Васильки для попаданки (СИ) - Иконникова Ольга

Но с тех пор, как герцог Данвиль покинул провинцию, там всё переменилось. Теперь это поместье решительно не подходит для молодой девушки, которой надлежит искать себе жениха. Ты же прекрасно понимаешь, что здесь, в Ридинге, куда больше неженатых кавалеров.

Передавай наши поклоны мадемуазель Шатор. Мы слышали, что ты приютила бедняжку. Это было весьма благородно с твоей стороны. Вот ей-то как раз отсутствие общества должно пойти на пользу. Боюсь, в городе ей было бы куда тяжелее переживать предательство своего жениха.

Впрочем, возможно, что граф Ла-Гийон всё-таки к ней вернется. Да-да, поговаривают, что графиня Диплесси, с которой он связывал столько надежд, предпочла ему какого-то маркиза, так что его сиятельство вынужден будет довольствоваться менее выгодной партией».

Далее Мелиса Лозен описывала светские развлечения, что были сейчас в Ридинге, должно быть, надеясь, что это побудит меня вернуться в город.

Я отложила в сторону письмо и задумалась. Должна ли я зачитывать его Луизе? Я могла просто сказать, что в нём не было ничего о Ла-Гийоне. Но если вдруг граф действительно вернется к Лу, мне хотелось бы, чтобы та понимала мотив его поступка.

Так что я зачитала ей те строки, которые касались его сиятельства.

Она выслушала меня в молчании, а потом сказала, что ей нужно подумать.

Ее дорожный саквояж в этот вечер так и остался несобранным.

Глава 43. Вспашка

На следующее утро я отдала распоряжение начать распахивать тот луг, что находился возле усадьбы. Да, это было опасно, но если нам удастся снять с этого участка хотя бы один урожай пшеницы, то этого могло хватить, чтобы полностью расплатиться по закладной.

Из всех наших соседей в своем проживала только Арлетта Милн, но я надеялась, что даже если она и приедет ко мне в гости, то ничего не заметит. А большинство расположенных рядом поместий принадлежали сейчас барону Колдуэллу. Но он и сам занимался тем же, чем и я, так что вряд ли он обратится в суд. К тому же в столице вот-вот должен был начаться бальный сезон, и всем аристократам будет не до Мансфилда.

Теперь наблюдать за работой пахарей мы могли прямо из окна. И я снова искренне сожалела о том, что у нас не было такого плуга, как у барона. Ну, ничего. Если мы сможем продать зерно по хорошей цене, то я закажу в Вудворте такое же устройство. А еще я отправлюсь искать герцога Данвиля, чтобы попытаться получить у него разрешение на перевод земли в категорию пахотных. И если такое разрешение у нас будет, то нам уже не нужно будет бояться доносов, и мы сможем сеять рожь и пшеницу там, где это будет удобно.

Арлетта Милн приехала к нам через пару дней. Пахотные работы еще не были завершены, поэтому я приняла гостью в комнате, окна которой выходили на сад, что находился позади дома. Но этот манёвр не сработал.

Как только мы расположились в креслах, и Селестин подала чай, Арлетта отхлебнула из чашки, вздохнула и укоризненно покачала головой.

— Что такое, мадам Милн? — забеспокоилась я. — Вам не понравился этот сорт? Может быть, принести лимонада?

— Нет-нет, дорогая, дело вовсе не в чае! Сейчас я хотела бы поговорить с вами о том, что я увидела, когда ехала к вам.

Я похолодела. Неужели она всё-таки заметила то, что происходило на лугу? Нет, я не думала, что она побежит доносить на меня властям. Но получилось так, что я невольно впутала ее в эту опасную историю. Наверняка это доставит ей серьезное беспокойство.

Я так и сидела молча, потому что не знала, что сказать. Щеки мои пылали.

— Я понимаю, милочка, что побудило вас к этому! Мансфилд заложен, и расплатиться по долгам, не продавая зерно, невозможно. А ждать, когда вернется его светлость, и отменит свои старые указы, означает потерять поместье. Так что я вас нисколько не сужу. Будь я сама посмелее, я поступила бы точно так же.

Я едва могла поверить своим ушам. И когда я подняла голову, слёзы хлынули из глаз, и я едва смогла различить силуэт Арлетты.

— Благодарю вас, мадам! — воскликнула я. — Вы не представляете, как мне дорога ваша поддержка!

Мы обе взяли паузу и некоторое время просто пили чай. Но потом Арлетта вернулась к прежней теме.

— Вам следует быть осторожной, Даниэла! Я слышала, что барон Колдуэлл вернулся из столицы.

Мне снова стало не по себе. Наверно, мне стоит поговорить с ним — и насчет его самоходного плуга, и насчет того, что он так же, как и я, решил распахать луга вопреки старому указу герцога Данвиля. Он должен понимать, что я знаю о его проступке — это удержит его от того, чтобы заявить на меня саму.

— Не знаете ли вы, мадам, в каком из купленных поместий он обосновался? — спросила я.

Она покачала головой.

— Я слышала, он часто переезжает с места на место. Хотя с чего бы ему так поступать? Куда разумнее было бы сделать своей резиденцией одно имение.

Но я понимала, с чем были связаны его переезды. Должно быть, он распахивал луга не только в том поместье, где мы это видели, но и в других тоже. Это и побуждало его ездить по всей своей территории, чтобы наблюдать за ходом пахотных работ.

Я поблагодарила мадам Милн. А когда она уехала, я всё равно продолжала думать о нашем разговоре, надеясь на то, что других гостей в ближайшее время в Мансфилде не будет.

Но гость прибыл на следующий же день. И это оказался вовсе не Колдуэлл. Когда мы с Луизой увидели, кто именно вышел из подкатившей ко крыльцу кареты, то испытали весьма противоречивые чувства. Я — досаду, а Лу — сдержанную радость.

— Неужели он вернулся ко мне, Дани? — прошептала она, схватив тонкую штору на окне так, что едва ее не порвала. — Иначе с чего бы ему сюда приезжать, правда?

— Надеюсь, ты помнишь, что моя матушка писала о нём? — спросила я. — Возможно, он вернулся лишь потому, что та партия, на которую он рассчитывал, не состоялась. Графиня Диплесси отказала ему, и он решил вспомнить о тебе.

Я не хотела ранить ее своими словами, лишь хотела предостеречь от ошибки, которую она, кажется, собиралась повторить.

Но по ее взволнованному лицу я поняла, что мои слова ее не образумят.

— Даже если и так, Дани, то что же? Я уверена, что если бы он захотел, то смог бы найти себе в столице и другую невесту. А он приехал ко мне! И я искренне надеюсь, что та ошибка, которую он совершил, едва не расторгнув нашу помолвку, многому его научила, и впредь он будет более благоразумен. И я люблю его и знаю, что не смогу быть счастлива ни с кем, кроме него.

Мы вышли в гостиную, куда его уже провела Селестин. Он поклонился нам, поцеловал руки.

— Мадемуазель Лозен! Мадемуазель Шатор! Рад видеть вас! Простите за неожиданный визит! Я знаю, что должен был сначала написать и получить разрешение приехать, но мне не хотелось медлить. Я прибыл в Ридинг, не нашел там своей невесты и решил, что отправлюсь за ней немедленно!

Луиза просияла при этих словах. А я отвернулась, чтобы не портить ей настроение выражением своего лица. Человек, который так хочет заблуждаться, имеет на это полное право.

— Мадемуазель Лозен, я искренне благодарен вам за то, что столь радушно приняли мою невесту и позволили ей пробыть в Мансфилде столько времени. Поверьте, я никогда этого не забуду! Но Луиза уже довольно злоупотребила вашим гостеприимством, и сейчас, я надеюсь, она не откажется вернуться в Ридинг вместе со мной, — он посмотрел на Лу, и она поспешно кивнула. — Чтобы соблюсти все правила приличия, я привез с собой горничную. Она дожидается нас в карете.

— Благодарю вас, ваше сиятельство! — воскликнула Лу. — Мне нужно четверть часа, чтобы собрать вещи. Даниэла, ты же поможешь мне, правда?

Я была рада, что она попросила меня об этом, потому что оставаться в одной комнате с графом Ла-Гийоном мне было неприятно.

Мы поднялись в комнату Луизы и собрали ее дорожный саквояж.

Когда спустя десять минут я вышла проводить ее на крыльцо, она обняла меня и расцеловала.

— Спасибо, Дани! Я знаю, что в Мансфилде у тебя много дел, но я надеюсь, что ты сможешь выделить несколько дней для того, чтобы приехать к нам на свадьбу!