Проклятый. Ледяной. Мой (СИ) - Ваниль Мила

Саша пощупала ему лоб. Холодный, но покрыт испариной. И сам Тишка мокрый, как будто сильно пропотел.

- Его надо переодеть, - сказала Саша. – Есть, во что?

Кай сжал челюсти, но кивнул. Сколько он наблюдал за ними прежде, чем украсть? Если знает размер Тишкиной одежды – точно наблюдал.

Нет, об этом лучше не думать.

- Тишуль, сыночек, - позвала Саша и поцеловала Тишку. – Просыпайся, маленький.

Он хныкнул пару раз и открыл глаза.

- Мама! Мама!

И обнял, облепил Сашу, как обезьянка, прижался всем телом.

- Все хорошо, - успокаивающе просипела она. – Все хорошо. Честное слово. Садись. Ты весь мокрый, нужно переодеться, а то простудишься.

- Мама, почему ты хрипишь? Ты заболела? Горло болит?

- Немножко.

Кай стоял неподвижно чуть поодаль от кровати. Тишка увидел его, как только отлепился от Саши и сел.

- Ма-а-а… - задохнулся он.

И черты его лица исказились от ужаса.

- Тише, тише, - уговаривала Саша, раздевая его. – Я все объясню. Не нужно его бояться. Произошло… недоразумение.

Она быстро переодела Тишку, села на кровать и взяла его на руки.

- Присядь, - попросила она Кая.

Он неловко опустился на пол.

- Тишуля, ты помнишь, я как-то рассказывала тебе, что сильно ударилась головой и забыла… как жила до того, как ты родился?

Он согласно кивнул. Саша никогда не говорила ему, что он – найденыш. Как оказалось, очень хорошо, что не говорила.

- Поэтому я не узнала… сразу. И ты испугался… Прости меня, пожалуйста.

- Не узнала? – переспросил Тишка.

- Да. Его. – Саша показала на Кая. – Мы случайно потеряли друг друга незадолго до твоего рождения. Я не помнила. А он… искал. И вот… нашел нас. Тишуля, это твой… папа.

Тишка замер. В его глазах уже отражался не ужас, но удивление и недоверие. И Саша облегченно перевела дыхание. Поверил. Впрочем… она же не соврала. Кай – его отец.

А если нет?!

От этой мысли ее затошнило. Как можно быть такой доверчивой? Фотографии можно подделать, документы – тоже!

Экспертиза. Она не будет сейчас пугать Тишку, но потребует генетическую экспертизу.

- Мой… папа? – переспросил Тишка, запинаясь. – Пра-а-авда?

- Правда, - ответил Кай. – Прости, пожалуйста, что так напугал. Я не знал, что мама потеряла память, и думал, что она тебя… украла. Но теперь мы во всем разобрались. Видишь, она уже не боится. И ты… не бойся.

А ведь Тишка уже спрашивал от отце. Тогда, кстати, Саша и сказала ему, что ничего не помнит.

- И папу забыла?

- Забыла, - кивнула она.

- А если он нас ищет? И не может найти?

- Возможно, ищет.

- Ищет, - решил Тишка. – И обязательно найдет. Надо подождать.

Выходит, дождался. Как удачно все складывается…

Нет, к Каю Тишка не бросился. Он еще крепче вцепился в Сашу и спрятал лицо на ее груди.

- Дай ему время, - прошептала она одними губами.

А Кай понял. Кивнул.

- Чем его… вас накормить? – спросил он. – Пиццу можно? Или… нужно, чтобы здоровая пища? Есть суп… и…

- Хочу пиццу! – подпрыгнул на коленях Тишка. – Мам, пожалуйста! Пожалуйста! А потом я съем суп. Завтра. Хорошо?

- Хорошо, - согласилась Саша. – Только не острую, не жирную и без орегано.

Кай покорно кивнул и достал телефон.

- И никакой газировки, - строго добавила Саша. – Сок.

- Тиш, ты какой любишь? – спросил Кай.

- Томатный! – заявил довольный ребенок и облизнулся.

Детство – счастливая пора. Что бы ни происходило, Тишке главное, что мама рядом. А тут еще и папа объявился. Мальчику нужен отец. Так что… Тишкина жизнь определенно налаживается.

Да и Саше нужно одно – чтобы Тишка был счастлив. Но генетическую экспертизу она потребует. И проследит, чтобы Кай не подсунул ей фальшивку.

Глава 40

Каю приходилось напоминать себе о том, что Саша – преступница, которой нет веры. Он забывал об этом, наблюдая за ней и сыном. И приходилось одергивать себя, потому что хотелось стереть память… и просто любить эту женщину.

Мысль о мести Кай оставил, но и доверять Саше не мог. И если она опять улизнет, забрав Тихона…

Думать о таком не хотелось.

Ребенок осваивался на удивление быстро. Тут Саша не обманула: была убедительной и уговаривала Тихона познакомиться с папой.

Тишка? В этом вся Саша. Она и Беса упорно звала… Бусей. И это получалось у нее так естественно, что Кай только диву давался. И, главное, пес охотно откликался на кошечью кличку!

А Тишка пришел в восторг, увидев собаку. И необычный ошейник заметил – толстый, прочный, украшенный камнями. Снять этот ошейник Кай не мог. Как и браслет, что он прятал под длинным рукавом пуловера. И самое странное в этом даже не то, что у Саши имелся точно такой же, а то, что Кай не мог вспомнить, откуда они взялись: и оба браслета, и ошейник Беса.

Улучив момент, когда Тишка играл с Бесом, Саша попросила провести генетическую экспертизу.

- Мне нужны доказательства твоего отцовства, - сказала она. – Ты, конечно, можешь отказать…

- Да без проблем, - согласился Кай. – Лабораторию сама выберешь?

- Если у тебя денег много, ты любую купишь, - проворчала она.

- К чему бы мне забирать чужого ребенка? Об этом ты не подумала?

- Ты мог ошибиться…

- Нет, Александра. Я прекрасно тебя помню.

- Но Тишку я нашла, - упрямо возразила она.

- Он похож на меня, разве ты не замечаешь?

- Это субъективно.

- Хорошо. Пусть будут три разных независимых лаборатории, - вздохнул Кай. – Или пять?

- Достаточно одной. Мне нужно доказательство, что ты не ошибся.

Остаток дня Кай ни на шаг не отходил от Саши и Тишки, поэтому слышал все их разговоры. Саша часто обращалась к Каю, рассказывая, о Тишке – что тот любит, чего боится, как умеет хитрить.

Она поверила, что Кай выгонит ее, когда Тишка к нему привыкнет. И Кай не спешил ее разубеждать. Отчасти из-за того, что все еще не простил, а отчасти из-за того, что о таком не поговоришь при ребенке.

- Мама, мы теперь тут будем жить? – спросил Тишка, когда Саша повела его умываться перед сном.

- Тебе тут нравится?

- Да, но… А как же тетя Ира? Артур? И мои игрушки. Мой мишка…

- Артур? – поинтересовался Кай, чувствуя, что уже ненавидит неведомого Артура. – Это кто? Мамин друг?

Саша посмотрела на него с удивлением. Поняла, что он ревнует?

- Это наш сосед, - сказала она. – Сын Ирины Львовны. Он иногда играет с Тишкой в футбол.

Сосед, значит. Под боком. По соседству. Удобно!

- Когда приезжает домой, к матери, - продолжила Саша. – Вообще, он в другом городе работает. Там у него невеста.

- Мама, хочу мишку, - заныл Тишка.

«Если мишка ему дороже соседа, значит, я зря себя накручиваю», - подумал Кай.

- Мы заберем мишку, - пообещал он. – Все, что ты захочешь, заберем. Кроме тети Иры и… э-э… Артура. Но они могут приезжать к тебе в гости.

Невинная ложь? Ой, да на самом деле пусть и приезжают, если захотят!

- А садик? – протянул Тишка.

- Садиков много, и тут найдется. Или будешь дома, с мамой…

Саша вздрогнула и отвела взгляд.

- У мамы работа, - напомнил Тишка.

- Если захочет, будет работать. Нет, и не надо.

Саша прикусила губу. Пытается не расплакаться? Ничего, зато она обрадуется, когда Кай предложит ей остаться.

Уже в постели Тишка попросил маму рассказать сказку.

- Мама едва говорит, ты же слышишь, - вмешался Кай. – Пожалей ее, пожалуйста.

Тишка вздохнул и кивнул. Он все еще боялся подходить к Каю, но в присутствии Саши охотно с ним разговаривал.

- Мама с тобой посидит, а я расскажу, хочешь? – предложил Кай. – Или почитаю. Тут есть книжки. У тебя есть любимая?

- Про Снежную королеву хочу, - сказал Тишка.

- Ты ее любишь?

- Нет. У тебя имя, как у того мальчика.

Интересный выбор. Книги под рукой не оказалось, но сказку Кай рассказал по памяти, путая сюжет оригинальной, что написал Андерсен, и пьесы Шварца. Тишке понравилось. Когда Герда попала к разбойникам, Тишка уснул.