Капеллан: Цена Силы. Том II (СИ) - Нетт Евгений

Вейра кивнула в спину удаляющемуся капеллану, но вставать и кого-то искать не стала. Просто подтянула под себя ноги, уткнувшись лицом в колени, и моментально провалилась в поверхностный, но такой необходимый сейчас сон.

Визегельдская кампания для неё началась совсем не так, как ей бы того хотелось…

Киллиан настиг коменданта опорника у бойниц, там, где суетливо бегали солдаты гарнизона. Дождался, пока тот отдаст распоряжение троице десятников, и, когда те удалились, сухим покашливанием привлёк внимание старшего офицера.

— Комендант, сигнальный дым, вестовые?

Комендант обернулся, чуть вздрогнув. Ответил не сразу, первые пару секунд высматривая в руках Киллиана то ли приказ о незамедлительной казни, то ли вообще меч. Но ни того, ни другого у капеллана не было.

Всё, чего хотел ветеран — это удостовериться в том, что штаб будет осведомлён о происходящем.

— Дымы запалили, господин капеллан. Сообщение приняли на северных и восточных воротах… — Крепкий, с сединой на висках мужчина неглубоко поклонился. — Вестовых не отправляли, бестолку. Дряни набежало — бойцы только сигнут зазря.

— Правильно, комендант. Сейчас, оглядываясь назад, вам есть, что ещё сказать? Странности, необычное поведение сектантов или горожан?..

Взгляд сделавшего шаг к бойнице Киллиана устремился наружу, туда, где всю площадь вокруг бывшего святилища заполонили подчинённые нелюдями люди.

Не сотни — тысячи их напоминали живое море, шевелящееся и устремляющее куда-то вовне свои потоки. Пока что твари не шли на приступ, а редкие взрывы уменьшали их число. Маги гарнизона, как и восстановившаяся за несколько часов Куорн, тратили излишки сил на нанесение площадных ударов по врагам. В таких тепличных условиях, когда марионеткам чуждых было нечем ответить, заклинания оказывались особенно разрушительными и эффективными.

Но, как мог судить капеллан, глядя вовне опорника, существенно на их ситуацию это повлиять не могло.

Слишком много заражённых, появление которых не удалось предугадать заранее. Очередная тварь, очередной «разум» роя уцелел или вообще вырос где-то в катакомбах, и теперь явил себя, в сжатые сроки заразив огромное количество беззащитных горожан.

По этой причине основным методом борьбы с чуждыми в Империи считалось оцепление и полное истребление всего живого там, где проявили себя паразиты, с последующим карантином, длящимся годами. Это можно было сравнить с выжиганием калёным железом одиночной язвы, проявившейся на коже: просто, быстро и безотказно.

Выжженная язва не успевала распространиться по «телу», и сам ожог не лишал это самое «тело» сил.

Но что, если язв — десятки? Тогда выжигать их не просто бесполезно, но и опасно для самого «тела». Нужен был другой подход, и Империя попыталась адаптироваться, разработать метод, благодаря которому армии не пришлось бы выжигать собственные города, превращая в пустоши целые регионы.

Адаптация происходила с попеременным успехом, и особенно плохо всё было в столь крупных городах, как Визегельд.

— Никак нет, господин капеллан. Наши дозоры и патрули не сообщали ни о чём подозрительном. Даже теперь я не могу сказать, что что-то, на что мы не обратили внимания, было не так…

Киллиан кивнул. Ожидаемо. В этой части города армия контролировала лишь периметр, не углубляясь в застройку и в катакомбы, раскинувшиеся под ремесленными районами.

Предполагалось, что проведённой ранее фильтрации и зачистки хватит на какое-то время, но расчёты не совпали с реальностью.

— Паршиво. Но некоторые из нас предполагали, что из-за масштабов перемещения людской массы в стенах Визегельда контролируются недостаточно тщательно. Комендант. — От резко изменившегося тона начальник опорника вытянулся во фрунт. — Распорядитесь о подготовке зажигательных смесей. Они должны быть наготове круглые сутки. Подземные ходы держатся под контролем?

— Завалены ещё во время зачистки, господин капеллан. По приказу Ордена.

Киллиан поморщился, «похоронив» единственный путь возможного бегства.

— Выставить там по паре надёжных дозорных на каждый ход, если их несколько. Пусть слушают в оба уха и контролируют катакомбы. — Последним, чего Киллиану сейчас хотелось, было вторжение из-под земли. — И мне нужны отчёты по припасам и амуниции, комендант. Где искать интенданта?

— В головной башне, господин капеллан. Вас проводят.

Комендант остановил пробегающего мимо рядового, отдав тому соответствующие распоряжения. И Киллиан, не отпуская рукояти покоящегося в ножнах меча, двинулся следом за проводником: время утекало, а планы роя не были ясны до конца.

Капеллан был точно уверен лишь в том, что чуждые никогда не показались бы, не имей они конкретного плана. И твари не планировали победить здесь. Их целью было и оставалось истощение Имперской армии, нарушение логистики и принуждение воевод к разделению сил.

А «возобновляемый ресурс» из горожан для этого подходил как нельзя хорошо…

Передвижение по заснеженным пустошам верхом было не настолько простым занятием, как могло показаться поначалу.

Тут, вдали от цивилизации, не было даже намёка на некогда проложенные дороги. Снега устилали каменистую почву от края до края, и единственным способом не лишиться коня в первые же часы оставалось следование стыкам скалистой породы, служащим естественным барьером для снега. Их природа мне была неясна, но со стороны, особенно с возвышенностей, стыки напоминали обширную сеть вен на теле смертельно худого человека. Местами они заканчивались «тупиками», резко обрываясь, а кое-где растворялись в скалистых образованиях, перелезть через которые даже на своих двоих казалось задачей невозможной.

Из-за этого там, где по прямой летом можно было проехать за час, путь растягивался на два, три а то и четыре часа в зависимости от того, насколько сильно петляли пресловутые «вены», абсолютно хаотичные, и как часто приходилось спешиваться, чтобы провести коня через особо сложные участки.

Ни о каких верховых погонях в таких условиях не шло и речи, единственным выходом в случае столкновения с чуждыми оставался бой насмерть, а вопрос поиска корма для ездового зверя вставал особенно остро. Породы северных скакунов довольствовались малым, но тот же мох или скудную растительность приходилось ещё поискать перед тем, как останавливаться где-то на ночь.

Конечно, в случае чего я смогу унести всё важное на себе, но расставаться со скакуном Сивара не хотелось.

Я всё ещё рассчитывал вернуть в Орден его личные вещи: артефакты неясного назначения, путевые записки, стянутую бечёвкой в стопку переписку и целую россыпь всякой всячины, которая что-то значила для убитого мною капеллана, а для постороннего человека была просто грудой мусора.

А ещё вместе с седельными сумками мне достался массивный гримуар Роэна Сивара, который я даже не пытался открыть. Потрёпанный, выглядящий до безумия утилитарно, он выглядел так, словно матёрый капеллан-орденариус сохранил в нём целую прорву важных знаний, разбираться в которых предстояло архивариусам.

«Но только если я доберусь до своих. В противном случае вещи сгинут, или на них наткнутся варвары».

В очередной раз спешившись, я вышел вперёд, склонившись над стелящимся среди камней ручьём, проторившим себе маленькое русло ещё века тому назад. Проверил воду заклинанием, испарив некоторую часть и не обнаружив ничего подозрительного. Наполнил флягу, попил сам, позволил напиться коню, который нетерпеливо был копытом, то и дело пытаясь столкнуть меня в воду.

— Всё, всё, Вороной. Вода чистая, можешь попить… — Пробормотал я, хлопая уже припавшего к живительной влаге коня по крупу.

Поплотнее закутался в плащ — было прохладно даже несмотря на то, что по приказу Изиды мне подарили тёплую накидку и кожаный пояс, к которому по всей длине были приторочены длинные, сшитые между собой отрезы тёплых шкур. Разрезы по бокам позволяли свободно двигаться и сидеть в седле, а сама эта «юбка» хранила тепло лучше любых штанов. И не мешалась, что важно.