Он видел такую же магию несколько лет назад, когда наблюдал в полумраке покоев своей умирающей дочери. Ту самую алую, тёплую нить жизни, которая вилась тогда над телом ребёнка, вытягивая яд болезни и возвращая здоровый румянец.
— Жабья лихорадка, — тихо прошептал он. — Все лекари сказали, что это конец. А ильма… пела песню. На древнем наречии. Про лунный свет, лечащий ожоги. Алая нить… она вилась над кроватью Элунед, как дымка. Тепло от неё чувствовалось на расстоянии.
Он замолчал, сглотнув. Видение этой ленты было для него не просто доказательством моих слов. Это был ключ, открывающий дверь в самую больную, самую личную часть его памяти.
Он медленно опустился обратно в кресло.
– Этого… достаточно, – произнёс он. – Я вижу, вы пришли с её благословения.
Он откинулся на спинку кресла.
– Но вы должны понимать, мили Азалия. Даже долг чести перед лесной целительницей не может просто отменить законы империи. Нарушить многовековой закон и оставить одного из моих лучших генералов без жены в разгар войны...это всё равно что подорвать дух солдат в самый ответственный момент. Так дела не решаются в империи.
Отчаяние снова сжало мне горло. Значит, всё напрасно? Он признал долг, но отказывался его за него платить?
— Так какая причина вас устроит, Ваше Величество? — вырвалось у меня резко. — Чтобы я умерла из-за тоски и отчаяния в его золотой клетке, оставив наследника Райдену, чтобы он смог заново жениться?
Он резко взглянул на меня.
– Вы говорите о наследнике?
Я поняла, что совершила ошибку. Слишком много сказала, но отступать уже было поздно.
— Возможно, — пробормотала я, опуская взгляд. — Но я не хочу, чтобы мои дети росли в атмосфере, где их мать — униженная пленница, а отец… — я недоговорила.
Кассиан встал и подошёл к окну, глядя на горы. Повернувшись спиной ко мне.
– Вы просите невозможного, мили Азалия. Даже за долг… даже за тот долг. Аннулирование брака – это не просто бумага. Это политический акт. Это удар по репутации армии. Райден сейчас держит Перевал Когтя. Его имя – знамя для солдат.
Он обернулся. Его лицо снова было непроницаемой маской правителя.
– Но долг чести есть долг чести. Я не могу дать вам то, что вы просите. Но я могу… предложить компромисс.
Я затаила дыхание.
– Компромисс?
— Вы остаётесь женой Райдена. Формально. Ваш брак не будет расторгнут. Но… — он сделал паузу, взвешивая слова, — я подпишу указ о вашем отдельном проживании. Вы будете признаны полновластной хозяйкой поместья «Чёрный Вереск» и прилегающих земель, с правом наследования и распоряжения имуществом, независимо от воли вашего мужа. Вы получите императорскую охранную грамоту, которая запрещает Райдену или кому бы то ни было насильно возвращать вас в его резиденцию или ограничивать вашу свободу. Вы будете под моей личной защитой.
Это был не развод. Это была… неприкосновенность. Клетка, но с открытой дверью и императорской стражей у входа.
— А ребёнок? — прошептала я.
— Ребёнок, — его голос стал твёрже, — будет законным наследником Райдена. Это неизбежно. Но… он будет жить с вами. До совершеннолетия. Райден будет иметь право видеться, но не забирать. Это максимум, что я могу сделать, не разжигая скандал.
Это был не идеальный исход, но я отвоевала себе крепость и право держать оборону. Автономия и безопасное расстояние. Хоть что-то.
Я медленно выдохнула и опустилась в глубоком реверансе.
– Благодарю вас, Ваше Величество. Ваша справедливость… превыше всего. Я принимаю ваше решение.
Кассиан кивнул.
– Хорошо. Указ будет подготовлен. Оставайтесь во дворце сегодня. Завтра вы получите его на руки. И, мили Азалия, – он снова стал императором, отдающим приказ, – ни слова о нашей… предыстории. Никогда. И тщательно обдумайте, кому и когда вы расскажете о вашем положении. В мире политики даже под императорской защитой информация – опасное оружие.
— Я понимаю, — ответила я, потому что действительно понимала.
Глава 38
(Генерал Райден. Перевал Когтя)
Лоренцо появился в углу комнаты с громким хлопком. На его аскетичном лице читалась усталость, но в глазах горел огонь учёного, увлечённого своим делом.
— Ну и? Вам удалось что-то выяснить? — я откинулся в кресле.
— Несомненно, генерал, — ответил Лоренцо, приближаясь к столу. Он не сел, стоял, опираясь на свою трость. — Беседа прошла… крайне продуктивно.
Я поднял бровь, ожидая продолжения.
– Ваша жена, – произнёс он растягивая слова, будто подбирал каждое слово, – действительно не является той Азалией, на которой вы женились. Сознание, обитающее сейчас в её теле, пришло из другого мира. Это не ритуал и не одержимость. Это… уникальный транспортный феномен. Слияние душ, если угодно. И да, она обладает даром. Не просто склонностью к ботанике. Она носительница магии «Алой Ленты». И сила её, судя по всему, значительна. Она только учится её контролировать.
Всё внутри меня стихло, будто перед ударом грома. Теперь это были не просто слова Агата в моей голове, а официальное подтверждение главного мага империи.
— «Алая Лента», — повторил я, и в памяти всплыли всё, что я знал об этой магии. Это древняя магия жизни, маги Золотой Крови с её помощью привязывали драконов, поэтому её стали бояться и искоренять, а если и замечали у ребёнка, то отправляли в Академию магии. — Та самая, что…
— Да, — кивнул Лоренцо, предвосхищая мой вопрос. — Та самая. Древняя, стихийная, связанная с самой сутью жизни и кровью рода. Её невозможно вписать в рамки академических дисциплин. Её невозможно безопасно контролировать. И её очень, очень боятся те, кто у власти. Потому что это сила, которая может как исцелить, так и… уничтожить.
Он сделал паузу, давая мне осознать масштаб проблемы.
– В свете этого, генерал, – продолжил он, и его голос приобрёл почти отеческие нотки, – я как специалист и как человек, заботящийся о стабильности государства и… вашей личной репутации, должен дать вам совет. Самый разумный выход – разорвать эту связь. Юридически. Аннулировать брак. Пока это возможно без лишнего шума.
Я уставился на него, не веря своим ушам. Развод? После всего, что я только что узнал?
– На каком основании? – спросил я резко. – Она что, угрожает империи? Использует свою силу во зло? – Пока нет, – признал Лоренцо. – Но потенциал… Генерал, вы же понимаете. Ваша жена – ходячая аномалия. Связь с ней, особенно учитывая ваше высокое положение и военные заслуги, делает вас мишенью. Для завистников, для фанатиков, для тех же магов Золотой Крови, если они узнают. Эта магия пусть и не запрещена официально, но она словно магнитом притягивает неприятности. Она может принести вашему дому, вашей карьере, вашему будущему наследнику одни проблемы. Лучше дистанцироваться сейчас, пока это можно сделать относительно цивилизованно.
Он всеми силами пытался меня уговорить. Это было очевидно. Учёный маг вдруг озаботился стабильностью моей карьеры? Что-то здесь было не так.
Его слова, однако, натолкнули на другие воспоминания. Я мысленно вернулся в тот день, когда подписывал брачный контракт с отцом Азалии, старым, обедневшим лордом Элриком. Тот был пьян и откровенен.
«Руки ей не распускай, Райден. Характер у тебя скверный, я знаю, – говорил он. – Но имей в виду… в её жилах течёт кровь сильных магов. По материнской линии. Правда, сама дочь – полная бездарь, ни намёка на дар. Ты рискуешь, беря её в жёны. Но кто ещё отдаст за тебя свою дочь, а? Выскочке без рода, без имени. Я бы на твоём месте даже не раздумывал. Ведь кровь рода может проснуться в твоих детях».
Я рисковал тогда. Надеялся на потенциал крови. На наследника, который будет сильнее меня и приведёт меня к более высокому статусу. А она так и не смогла забеременеть. И вот теперь выясняется, что в ней не только проснулась та самая древняя кровь, но и само сознание заменилось на чужое, обладающее силой. Попаданка. Я слышал такие истории. Байки о людях, появившихся из ниоткуда после Великой Битвы в руинах Кадамана. Считал их легендами, сказками для крестьян.
