Внезапно к нам решил присоединиться ещё один пепельный.
— Кора, здравствуйте. — К нам подошёл Арен. — Асель, Эмир. — Остальным он просто кивнул.
— Доброе утро, Арен. Хотел со мной потренироваться? — предположила я дружелюбно.
— Да, вы травмированы, я надеялся облегчить вашу первую тренировку, — подтвердил он.
Интересно, это правда или его отправил Сорен?
— Я уже потренировалась, но ты можешь оценить Асель. Она станет моей личной телохранительницей.
— Госпожа? — девушка посмотрела на меня в неверии.
— Вы уверены? — напрягся Арен. — Она… молода.
Наверное, он хотел сказать больше, но вовремя замолчал.
— Вот вы мне и скажете, готова ли она. — И я взмахом руки попросила их начать.
Арен создал алмазный меч, Асель последовала его примеру, тоже создала оружие, правда, предпочитала рубиновое копьё. Оружие схлестнулось в быстрой схватке. Видимо, чтобы пояснить причину своих тревог, Арен насел на девушку с особым рвением, но не смог сразу пробить её защиту. Воспылав желанием получить должность телохранителя, Асель ответила на выпады не менее яростно. Лезвие продолжало мелькать в опасном танце. И когда меч направился в голову моей подопечной, я потребовала остановить бой.
— Я бы отбилась! — возразила Асель.
— Как ты разговариваешь с хозяйкой? — одёрнул её Арен.
— Она лишь разгорячена боем, ничего страшного, — успокоила я его. — У меня просьба, Арен. Сможешь тренировать её по вечерам?
Асель вспыхнула, Арен смешно захлопал глазами. Но я-то видела, что девушка ему нравится. Впрочем, на красотку Асель заглядывались многие, несмотря на её статус рабыни. Наверное, с тем и связаны столь короткая стрижка и выбор в пользу бесформенной одежды.
— Если моя спасительница просит, я постараюсь помочь отточить навыки вашей телохранительницы, — ответил Арен после некоторой заминки.
— Спасибо. Ты меня очень выручишь. Но у меня будет ещё одна просьба.
— Конечно. Что угодно, — улыбнулся он, приходя в себя после удивления.
— Я бы хотела познакомиться с твоим отцом.
На этот раз он показался приятно удивлённым.
— Мой отец тоже желал бы с вами познакомиться.
— Тогда, может быть, прямо сегодня?
Если повезёт, Гаяр расскажет мне, кто такой Аль-Кахир и как дети при отсутствии практики способны сражаться словно бывалые воины.
* * *
Гаяр проживал в здании для слуг, на последнем, третьем этаже в самом дальнем конце коридора. Здесь царила тишина, казалось, у него нет соседей. Да и тот факт, что в разгар рабочего дня он находится у себя, удивил.
— Мой отец стар и болен, — с грустью в голосе пояснил Арен. — Но не волнуйтесь, его ум чист, и он не заразен.
— Я так и не думала, — заверила его я. — Выходит, Сорен навещает вашего отца?
— Принц так великодушен, что освободил моего отца от работы, когда тот проявил признаки слабости. И да, он временами навещает его. Из уважения, — тепло улыбнулся Арен.
Неудивительно, что его преданность Сорену так крепка.
Мы вошли в комнату, и носа коснулись запахи благовоний. Царил искусственный полумрак, создаваемый плотными портьерами. Помещение оказалось скромно обставлено: шкаф, комод, стол с двумя стульями и кровать за коричневой ширмой.
— Кто там? — раздался из-за неё хриплый голос.
— Это я, отец, — отозвался смягчившимся тоном Арен. — И я привёл гостя. Посол Кора Стиллуотер пожелала познакомиться с тобой лично. Ты хорошо себя чувствуешь, сможешь с ней пообщаться?
— Посол-дракон? — отозвался он, и на миг перед мысленным взором предстало лицо Зейна. Видимо, такое обращение — особенность народа пепла. — Даже если бы чувствовал себя ужасно… нашёл бы в себе силы… встретиться со спасительницей… сына, — сипло рассмеялся он и закашлялся.
— Пойдёмте. Вы можете общаться через ширму, если вам неприятно видеть немощь, — виновато заговорил Арен.
— Что же неприятного в естественных вещах? — покачала я головой. — Разве собеседнику, особенно такому уважаемому, не нужно смотреть в глаза?
— Я лишь раб, — снова рассмеялся Гаяр. — Но мне… приятно ваше отношение, — ответил он, делая паузы между словами, чтобы вздохнуть.
Обрадованный моим ответом Арен сдвинул в сторону ширму, позволяя мне увидеть лежащего в кровати старика, а сам метнулся за стулом для меня. Гаяр действительно был стар и слаб, и на самом деле такое зрелище — редкость для моих глаз, ведь драконы сохраняют красоту и силу тел довольно долго, пока в один момент магия в резерве не идёт на спад. И тогда старость наступает стремительно, но чаще всего умирающий проводит её наедине с собой и самыми близкими.
— Здравствуйте, посол… как правильнее к вам… обращаться?
— Можно просто Кора. — Я присела на принесённый Ареном стул и сжала в своих руках иссушённую возрастом руку Гаяра. — Можно и мне обращаться к вам по имени?
— Я раб, вам не…. стоит задавать такие… вопросы, — усмехнулся он горько и прикрыл ставшие почти бесцветными глаза.
Его пальцы в моих руках подрагивали от слабости, та же дрожь била его старое тело, но хватка оказалась на удивление крепкой. Наверняка в молодости он был сильным воином, раз сумел пройти путь свободы.
— Среди драконов нет рабства. — Покачав головой, я аккуратно опустила его руку на кровать.
— Ты такая же… какой описывал тебя… мой сын… дитя… — по-доброму улыбнулся он.
— Отец, — смутился Арен.
— И я слышал, ты опекаешь… детей моего… моего старого друга.
— Вы были знакомы с четой из рода Хаши?
— Знал… знал и считал их…. друзьями. Да, друзьями… Рад, что их дети… в безопасности.
— Не сказать, что рядом со мной безопасно…
— О да… — кашляюще усмехнулся он. — Но ведь… вы свободны, можете уйти… и своих рабов… забрать с собой.
— Я не могу уйти. Не позволят, да и сама не захочу. Мне нужно добиться мира между саламандрами и драконами.
— Понимаю, — кивнул он.
— Гаяр, я встречала освобождённого раба, его называли Эль-Кахир. Что это значит?
Тело старика на миг напряглось, но сразу же расслабилось.
— «Властитель»… твой знакомый владеет магией… песков, и… думаю, я знаю, чей… он сын, — проговорил он задумчиво. — Как зовут… сына моего… кхм… друга? Он жив?..
Выходит, Зейн просто владеет редкой магией, которая передаётся по наследству. Видимо, это как-то определяется по ауре, если Эмир и Асель его узнали.
— Его имя Зейн, он покинул город, но жив. Значит, это важный навык?
— Как жаль… что нам не встретиться, — посетовал он и закашлялся, прикрывая глаза, в уголках которых показались слёзы.
Мой вопрос остался без ответа.
— Это важная магия? Опасная?
— Лишь редкая… мало… мало кто… может обращаться… к пескам… — покачал он головой.
Странно, учитывая, что любой маг земли легко манипулировал песками, но, судя по всему, не среди пепельного народа.
— Мне очень интересна культура народа пепла. Я бы хотела с ней познакомиться. Это возможно?
— В библиотеках… этого проклятого… города много украденных… у нас книг! — пророкотал он, приподнимаясь с подушек, и снова закашлялся. — Или ты желаешь найти… учителя?..
— Хотелось бы.
— Ты не из народа пепла… никто… никто не возьмётся тебя… учить… даже я, хоть ты… хоть ты спасла моего… сына.
Как и Асель с Эмиром, он не собирался делиться секретами своего народа. Но ведь есть и другие пепельные, которые могут оказаться более благосклонными или не такими твёрдыми в молчании.
— Вы многих знаете, Гаяр. Я бы хотела забрать под своё покровительство больше пепельных и приставить их к посольству. Может, посоветуете, кто будет мне полезен и кому буду полезна я?
— И ты защитишь их? — внезапно напряжённо спросил он, вперив требовательный взгляд в моё лицо.
Гаяр действительно не прост.
— Конечно.
— Сын, возьми перо… с бумагой, — попросил он, обращаясь к Арену. — Я перечислю… тех, кому… кому нужна защита.
