочу.

Элеоноре нечего было сказать. Она развернулась и вышла из кабинета, тихо прикрыв за собой дверь.

Почти сразу же вновь зазвонил телефон. Виктор взял трубку аппарата и приложил к уху.

— Соединяй, — бросил он, не дожидаясь голоса секретаря. Послышались щелчки, и он жёстко произнёс: — Чёрный? Говори, зачем звонишь. У меня мало времени.

— Виктор Петрович, у нас появился важный свидетель. Достоверный источник. Вы просили о таком сообщать незамедлительно, — затараторил следователь, и в его голосе слышалась смесь страха и раболепия. — Мы вышли на след. Скоро сможем вычислить организатора всей этой… истории с вашим сыном.

— Ты выяснил, кто это? — голос Огнева стал тише, но от этого лишь опаснее.

— Пока нет! — тут же отозвался Чёрный, чувствуя подвох. — Но информатор знает! Он не говорит всё сразу, дал лишь намёк, малую часть, чтобы мы проверили его искренность. Но вторая встреча скоро состоится, и тогда…

— Когда? — властно перебил Виктор. — Назови дату. Я тоже хочу с ним поговорить. И скажи мне его имя. Сейчас же.

— Виктор Петрович, я… Это не совсем хорошая идея… — замялся следователь.

— Его имя, Чёрный, — повторил Огнев, и в этих словах чувствовались стальные нотки. — Или твоя карьера закончится раньше, чем этот разговор.

В трубке послышался тяжёлый вздох, звук безмолвной капитуляции.

— Стужев, — прошептал Чёрных. — Алексей Платонович Стужев.

Виктор Огнев медленно положил трубку. Его пальцы сжались в кулаки, до хруста. В кабинете вновь воцарилась тишина, но теперь она была иной — напряжённой, звенящей, как струна перед разрывом. Он откинулся на спинку кресла, тяжело выдохнув. А потом просто поправил свой галстук, слегка ослабив его.

— Стужев… — пробормотал он. — Опять этот Стужев…

Огнев достал из кармана пиджака свой смартфон и набрал номер. Зазвучали гудки, на том конце не спешили брать трубку, отчего Виктор начал отстукивать по столешнице ритм.

— Господин? — наконец раздался удивлённый возглас.

— Боря, всё отменяй. Твои ребята ведь ещё не начали действовать?

— Нет, но… У нас всё готово! Вы уверены?

— Абсолютно, Боря. Обстоятельства изменились.

— Как скажете, господин. Но вы только свистните, — его голос звучал бодро, — мы быстро этого пацана поймаем и обработаем. Никто ничего предъявить не сможет, отвечаю!

Вместо ответа Виктор сбросил вызов. Он потёр виски и вновь вздохнул. Слишком часто этот Стужев мелькает в последнее время. А ведь он работает на Озёрского! Так почему решил помочь расследованию? Какие у него мотивы? Виктор обязан это выяснить. Неужели очередная ловушка?

Поначалу он намеревался просто похитить и припугнуть Стужева-младшего. Но не обидит ли это мелкого выскочку? А вдруг он решит выйти из игры и скроет информацию? Нет, Виктор не мог так рисковать.

Кабинет Чёрного встретил меня всё теми же серостью и унынием. Борис Сергеевич сидел за своим столом, и его взгляд, тяжёлый и подозрительный, уставился на меня с порога. Я молча подошёл и положил перед ним сложенный вчетверо листок.

Он взял его, не сводя с меня глаз, развернул. На листе было несколько имён, а рядом с каждым — пометки красной пастой.

— И это что значит? — буркнул он, водя пальцем по списку.

Я позволил себе короткую, язвительную ухмылку.