Мастерская попаданки (СИ) - Даль Ри

Это… сон?..

Я снова осмотрела комнату. На низком столике у кровати стояла миска с водой и чистые льняные тряпицы, пахнущие травами. Рядом лежала одежда — длинное платье из тёмно-зелёной ткани, расшитое серебряными нитями, и плащ с вышивкой в виде драконьих голов. Я провела пальцами по ткани, чувствуя её грубую текстуру. Это было не похоже на синтетику, к которой я привыкла. Всё здесь было настоящим, даже слишком настоящим, живым, как будто пропитанным историей.

Но… чьей историей?..

Я попыталась встать, ноги снова подвели. Ожоги на руках болели, но не очень сильно. Осторожно отодвинула бинты на правой руке, ожидая увидеть обугленную кожу, но вместо этого обнаружила лишь покрасневшие участки, будто огонь только лизнул меня. Это было странно.

Если я… нет, если Эйлин — пережила пожар, почему повреждений так мало? Что-то не сходилось.

Я сжала голову руками, пытаясь унять боль. Она пульсировала, как море, которое я чувствовала даже здесь, в этой комнате. Закрыла глаза, и передо мной всплыло воспоминание.

Но это было не моё воспоминание…

А её, Эйлин.

Дом, деревянная дверь, топор, разбивающий древесину в щепки. Голос, полный ярости. Амулет, горящий в руке. И слова, которые я не понимала, но которые эхом звучали в моей голове: Tonn an mhuir, ó draíocht go réalta… Волна моря, от магии до звёзд…

Я вздрогнула.

Увиденное казалось настолько реальным, будто я сама стояла в том доме, сжимая амулет, пока огонь пожирал всё вокруг.

Я посмотрела на свои руки — на татуировку, которая, будто слегка светилась в полумраке.

Это была не моя жизнь, но я была здесь. Я продолжала жить… Жить чужой жизнью?.. Как такое возможно?..

Медленно-медленно поднялась. Нужно было понять, где я. Нужно было найти ответы. Подошла к окну, отодвинула тяжёлую штору. За витражным стеклом открывался вид на бурное море, чьи волны разбивались о скалы далеко внизу. Небо было серым, с тяжёлыми облаками, а ветер доносил солёный запах и далёкий вой — может, животного, а может, сама вода издавала эти звуки. Я попыталась вслушаться и понять, но тут дверь в комнату снова открылась.

— Инген Келлахан, — почтительно произнесла женщина, появившаяся у порога, — риардан О’Драйк велел мне заняться вашими ранами. Позволите?

Я во все глаза рассматривала незнакомку и с трудом понимала, что она от меня хочет. Откуда эти странные слова?.. Риардан… Инген…

Инген… Что-то щёлкнуло в моей голове. Да… Да, точно. Я уже слышала это слово. А если точнее — читала: «инген» — так обращались к молодым девушкам то ли в Шотландии, то ли в Ирландии… В общем, где-то, где успели обжиться древние кельты. Я вычитала об этом в какой-то статье. А само слово вроде бы означало «дочь» — то есть «дочь Келлахана».

Так это что получается? Я угодила в эпоху кельтов?!..

Глава 5.

Молчание затянулось. Я никак не могла отойти от шока, не могла осознать, что, чёрт возьми, происходит. Женщина так и стояла в дверях, не решаясь войти. Наверное, тоже ощущала моё смятение. Она была невысокой, с тёмными волосами, собранными в замысловатый узел на затылке — он состоял из нескольких тонких кос, переплетённых друг с другом. На лице незнакомки застыло выражение лёгкой растерянности. Она ждала моего ответа.

— Кто вы? — вырвалось у меня.

Женщина замерла, её руки, державшие небольшую деревянную миску с водой, дрогнули. Она посмотрела на меня с удивлением, словно не знала, как реагировать на такой вопрос.

Опустив глаза, она тихо произнесла:

— Меня зовут Ифа, инген Келлахан. Я… я здесь, чтобы помочь вам.

— Ифа? — переспросила я, морщась от боли в голове. Имя звучало незнакомо, но в нём было что-то мелодичное. — Ифа, прошу объясни мне, что происходит?

Ифа сделала шаг вперёд, затем ещё один, пересекла комнату, неторопливо приблизилась к кровати, осторожно поставила миску на столик. Её движения были медленными, будто она боялась спугнуть меня. Она достала из рукава льняную тряпицу и окунула в воду, не глядя мне в глаза.

— Мне велено перетянуть ваши раны и подготовить вас к церемонии, — сказала она наконец с ноткой напряжения. — Её и так пришлось отложить из-за… из-за неприятного случая. Риардан О’Драйк был вне себя, когда принёс вас сюда.

— Случай? — переспросила я. — Какой случай, Ифа?

Она подняла взгляд, и я заметила, как её пальцы дрогнули, когда она начала разматывать бинты на моей руке. Ифа явно не хотела вдаваться в подробности, но я не могла просто так отстать от неё. Всё внутри меня кричало, что я должна знать, что происходит, где я оказалась.

— Есть тут зеркало? — спросила я вдруг, надеясь, что увидев своё отражение, смогу хоть немного собраться с мыслями.

Ифа замерла, её брови удивлённо приподнялись:

— Зеркало?..

Я сообразила, что, возможно, здесь может не быть зеркал. Ифа попросту не знает, что это такое.

— Хочу посмотреть на себя, — пояснила я.

Ифа неуверенно кивнула:

— Хорошо. Если вам нужно увидеть себя, я могу принести полированную бронзу.

— Да, пожалуйста.

Она снова кивнула и вышла, оставив меня в одиночестве. Я опустила взгляд на свои руки, всё ещё обмотанные бинтами. Пальцы дрожали, и я сжала их в кулаки, пытаясь унять панику.

Через несколько минут Ифа вернулась, держа в руках круглый металлический диск с тусклой, но отполированной поверхностью. Протянула его мне, и я с опаской взяла металл в руки.

Поднесла диск к лицу и замерла.

На меня смотрела незнакомка. Рыжие волосы с карамельным отливом падали мягкими волнами на плечи, вьющиеся и блестящие даже в тусклом свете комнаты. Черты лица были мягкими, почти детскими — высокий лоб, тоненький чуть вздёрнутый нос, веснушки, рассыпанные от переносицы по щекам, полные губы. Но больше всего меня поразили глаза: большие, испуганные, ярко-синие, как море в шторм.

Это была не я. Не я… Не Елена Довлатова, а совершенно другой человек.

Глава 6.

— Боже… — сорвалось с губ, и я поспешно прикрыла рот ладонью.

— Инген, всё в порядке? — заботливо поинтересовалась Ифа, не скрывая тревогу в голосе.

Нет. Не в порядке. Ничего не было в порядке, чёрт возьми.

— Я… Я не узнаю себя… — прошептала я в ужасе, продолжая следить за новой собой в смутном отражении.

Коснулась пальцами веснушек. Раньше мне казалось, это такая милая нежная деталь. В ней столько шарма… Даже в юности дурачилась и специально рисовала себе веснушки. Глупо, конечно. А теперь у меня были веснушки. И, похоже, самые настоящие.

— Но это вы, инген, — тихо сказала Ифа. — Это вы, Эйлин Келлахан, последняя банфилия.

Банфилия… Ещё одно непонятное слово. А оно что значит?

Впрочем, неважно. Как будто у меня без этого мало забот появилось.

Я покачала головой, чувствуя, как слёзы подступают к горлу. Опустила бронзовую пластину на колени и повернулась к Ифе.

— А что за церемония меня ждёт? — попросила я, стараясь, чтобы голос звучал твёрдо. —Зачем она?

Ифа вздохнула, садясь рядом на край кровати. Её пальцы снова взялись за бинты, но теперь она работала медленнее, словно собираясь с мыслями.

— Ваша свадьба, инген, — начала она. — Вы выходите замуж за риардана Бертрама О’Драйка. Вам оказана огромная честь, инген. Сам риардан Клана Драконов берёт вас в жёны. Все говорят, что вы любите друг друга, что это будет великое событие. Церемония должна пройти под Большой Луной, когда луна достигнет своего пика. Ваш союз благословенен.

— Мы… любим друг друга? — моё сердце сжалось ещё сильнее.

Воспоминания, которые не были моими, снова вспыхнули в голове: топор, разбивающий дверь, крики Бертрама, его гнев. Ничего в этом не было похоже на любовь.

Ифа замялась, её руки замерли над моей рукой. Она посмотрела на меня с тревогой, но промолчала. Я решила действовать ещё настойчивей.

— Ифа, пожалуйста, — почти взмолилась я. — Расскажите, что знаете. Как я оказалась в огне? Что произошло? Я должна знать. Прошу.