Жрец Хаоса. Книга VII (СИ) - Борзых М.

Демоны переглянулись между собой.

— Понимаешь ли, Юрий, для того чтобы определить их самый потаенный страх с точностью и оживить его, нам необходимо было с ними контактировать, — сказал Кхимару, как самый сильный из них. — А без этого мы можем, так сказать, не угадать, воссоздавая необходимую псевдореальность. Конечно, можно было бы пробраться на объект, считать их непосредственно и только после этого на месте организовать нападение. Но подозреваю, что ни под отводом глаз, ни каким-то другим образом пробраться нам не дадут, если Махашуньята действительно взялась им покровительствовать. К тому же мы должны учитывать возможность подрыва пустотных гранат. А мы, к сожалению, тоже к ним уязвимы.

Вот это была новость. Я отчего-то думал, что древних демонов не берёт вообще ничего. Как-то ведь они тысячелетиями боролись против Пустоты и выживали. Правда, после вступительной проверки анализатором в академии я уже тоже сомневался, что сам безболезненно перенесу воздействие Пустоты. Успокаивало меня только то, что собственное Ничто у меня всё же осталось. Но и после объяснений Кхимару я начинал сомневаться в авторстве этого шикарного дара. Если Ничто было результатом создания моей собственной псевдореальности, то тогда это был пространственный карман магии кошмаров, а не пустоты. Боги, что ж всё так запутанно-то⁈

— Я вам назову их самый страшный страх, — вновь вернулся я к обсуждению. — Если расскажете, как активировать конструкт их персонального кошмара, я всё сделаю.

— И каков же их страх? — в разговор вступил до того молчавший Маляван.

— Потеря силы, — ответил я.

Уверенность в собственной правоте крепла. Во-первых, в отношении Юкионны сомнений не было вообще. Ведь, поглощая энергетическое магическое средоточие Морозова, она жаждала стать сильнее. Но в момент, когда я выдрал из магички источник чужой силы, на её лице отразился дичайший ужас. Она переживала, что я вырву и её источник тоже. А посему здесь даже не нужно было иметь семь пядей во лбу, чтобы догадаться о её страхах.

Что же касается Светлова, здесь вариант был гораздо более сомнительный, однако же я всё равно склонялся к нему. Вспомнился рассказ бабушки о том, что Светлов несколько десятков лет назад пожертвовал собственными силами для того, чтобы запечатать один из могильников на границе с Пустошами, оставшись при этом каким-то чудом низкоранговым магом. То есть, скорее всего, его самый страшный страх — это тоже потеря сил. Причем однажды он его пережил наяву, что не освободило его, а напротив, только укоренило страх.

Из-за него Игнат Сергеевич в своё время связался с Орденом, пытаясь компенсировать потерю архимагического статуса. Потому, вероятно, самым страшным его кошмаром было полное лишение силы, превращение в простеца. Так хоть какие-то крохи магии внутри него остались.

— Если уж ты знаешь самый главный страх своих врагов и готов поставить на него всё, включая жизни твоих людей и свою собственную, то почему нет? — пожал плечами Кхимару.

Сказано это было таким голосом, будто меня провоцировали, убеждали отказаться от глупой затеи и не рисковать.

— У тебя есть чем писать и на чём? — совершенно будничным тоном поинтересовался старший из ныне живых демонов.

Я тут же создал овеществлённую иллюзию бумаги и грифельного карандаша.

— Подойдёт?

— Да, — спустя секунду ответил Кхимару, ощупав обе иллюзии, будто бы проверяя их на подлинность. — Всё время забываю, насколько у тебя всё просто, — хмыкнул демон. — Итак, для начала нужны образцы сил этих двух магов. Они вплетаются в выверенную формулу-схему конструкта.

Я обернулся к Войду:

— У тебя случайно нигде не завалялось образцов их сил?

— Ты как себе это представляешь? — удивился астральный подселенец. — Я когда дегустациями занимался по твоему указанию, то переваривал пищу, а не по пробиркам куски их аур расфасовывал. Хотя даже не представляю, как это можно сделать. Направление на местонахождение твоих Светлова и Юкионны показать смогу, но изрыгнуть образец их сил — это за гранью моих возможностей!

Я задумался. Действительно, я как-то подзабыл, что Войд всё же отчасти энергетический паразит и должен питаться, тратя энергию на помощь мне.

— Кстати, насчет направления…

— Пока одно, но Светлов спешно удаляется.

Неужто сам на завод отправился, чтобы проследить как меня будут убивать? Глупо. Я бы на его месте сидел дома, чтоб не афишировать свою связь с заговорщиками.

— Помнишь выброс эмоций и то, что ты говорил, когда проклинал графёныша Солнцева… — вернул меня к разговору Кхимару.

Перед глазами вновь встала картина нападения на сестру, когда я голыми руками отшвырнул камер-юнкера принца и снес его телом несколько кадок с кустами.

— Шею я ему свернуть хотел, но нельзя было лично руки марать.

— Во-о-от! Очень хороший посыл! Осторожность никогда не помешает, — похвалил меня Маляван. — А то некоторые из нас, не будем тыкать рогами и хвостами, о ней частенько забывают в пылу. Да, Кродхан?

— Ну что ты начинаешь опять? — возмутился тот. — Всего раз-то было.

— Если бы не этот раз, вас бы с Шула-Вахини не развоплотили, — отрезал Маляван.

Демоны препирались, вспоминая прошлое, я же перевёл взгляд на Кхимару. В глубине его глаз плескалась грусть и некая отеческая забота. Будто он наблюдал, как его сыновья пререкаются и не спешил их одёргивать, ведь соскучился по таким простым проявлениям совместного существования. Спустя минуту он, чуть понизив, голос спросил у меня:

— Покажи нам с братьями закорючку-активатор, осевшую на ауре Солнцева.

Я по памяти подвесил в воздухе нечто похожее на индийские письмена, впаявшиеся в энергетическую структуру Солнцева-младшего.

Кродхан и Маляван тут же прекратили пререкаться.

— Увеличь размер, — попросил Маляван, — и сделай объёмным знак активации.

Я выполнил просьбу, не понимая, что они хотят там рассмотреть. Мы ведь уже обсуждали активатор с Кхимару в Теневой гильдии. Но демонам было глубоко плевать на моё непонимание. Сейчас я видел перед собой едва ли не трёх учёных, обнаруживших некий неизвестный науке новый вид существ или алхимических соединений.

Все трое поднялись со своих мест и принялись разглядывать мою каляку-маляку, смысла которой я даже не понимал.

— Слушайте, — нахмурился Маляван. — А ведь это не просто активатор… Это метка. Кровная, — он перевёл взгляд на меня: — Вспомни, ты его бил? Соприкасался ли с кровью Солнцева?

— Шутишь? Нет, конечно! — возмутился я, вспоминая события на балу в честь именин принца. — Иначе потом любая проверка показала бы, что я его атаковал. А так только защита родовая в виде химер его обсосала основательно. Они его грызли, как козу на скотобойне.

— Так у тебя-то активатор, оказывается, не на силу был, а на кровь, — подвёл итог Кродхан, дождавшись кивка от Кхимару. — Если ты что-то подобное сделаешь в отношении своих врагов, мало им не покажется. Его не снять, если ты не маг крови. А ты не он.

— Поясни!

Но пояснять взялся Кхимару.

— Мы с тобой обсуждали в Теневой гильдии энергетическую метку-активатор. Её, теоретически, можно было бы либо лично отозвать, если бы ты не запитал её на все страхи Солнцева, либо дезактивировать, полностью уничтожив энергетическую оболочку мага. То есть, если у графёныша магическое средоточие уничтожить, то его магическое энергетическое поле исчезнет, а вместе с ним и метка-активатор. Это наш метод работы. Переставая обладать магическими силами, противник был для нас неинтересен. С людьми мы не воевали, они для нас слишком слабы, мы их защищали, образно говоря. Хорошим примером сейчас может быть состояние вашей бабушки. Если бы на неё поставили подобную метку, то после потери магического средоточия метка бы слетела. Вернув источник на место, как это ты сделал в своё время, аура мага снова была бы чиста, ведь это была бы новая аура, постепенно прорастающая из его средоточия энергетическая оболочка. В твоём случае активатором была кровь. Уже не знаю, как у тебя это вышло, но снять подобное можно только полностью выкачав кровь из существа. А это практически гарантированная смерть. Если только умелым магом крови обратно не затолкать её в организм. Но, опять же, абсолютно полностью выкачать из организма её практически нельзя, что-то да останется. Вот и вышло, что ты так качественно приголубил графского отпрыска. Здесь же, если бы у тебя были бы образцы крови этих двух, вышло бы сделать то же самое. И даже если бы ты не угадал с главным страхом своих врагов, всё равно это бы подействовало, ведь это было бы кровное проклятие, по сути, с активатором крови.