Адмирал моего сердца, или Жена по договору (СИ) - Коваль Дарья

Вздохнула. Избавилась от полотенца в руках. 

— Да, она мне помогла, — согласилась хотя бы в этом.

И улыбнулась, когда услышала в ответ мягкое:

— Что купила?

— Расскажу, когда ты расскажешь, где так задержался. У нас тут, пока тебя не было, то рояли, то чернильницы летали, между прочим, — хмыкнула в ответ.

— Не раньше, чем ты ответишь мне на вопрос о том, что ещё спрашивал у тебя Адриан, — противопоставил муж.

На этот раз возражать я не стала.

— Ничего особенного он не спрашивал. Представился, кстати, твоим другом и тоже только по имени. Поэтому я не сразу поняла, с кем именно имею дело. В первую очередь его интересовало твоё местоположение. А ещё ему было любопытно, почему я отказалась выйти замуж за кронпринца Арденны, но согласилась выйти за тебя, — не стала ничего скрывать.

— И что ты ему на это ответила? — заинтересованно выгнул бровь адмирал.

— А что, так не очевидно? — усмехнулась, разворачиваясь на сто восемьдесят градусов, чтобы иметь возможность смотреть ему в лицо не при помощи зеркала.

Где-то по пути с первого этажа сюда он успел снять и оставить свой мундир и теперь его плечи прикрывала лишь белая рубашка, расстёгнутая на три верхние пуговицы, словно её обладатель стремился избавиться от удушающего ощущения от плотно облегающего воротника. Тонкая ткань облегала мускулы, как вторая кожа, и…

— Это что, кровь? — нахмурилась я, обнаружив первую проступившую алую каплю на рубашке.

Первую, но не последнюю. Достаточно было лишь чуть ниже опустить взгляд, чтобы понять, что крови было не только больше, но и то, насколько свежей она была.

— Так, ерунда, — отмахнулся Аэдан Каин.

Он-то отмахнулся, но поверила ли я?

Вот уж нет!

Вспомнилось, как на вопрос о причине задержки его возвращения в поместье Крез-д'Ор после визита к несостоявшемуся тестю адмирал сказал императору, что задержался в дороге из-за какого-то неприятного инцидента, который ныне больше не существует.

Это и есть тот самый инцидент?!

Или его результат…

А может, когда я покинула первый этаж, его императорское величество таким образом вновь гневаться изволил?..

Мои пальцы, и те дрогнули, стали непослушными, когда я потянулась к мелким пуговичкам на мужской рубашке, торопясь их расстегнуть. Белая ткань, пропитанная потом и кровью, поддавалась неохотно, а я невольно замерла в секундном оцепенении, как только справилась с половиной своей первоочередной задачи. Всё было гораздо хуже, чем я только могла себе представить.

И уж точно никакое не «Так, ерунда»!

На загорелой коже, словно выведенная багровой краской, зияла рана. Она была длинной, тянулась от ключицы до самого низа живота, и невероятно тонкой, будто полоснули лезвием бритвы. Но глубина… глубина пугала больше всего. Края раны разверзлись, обнажая волокна мускулов, пульсирующие в такт мужскому дыханию. Я никогда раньше не видела ничего подобного, но можно было с уверенностью сказать, это не просто царапина, не случайный порез – это глубокая, намеренная попытка лишить жизни. Моего адмирала пытались убить.

Кто?..

Внутри меня всё сжалось, а с губ слетело тихое:

— Это?.. Что произошло?..

Послышался шумный выдох супруга, а затем он неохотно сознался:

— Они напали, когда я собирался вернуться с материка на остров. В порту, — у меня аж перед глазами на мгновение померкло, и я судорожно втянула в себя кислород, а Аэдан Каин поспешил успокоить: — Судя по тому, насколько они бездарны, точно не люди герцога Байо. Скорее всего их подослал арденский кронпринц. А значит, пока мы на Крез-д'Ор, беспокоиться не о чем. Тут такое не произойдёт.

Кивнула, испытывая жгучее чувство вины и сожаления, ведь если к этому действительно причастен кронпринц, тогда всё из-за меня.

— Герцог Байо? — уточнила, продолжая расстёгивать оставшиеся пуговички на мужской рубашке.

И очень постаралась ускориться, ведь чем больше секунд было упущено, чем больше крови выступало из жуткой раны моего адмирала.

— Отец Луизы, — пояснил муж.

Снова кивнула. И поняла, что моя свекровь отбыла не просто к своей знакомой или подруге, а к несостоявшейся сватье. Наверняка строить очередной план по поводу меня. Стало неприятно, но я отмахнулась от дурных мыслей о своей участи в семье Арвейн.

Не до того же!

— Нужно обработать и перевязать, чтобы кровотечение не открылось ещё больше. И вызвать целителя, — вернулась к самому насущному, взглянув мужчине в глаза. — Где раствор для промывания и бинты?

В тёмных, почти чёрных глазах мелькнула непонятная мне эмоция, похожая на смесь снисхождения и насмешки, но вместе с тем не выражающая ничего обидного для меня, а Аэдан Каин вдруг подался ближе, склонившись, обхватил своей пятернёй моё лицо, погладив большим пальцем по скуле, и улыбнулся, а затем ответил:

— Я маг смерти, Сиенна. Один из сильнейших в империи Гард. Ни одному целителю не справиться со мной. Само заживёт. Мне не впервой.

В последнем он нисколько не преувеличил. Широкую мускулистую грудь, помимо свежей кровоточащей полосы, пересекало не меньше десятка давних шрамов, свидетельствующих о множестве полученных когда-то ран.

И всё же!

— А на бинты и заботу жены тоже имеются какие-нибудь противопоказания? — съехидничала в ответ.

— Ещё пару минут назад ты злилась на меня и прожигала таким взглядом, словно желала, чтоб я сгинул. Что случилось теперь? — усмехнулся в ответ муж.

— Я и сейчас злюсь, — перехватила его руку, касающуюся моего лица, порождающую мириады мурашек от ласковых едва ощутимых поглаживаний, а то очень уж отвлекал этот жест. — Так что? Скажешь, где взять всё необходимое, или мне устраивать общедомовой обыск?

Его усмешка превратилась обратно в улыбку.

— В моей уборной должно что-то такое быть, — вздохнул, отворачиваясь от меня.

— Э-ээ… куда?! — возмутилась, поймав за рукав полностью растёгнутой, но ещё так и не снятой с него рубашки, а то он, судя по всему, собрался сам идти в указанном направлении за перевязочными средствами. — Стой, как стоишь, не шевелись. Я быстро, — наказала строго, прежде чем покинуть ванную комнату самой.

Поспешила вернуться как можно быстрее. А то, что мне было нужно, и правда нашлось там, где сказал адмирал. В небольшой корзинке было аккуратно сложено даже больше, чем требовалось, и я, чтобы сэкономить время, прихватила с собой сразу всё. Не прогадала, кстати. Если б не подсказка супруга, я бы потратила немало секунду, изучая надписи на пузырьках, выискивая тот самый единственно необходимый. А так…

— Тот, что из тёмно-зелёного стекла, — подсказал Аэдан Каин.

А стоило мне смочить пахучим резким ментоловым запахом раствором сперва свои руки, а затем и небольшую оторванную часть от бинта, чтобы приступить непосредственно к основной части своей задачи, как его мускулы дрогнули при первом же прикосновении. Хотя надо отдать должное, ничто иное не выдало его реакцию  на причинённую мной боль, пока я осторожно, чтобы не причинить новой лишней боли, продолжила сперва обрабатывать сам тонкий глубокий порез, а затем смывать растёкшуюся по мужскому торсу кровь. Всё это время, стиснув зубы, мой адмирал терпеливо ждал, не издав ни единого звука. А как только я закончила…

— Теперь тот, что в банке из тёмно-коричневого стекла, — произнёс глухо Аэдан Каин.

В упомянутой банке находилась густая бледно-жёлтая мазь, а его пальцы сильнее впились в край столешницы позади него, которая всё это время служила ему опорой, как только я приступила и к этой части выполнения своей задачи, очень стараясь наносить заживляющий состав как можно нежнее.

— Откуда они? Шрамы, — поинтересовалась я в какой-то момент.

И сама не знала, кого больше собиралась отвлечь этим вопросом, его ли или же скорее себя. Но в любом случае сработало.

— Этот я получил в своём самом первом сражении, — указал муж на рваную широкую белую полосу над левой частью груди. — А этот, когда однажды мы сошли на берег на вражеской территории, и попали в засаду, — скользнул пальцами чуть выше, указав на другой шрам.