Капеллан: Цена Силы. Том II (СИ) - Нетт Евгений

Рядом обнаружилась моя перевязь — пояс с ремнями, на которых всё ещё висели нетронутыми те немногие расходники, которые у меня оставались под конец битвы. Тут же лежал потрёпанный плащ и даже моя любимая фляга, которую я считал потерянной.

— Это ты за всем следил?.. — Спросил я, вновь вцепившись руками в гладкую кожу ножен.

— Следил. — Мужчина пожал плечами так, будто сказал нечто само собой разумеющееся. — Имперское железо — добротное. Но без присмотра и без дела даже хорошая вещь быстро сгнила бы. А тут…

Он замолчал, но я и так всё понял. Для варвара… Нет, для воина, оружие — почти живое. Осваивающий ремесло войны человек просто не мог бросить честную сталь портиться в дальнем сыром углу.

— Благодарю, Торк. — Я щёлкнул креплением на поясе, сняв с того небольшой, но увесистый и добротно выполненный кинжал. Перехватил за лезвие и протянул рукоятью вперёд. — Возьми, не огорчай отказом. В благодарность.

Я не знал, принято ли так поступать в племени, но Торк дар принял, и глубоко кивнул. Даже в глазах его на миг вспыхнула искра удовлетворения.

«Значит, в этот раз я сделал всё правильно. Запомню на будущее».

— Меч я тоже в порядок привёл. Пальцем пробовать будешь — смотри, не порежься. Хорошая сталь. У нас такой не водится, только трофеями если…

Я не стал уточнять, откуда у варваров может браться трофейное имперское оружие. Но клинок из ножен вытянул на десяток сантиметров: лезвие отразило свет тусклого северного солнца, блеснув. Ни пятен, ни ржавчины, ни сколов. Торк и правда постарался.

— Рукоять я перемотал. — Продолжил воин, наблюдая за моими действиями уже, казалось, без особой подозрительности. — Старая кожа развалилась. С новой, сыромятной, держать всяко удобней будет…

Я сжал рукоять, плавным и медленным движением обнажив меч. Мужчина был прав — свежеобмотанная рукоять сидела в ладони иначе. Грубо, но надёжно. Под стать варварскому племени и землям, в которых излишества были именно что излишествами.

Роскошью.

— Ты хорошо умеешь обращаться с чужим оружием… — Пробормотал я, не удержавшись и проверив лезвие пальцем. Острое, но не чрезмерно.

— Я умею обращаться с любым оружием, имперец. Иначе б давно духи меня забрали. Неспокойный наш век, ой, неспокойный… — Ухмылка на его лице увяла так же быстро, как и появилась, а весёлый настрой смыло тяжёстью мыслей, обуревающей тут каждого человека.

Но долго это не продлилось, и спустя несколько секунд он хлопнул в ладоши:

— И сумки твои. Что внутри я не смотрел, благо, не воняли. Проверять будешь?

— Нет, Торк. Я тебе доверяю. — Качнул я головой. Не хотелось оскорблять его своим недоверием, да и что я там проверил бы вот так, с наскока?

А памятуя о паранойе братьев и сестёр по Ордену, сунув лапы в сумки Сивара, можно было лишиться пальцев, или чего похуже. Тут требовался вдумчивый подход и обстоятельные проверки.

Тем более внешне всё в порядке — кожа цела, ремни на месте…

— И скакун. Лошадь твоя. — Вдруг добавил Торк. — Уцелела да откормилась, попривыкла к северным-то пустошам. За то что использовали её зла не держи, в табуне каждый зверь бесценен был.

Я поднялся и развернулся, протянув ему руку:

— Торк, я запомню.

Бросив взгляд на мою ладонь, он крепко её пожал — такой «ритуал» был в ходу и здесь, в варварских, казалось бы, племенах. Среди тех, кого Орден так отчаянно пытался расчеловечить в глазах послушников.

«Каким же наивным я был когда-то, считая, что окромя знаний причин для нарушения правил и догм Ордена у меня не будет».

— Запоминай. — Буркнул Торн, высвободив руку и отвернувшись. — Только давай без болтовни. Стены не ждут — без твоей магии там делать нечего. Да и у меня работы по горло, и так Изида дёрнула…

— И то правда. Чуть больше половины декады на то, чтобы закончить со стенами…

А задача это была не самая простая. Но я знал, что справлюсь, и что ни тело, ни магия меня с этим не подведут. В голове уже крутились мысли о предстоящем пути через пустоши, где в одиночку наверняка будет непросто. О Вейре, о Визегельде, о друзьях, об Ордене и об испытаниях, ждущих впереди.

Можно ли было гарантировать, что меня не раскроют? Нет. Но я собирался сделать всё возможное для того, чтобы вернувшегося с того света капеллана признали вменяемым и способным продолжать службу.

Потому что у капелланов из Ордена выход только один: в могилу.

А умирать ваш покорный слуга не собирался ни тогда, ни сейчас…

Глава 16

Десять дней в мастерских оказались для Вейры испытанием почище любого боя.

Она поняла это к исходу третьих суток, когда пальцы перестали замечать холод металлических заготовок для талисманов, а спина превратилась в одну сплошную, бесконечно ноющую плиту из скованной плоти. Маги изо всех Башен, до каких сумел дотянуться Орден, распределялись по мастерским и работали, как проклятые. По двенадцать, а то и по четырнадцать часов в сутки, с перерывами только на еду и сон в тщательно охраняемых, аскетичных бараках.

Ремесленники, руководящие процессом, не делали скидок ни на происхождение, ни на усталость, ни на пол или возраст. Им были нужны талисманы — сотни и тысячи их, ведь без магии Имперскую армию ждал трагичный финал. Этой спешки могло и не быть, но чуждые оказались прозорливее стратегов Трона, ударив по самой уязвимой точке колоссальных размеров человеческого государства.

По логистике.

Бездонные запасы магических артефактов, снаряжения и талисманов, хранящихся в крупнейших городах и крепостях Империи, просто не попадали сюда, на северную границу. Непогода, диверсии, налёты на караваны — практика показала, что хрупкие магические предметы невозможно доставлять быстро и в нужных количествах там, где врагом может оказаться любой крестьянин или стражник.

Вейра многое слышала чуть ли не из первых уст — караванщики всё-таки добирались до цели, но зачастую теряли в пути львиную долю бесценного для армии груза.

По этой причине Вейра за эти десять дней научилась штамповать талисманы и прочие мелкие магические предметы с закрытыми глазами. Простейшая, примитивнейшая магия — та, над которой в Башнях только посмеялись бы, выходила из-под её рук не просто легко, а интуитивно. Кривые кусочки кованого металла, прямоугольники пергамента, отрезы ткани, куски камня, чернила и магическое травление — а на выходе то, что мог использовать кто угодно, от другого мага до неграмотного ополченца.

И этот «мусор», как она наивно считала ещё несколько месяцев тому назад, спасал жизни. Не напрямую, но тепло, защита от непогоды и сигнал тревоги порой оказывались куда нужнее какого-нибудь огненного шара.

— Куорн. — Старший из ремесленников, лысый, обрюзгший мужчина лет сорока, остановился у рабочего стола магессы, окинув взглядом ровные ряды заготовок и уже завершённых изделий. — Десятый день. Тут ты свою повинность отработала, тебя требует к себе распорядитель. Благодарю за службу.

Вейра подняла голову, не сразу поняв, что от неё требуют. Меж пальцев ещё была зажата металлическая пластинка, от которой к потолку тянулись ниточки дыма: в точности отработанным способом девушка уже нанесла узор из рун, оставалось только запитать материал так, чтобы тот не развалился.

— Распорядитель? Альдрик?

— Он самый, пока ещё не сняли его. Собирайся, магесса. — Мужчина осторожно подхватил один из готовых талисманов, пристально тот оглядев. Поморщился: в изделии не было ни одного изъяна, а сама стопка была как бы не вдвое больше, чем у других магов, заступивших на смену. Он поморщился. — Небось, снова какую-нибудь зелень пришлют. Продуктивность мастерской упадёт…

— Вы ведь и без меня справлялись. — Бросила Вейра, встав из-за стола. — Да и я просто делала то, что велели. Так может любой обученный маг. Даже аколит.

— Нет, Куорн. Ты делаешь больше других. И качественнее. Чувствуется полевой опыт, уж не знаю, откуда он у тебя… — Он окинул взглядом магессу — юную и хрупкую девушку, подобную которой не ожидаешь встретить в том Аду, который разверзся на севере. — Я бы сказал, что кое-где в твоих изделиях мелькает орденская школа. Да только кто б тебя обучил?..