— Ты лжешь! Я не ведьма! Это все выдумки! — она с опаской взглянула на Аластора, когда поняла, что сказала.
— Тихо, маленькая моя, тихо, — успокоил ее Аластор, глядя на меня с интересом. — Не пугай ее так, гадалка. Просто скажи, что ты видишь.
Я снова посмотрела на Урсулу. Ее глаза были полны ненависти и страха.
— Вижу я, что ты пытаешься обмануть судьбу, но это тебе не удастся, — продолжила я нагонять жути грудным низким голосом. — Расплата придет, и она будет жестокой. Вижу много белого, но не чистое оно, не светлое. Загробное…
Я отпустила ее руку. Урсула отшатнулась от меня, словно от прокаженной.
— Ты сумасшедшая! — прошипела она и быстро ушла, скрывшись в толпе.
А я расхохоталась ей вслед, подтверждая ее мнение обо мне.
— Ты жестокая, — потанцевав ко мне, заметил Эвергрин.
— Это было только начало, — хитро подмигнув ему, ответила я и отправилась готовиться ко второму акту нашего марлезонского балета.
Глава 40
Марианна
Чтобы подготовиться ко второму акту мне пришлось полностью сменить образ с яркой цыганки на бледное, почти прозрачное приведение.
Мы нашли мне белую ночнушку, на голову я нацепила что-то похожее на марлю и спряталась за шторой в спальне молодоженов до того, как они приехали в поместье.
Благо Аластор предусмотрительно перед этим распустил прислугу, оставив только управляющего Дэвида, который оказался сладкой булочкой и был рад не только пустить меня в дом по старой памяти, но еще и предоставил все необходимое для того, чтобы задуманный нами спектакль удался.
Ближе к ночи, когда уже довольно стемнело и на небе взошла луна, дверь в спальню отворилась и на пороге появился Аластор с томно хихикающей Урсулой на руках.
Стоя в своей засаде, я могла видеть происходящее в комнате только через узенькую щелочку, которую организовала себе в прорехе между шторин, но даже этого отверстия мне было достаточно для того, чтобы все рассмотреть и, чтобы внутри меня образовался рвотный позыв от увиденного.
А я то, наивная, полагала, что меня никак не тронет эта картина. Тронула. Очень даже. Так, что захотелось мелкую вертихвостку задушить, а мерзопакостного ящера пустить на суп.
«Господи, Маргарита, ты что ревнуешь?» — спросила я сама себя, пока Аластор нес свою новоиспеченную жену на кровать. Мне даже стало не по себе от таких мыслей.
Очень бы, конечно, мне хотелось, чтобы он кинул ее на кровать с размаху и желательно, чтоб промахнулся, но я постаралась успокоить непонятно откуда взявшуюся ревнивицу внутри себя и дождаться своего выхода.
Аластор нежно опустил Урсулу на кровать и присел рядом, взяв ее руку в свою.
— Ну, вот мы и дома, любимая, — проговорил он, делая вид, что с нежностью смотрит на нее.
— Да, милый, — ответила Урсула, обвивая его шею руками. — Я так счастлива. Наконец-то! Наконец-то, ты только мой и никто нам больше не помешает!
«Ну, на твоем месте, милочка, я бы не была так уверена! — ехидно подумала я про себя и отметила, что счастья в ее голосе нет ни капли, одна холодная расчетливость и алчность. — Вот стерва!»
— Я тоже, сладкая моя, — ответил Аластор, изображая максимальную влюбленность и зарылся лицом ей в шею, но я видела, как он ищет глазами мое присутствие. — Я тоже!
— Как же долго я этого ждала! — слегка хриплым от удовольствия голосом, проговорила змеюка, закатывая глаза от удовольствия. — Алик, милый, у меня к тебе есть вопрос…
«Как зе долга я этава здала!» — закатив глаза, передразнила я ее мысленно и тут же одернула себя, потому что рисковала заиграться и раскрыть свое укрытие раньше времени.
— Конечно, любимая… — немного оторвавшись от своего увлекательного елозенья по змеиной шее, отозвался Аластор.
Урсула внимательно посмотрела в глаза дракону и я кожей почувствовала, что она сейчас собирается применить на нем свои чары, только в этот раз он был предупрежден и заранее вооружился защитным артефактом, на всякий случай.
— Ты же не поверил этой чокнутой гадалке? — невинным голоском спросила пигалица, скромно надув губки.
— Ну как же? — наиграно удивился в ответ Дракмор. — Мне очень хочется верить в предсказание о том, что меня с моей красавицей-женой ждет прекрасное светлое будущее и толпа милых детишек.
«Как заливает то!» — подумала я про себя и стиснула зубы, стараясь не скрипеть.
— Да, дорогой, — тут же оживилась змеюка. — Я тоже очень хочу детей!
— Вот видишь, — целуя в щеку Урсулу, продолжил Аластор. — А ты в предсказание верить не хотела. А про то, что она сказала, что ты ведьма…
Дракон рассмеялся низким грудным голосом.
— Милая, какая из тебя ведьма? Тем более темная? — снисходительно глядя на нее, спросил Алик. — Ты же трясешься от каждого шороха, моя маленькая трусишка!
Урсула сделала вид, что засмущалась, а мне очень захотелось пошуршать в этот момент, чтобы на практике проверить, как эта стерва будет трястись, но я опять сдержалась. Еще немного и я потребую у дракона медаль за выдержку.
«Можно как-то побыстрее пододвигаться к кульминации сего действия, а то я скоро в реальное приведение превращусь?» — отправила я раздраженный мысленный посыл в Аластора в надежде, что он затылком почувствует мое возмущение и уже перейдет к следующему пункту плана.
Змеюка вновь обвила шею дракона своими загребущими ручонками и притянула к себе, давай ему понять, что пора переходить к тому, ради чего и затевается первая брачная ночь, но, хвала небесам, Аластор услышал мои мысленные проклятия на его чешуйчатую з… голову и сказал, мягко отстраняясь от Урсулы:
— Прости, дорогая, но я не могу позволить себе раздевать тебя руками, которыми я за весь день перетрогал кучу людей. Гигиена превыше всего. Ты же дождешься меня, малышка?
Урсула нахмурилась, его резкая смена дислокации видимо не входила в ее планы.
— Ты что, собрался пойти в душ прямо сейчас? — неумело скрывая недовольство, спросила она.
— Конечно, — абсолютно искренне кивнул Дракмор. — Нужно привести себя в порядок перед столь ответственным моментом.
— Я с тобой… — начала змеюка, но Алик перебил ее.
— Нет, любимая! Я сейчас быстро приму душ, а потом, когда ты пойдешь в ванну приготовлю тебя небольшой сюрприз.
— Сюрприз? — удивленно спросила пигалица.
Мы с драконом кивнули в такт.
— Алик, ты у меня такой замечательный! — в этот раз даже не наиграно восхитилась она, отпуская Дракмора в душ.
— Я быстро, сладкая, — послал напоследок воздушный поцелуй дракон и скрылся за дверью ванной комнаты.
«Можешь не торопиться, пупсик!» — продолжала ехидничать про себя я, ожидая пока специально подговоренный Дэвид вырубит все артефакты, дающие свет в этом доме.
Урсула откинулась на кровать и закрыла глаза, а в следующее мгновение погас свет и я медленно выплыла из своего укрытия, встав так, чтобы лунный свет зловеще оттенял мой силуэт и оповестила счастливую женушку о своем присутствии хриплым загробным голосом:
— Ну, здравствуй, Урсула!
Глава 41
Марианна
— А-а-а! — завизжала Урсула, больше от неожиданности, чем от страха и кинула в меня небольшой декоративной подушкой, что лежала рядом с ней на кровати.
Благо Эвергрин это предусмотрел и дал мне артефакт, использование которого делало меня прозрачной.
Импровизированная граната прошла сквозь меня и я имела радость лицезреть в отражении большого зеркала, как мой контур пошел рябью.
— Ведьма из тебя, конечно, так себе, — прохрипела я, делая шаг вперед. — Раз ты при виде привидения пугаешься.
— Какого черта ты здесь делаешь? — прошипела Урсула, подбираясь на кровати в оборонительную позу. — Ты же сдохла!
Я сделала неуклюжее па руками в стороны и заметила, как малолетняя вертихвостка вздрогнула от этого.
— А ты разве не в курсе, что души тех, кто умер не своей, да еще и насильственной, смертью, не сразу уходят в загробный мир? — провыла я утробным голосом.
