Побег в сказку и свекровь в придачу (СИ) - Ха Елена

Тут юная Ксюшина собеседница заплакала, но не в голос, а странно, в понимании женщины: злые слезы скупо катились по щекам, а девушка держала спину ровно, сжимая кулаки. При этом она продолжала жаловаться, но звучало это как укор миру:

— Подруг у меня нет, все меня презирают. А если кто и заговорит, так обязательно хочет на меня какие-нибудь обязанности повесить!

— Юная ты совсем, — положив свою мягкую, теплую ладошку на кулак Оксаны, ласково проговорила Ксюша, — В этом возрасте все проблемы кажутся неразрешимыми. Но поверь, это не так. Все наладится. Ты найдешь работу, поможешь матушке, сможешь купить себе наряды. Тебя обязательно полюбит хороший юноша, и будете вы жить долго и счастливо.

Ксения хотела успокоить, поддержать юную собеседницу, но та нахмурилась и сердито выпалила, еще и по столу стукнула в сердцах:

— Я не хочу работать! Я замуж хочу за Трофима! Ты ничего не понимаешь в жизни. Дожила до пятидесяти лет, а только пирожки печь да кудахтать можешь! Где мы вообще?

— Вы в моей таверне. Меня зовут Татьяна, — раздался мелодичный голос от стойки хозяина.

— Мы видим, что не в княжьем тереме, — проворчала Оксана, — но где это?

— В междумирье… Сюда часто приходят те, кто уже не может нести ношу собственной жизни. Мы вам поможем, здесь вы сами выберете, куда пойти дальше. Все дороги для вас открыты, — мило улыбаясь, рассказала симпатичная блондинка неопределенного возраста.

Ее кожа была ровной и как будто светилась изнутри. Румянец на щеках и блеск в серых глазах говорили о крепком здоровье, но доброжелательное спокойствие и мудрый взгляд намекали на большой жизненный опыт.

— В межмирье? Это как? — не поняла юная девушка.

Ксюша тоже ни о каком межмирье или междумирье не слышала, но хозяйке таверны сразу поверила.

— Очень просто, — пожала плечами Татьяна и принялась объяснять с такой интонацией, будто детей учила, что один плюс один — два, — Оксана живет в конце тринадцатого века под Москвой, а Ксюша в двадцать первом веке уже в самой Москве. Здесь, в междумирье нет времени, нет границ. Поэтому вы смогли встретиться и поговорить. Узнать, что ваши проблемы и не проблемы вовсе…

— Ничего подобного! — возмутилась Оксана, — У меня вопрос жизни и смерти. А у этой женщины их вовсе нет! Я бы за три дня с ее дочерями разобралась. Даже мужа могу вернуть, если надо!

От такой юношеской самоуверенности у Ксюши снова что-то щелкнуло в голове, и она возмущенно спросила всхлипывая:

— Интересно, как? Я бы посмотрела, как ты будешь возвращать в семью Эдичку, который ушел к молодой длинноногой распутнице! Она же его секретарша, как узнала про покупку квартиры, так сразу и вцепилась в него, как клещ.

— Я для начала причешусь и сниму эти ужасные штаны, — нагло усмехнулась девица, всем своим видом демонстрируя, что никакая длинноногая развратница ей не помеха.

— Ты ничего не понимаешь! Это джинсы! В них в мое время все ходят, — обиделась Ксюша.

— Уверена, что разлучница ходит в юбке! — парировала девушка.

«А ведь она права!» — с досадой подумала Ксюша, но уступать молодой нахалке не собиралась:

— Все равно ты ничего не понимаешь в семейной жизни. У тебя самой не проблемы, а капризы сплошные. Работать она не хочет, а новые платья ей подавай. Придумала себе безответную любовь, теперь страдаешь и ждешь, чтобы все тебя жалели!

— Ничего я себе не придумала! Это ты страдаешь из-за своих фантазий! — огрызнулась Оксана.

— Да? Да я бы наладила твою жизнь за два дня! — окончательно теряя контроль, крикнула женщина.

— Ну вы еще поспорьте, — улыбнулась хозяйка таверны, но в глазах ее не было веселья, они потемнели, будто небо перед грозой.

— Легко! Спорю, что за два дня наведу порядок в жизни этой молодой лентяйки, — тут же откликнулась Ксюша.

— А я спорю, что через три дня буду счастлива в ее шкуре! — не осталась в долгу Оксана.

Спорщицы пожали друг другу руки, а разбил их внезапно появившийся из ниоткуда кот тем самым пушистым хвостом, что видела Ксюша в белом тумане. Довольная Татьяна, хлопнув в ладошки, объявила:

— Так тому и быть! Вы поменяетесь местами и попробуете выиграть этот судьбоносный спор.

Только тут Ксюша осознала, во что ее втянули. Судя по панике в серых глазах Оксаны, та тоже слишком поздно поняла, что не стоило горячиться.

Ксения попыталась отмотать все назад и разумно спросила:

— Но как она будет в моем мире?

— А ты ей на телефоне все покажи… — усмехнулась Татьяна.

Поняв, что спор отменить не удастся, Ксюша решила как можно лучше подготовить дремучую юную девицу к жизни в современном мире. К счастью, мобильник всегда лежал в заднем кармане джинсов, и потому так удачно оказался вместе с ней в междумирье. Ксения показывала свой мир Оксане, фото детей, внуков, квартиры, машин. Жаль, что фотки мужа она вчера в сердцах все удалила. Но и без его наглой физиономии информации юной спорщице было более чем достаточно. Оксана с каждой новой фотографией бледнела все больше и не переставала удивляться. В какой-то момент девушка не выдержала и воскликнула:

— Да я сгину среди этих колдовских штук…

— Можешь отказаться от спора, но тогда навсегда останешься здесь, — мурлыкнул кот, — Хоть помощник нормальный у Тани появится, а то эти мыши… ненадежные они.

Ксюша, всерьез подумывающая отказаться от спора, побледнела.

«Все-таки придется идти в прошлое…» — обреченно подумала она.

Ее юная визави тоже расстроенно вздохнула. Тут перед ней на столе прямо из воздуха материализовался красивый, плетенный из ниток и бисера браслет. Девушка приложила его к своему запястью, и он растворился в ее коже, оставляя красивый узор. Оксана удивленно ахнула.

— Что это? — спросила она у хозяйки таверны.

— Будет тебе дар в помощь, — улыбнулась она.

— А как же я? — обиделась Ксюша.

Даже в междумирье ее притесняют!

Тут к ней на руку села бабочка. Стоило ей расправить на предплечье женщины яркие, мерцающие голубым крылья, как в тот же миг они отпечатались на ее коже нестираемым рисунком.

— У тебя тоже будет дар, чтобы условия были равными, — пояснила Татьяна.

— А что за дар? — хором спросили спорщицы.

Хозяйка таверны хитро прищурилась и сказала:

— Даю вам обеим месяц. Если вы выиграете пари, то дар останется с вами навсегда…

«Но какой?» хотела спросить Ксюша, тут в глазах ее потемнело, и она провалилась в беспамятство.

Глава 2

Сказка

Солнце светило так ярко, что даже сквозь веки мешало спать. И что-то давило в левую лопатку, а по щеке будто наждачкой терли. Ксюша недовольно заворчала:

— Эдик, что ты делаешь? Дай мне поспать еще полчасика…

И тут она вспомнила все: любовницу, таверну, спор.

Испуганно открыв глаза, она заорала, потому что прямо над ней висела страшная рогатая морда с розовым носом. Именно она водила шершавым языком по щеке женщины. Ксения начала заполошно отползать и обнаружила, что она спала прямо на каменистом берегу речки, и это огромный булыжник с острым краем так больно давил на ее лопатку.

— Вот же, — досадливо поморщилась женщина.

— Б-е-е, — ответила коза, именно ее страшная морда перепугала Ксюшу со сна.

Впрочем, морда была не страшная, а очень даже милая.

Тут женщина рассмотрела свои руки: изящные, с длинными пальцами, ножки, торчащие из-под застиранного платья тоже были стройными и беленькими.

— А где лапти⁈ — возмутилась Ксюша.

Средневековая обувка нашлась рядом, и тут же была надета на узкие ступни. Поднявшись, женщина сделала легкую зарядку, разминая затекшее тело, и тут же почувствовала небывалый прилив энергии.

— Вот что значит юность! — усмехнулась Ксюша и задумалась о своих дальнейших действиях.

Она вспомнила в мельчайших подробностях, что ей говорила Оксана: отца у девушки не было, он погиб, мать стирала, чтобы хоть как-то прокормить двух дочерей, но заболела и попросила старшую дочь поработать за нее, но Оксана отказалась, она хотела замуж за Трофима, местного воеводу, вдовца. Мать сказала дочери, чтобы та не возвращалась домой, пока не найдет работу.