Подскочив на постели, я чуть не столкнулась лбом с мужем, сумела увернуться лишь в последний момент, избежав травм. И так и осталась сидеть рядом с адмиралом, выпучив на него глаза, полные ужаса.
— Плюс минус пара сотен? — переспросила сипло.
— Не все смогут прибыть в столь короткий срок. Приглашения разослали лишь утром, — по-своему расценил моё шокированное состояние Аэдан Каин.
Совсем-совсем неправильно расценил!
И с этим медлить я тоже не стала.
— Я никуда не пойду! — решила. — Тут останусь! Сам туда иди, без меня! Увидимся позже.
В качестве подтверждения собственных слов даже улеглась обратно. И ручки на груди сложила, приняв вечную позу, как в одном известном мне мавзолее.
— Хм… — оценил весь мой облик супруг.
Но не сказать, что особо проникся. Никакого понимания, сочувствия или солидарности в его глазах точно не существовало. Зато появилась снисходительная насмешка, блуждающая на губах.
— Что?.. — буркнула недовольно.
А он только шире заулыбался.
— Могу я узнать, в чём причина столь… хм… радикального отказа с твоей стороны?
Он ещё спрашивает!
— Помимо того, что я ни капельки не готова встречать тысячу и ещё плюс минус пару сотен гостей, у меня даже платья подходящего не имеется? — поинтересовалась встречно.
Но ответил мне вовсе не супруг.
— А я тут просто так что ли стою? — донеслось из коридора от Зои. — Как раз платье твоё принесла, между прочим! Может, впустите уже, в кое-то веке?
И только я призадумалась о том, насколько же здесь ужасная звукоизоляция, раз разделяющее нас расстояние размером со спальню и гостиную вовсе никому не помеха, как Аэдан одним рывком поднялся с кровати, а затем покинул комнату, чтобы открыть своей родственнице…
— Ну, наконец-то! — воскликнула Зои.
Но её брат лишь взял платье, а после дверь перед её любопытным носом захлопнулась обратно.
— Эй! Я тут вообще-то для вас же стара… — начала она возмущаться.
Но всего один взмах, породивший тёмную дымку между пальцев моего адмирала, а женский голос куда-то исчез, хотя младшая леди Арвейн явно не договорила и останавливаться на этом не собиралась. Впрочем, я, как подумала об этом, так и забыла, потому что Аэдан вернулся в спальню вместе с платьем.
И какое же это было платье!
Не просто платье. Сказочное видение, сотканное из звёздной пыли и лунного шёлка. Каждое движение рождало каскады искр, затаённых где-то в глубине ткани, и я замерла, банально залипнув на этом великолепии.
Если бы я не была сейчас замужем, и мне вновь предложили стать женой адмирала Арвейна, но заранее поставив в известность о том, что у него другая невеста имеется, я бы всё равно согласилась. За одну только возможность хотя бы разочек надеть это платье.
— И откуда оно только взялось... — выдохнула бездумно.
Не рассчитывала на ответ. Но всё равно его получила.
— Разве вы не были сегодня у швеи? — вопросительно выгнул бровь муж.
— Да, но…
Заткнулась. Просто потому, что он дошёл до меня и остановился, и теперь становилось возможно не только визуально любоваться принесённый мне шедевр, но и коснуться, достаточно лишь протянуть руку. Я и протянула. Кончики пальцев едва коснулись расшитого серебристыми нитями лифа, напоминающего морозные узоры на стекле, а моя ладонь оказалась аккуратно и крепко сжата мужской ладонью. Аэдан Каин не только помог мне подняться, но и негромко предложил:
— Самой тебе со шнуровкой на корсете не справиться. Я помогу.
Где-то на краю сознания мелькнула язвительная мысль о том, откуда же, интересно знать, у моего супруга имеются столь ценные навыки по затягиванию шнуровок на женских корсетах. И я бы непременно озвучила этот риторический вопрос вслух, но собственным вдохом в итоге подавилась, когда, наряду со сказанным, он аккуратно развернул меня к себе спиной, так и не отпустив мою руку, таким образом заключив в своеобразные объятия, а моей шеи коснулось его дыхание.
Обожгло им.
Помутило рассудок.
Особенно, когда следом раздалось тихое и чуть хриплое:
— Но сперва давай-ка снимем это твоё платье.
Наряд из звёздной пыли и лунного шёлка упал на кровать, освобождая вторую руку супруга. Ещё мгновение, и мужская ладонь легла мне на живот, совсем чуть надавив, чтобы придвинуть меня ещё ближе к её обладателю.
— Не уверена, что ты всё правильно делаешь. Обычно раздеваются немного не так, — выдохнула я шумно.
— Только немного? — улыбнулся Аэдан.
Пусть я и не видела его лица, но улыбку прекрасно ощутила. И улыбку. И лёгкий поцелуй в тот же висок.
— Уже не уверена, — честно созналась.
Муж вновь улыбнулся. А покоящаяся на моём животе ладонь плавно скользнула вверх, остановившись под грудью. Всего на миг. А в следующий — раскрытая мужская пятерня накрыла её уже поверху, вынуждая меня кусать губы от зарождающихся мурашек по коже.
— Тогда может быть так? — выдвинул он новым предположением, вслед за ним оставив ещё один невесомый поцелуй на моём лице.
— Застёжки определённо находятся выше, — отозвалась, едва ли слыша собственный голос.
Очень уж громко билось собственное сердце.
— Хорошо, — согласился со мной Аэдан. — Я поищу получше.
Не обманул. Та рука, что прежде аккуратно удерживала мою, тоже пустилась в коварно соблазнительное путешествие по моему телу.
— Пока мы их тут ищем, все гости не только прибудут, но и разойдутся, если так пойдёт и дальше, — единственное, что ещё успела сказать я.
— Пусть, — не стал Аэдан со мной спорить. — Я про них всё равно уже забыл.
Каюсь, кажется, ещё немного, и я тоже так скоро забуду. Не только про гостей. Вообще обо всём на свете.
Да и как не забыть?
Если мой коварный искуситель вовсе не собирался на достигнутом останавливаться…
Медленно, с упоением его пальцы скользили по чёрному узору кружева платья в обещанных поисках. Его прикосновения — осторожные, исследующие. Но такие томительно нежные на грани соблазна. До головокружения. Застёжка за застежкой, пуговица за пуговицей, пока меня снова и снова будто пронзал невидимый ток.
Что это?
Почему всё так ярко…
До безумия остро…
А платье мы наконец сняли. Оно скользнуло по моим плечам, упало к ступням, оставив меня практически обнаженной. Бельё на мне до того тончайшее, словно его нет. И если прежде жар поцелуев обжигал кожу, то теперь на контрасте сменился временной прохладой. Я замерла, сердце билось так, словно пыталось пробить мои рёбра.
Но не он…
Аэдан поднял моё упавшее платье, словно хрупкий трофей, и отбросил его в сторону, чтоб не мешалось под ногами. И так ни разу не оторвал от меня свой горящий неподдельным желанием взор, от которого у меня по всему телу разливались новые волны жара, затмившие собой мимолетную прохладу. Я тоже не могла отвести глаз, утопая в этой бездне, где не было ничего, кроме нас двоих.
— Как же ты прекрасна, жизнь моя… — прошептал муж, медленно приблизившись, словно давая мне возможность отступить.
Но я всё ещё не двигалась. Не могла. Его руки обвили мою талию, притянули ещё ближе, чтоб между нами не осталось ни единого миллиметра. Я чувствовала его дыхание на своей коже. И тихо выдохнула сама, едва его губы накрыли мои, в поцелуе, полном страсти и жажды. А я в этот момент действительно забыла обо всём на свете. Осталась только эта безумная, всепоглощающая тяга к мужчине, к которому невозможно не тянуться в ответ.
Наверное, именно так и выглядит падение в бездну.
Пусть…
Он ведь сам сказал, мы женаты, а значит, можно…
И не только можно. Теперь вовсе необходимо.
Поцелуй углублялся, становясь требовательнее, настойчивее. Его руки скользили по моей спине, вызывая дрожь. Мои пальцы зарылись в жёсткие, чуть волнистые волосы, а его губы скользнули вдоль моей шеи вниз, задержались на ключицах, а потом опустились ещё ниже, вызывая у меня тихий стон. И весь мой мир сузился до этих губ, до этого тепла, до этого головокружительного упоительного чувства.
