Там, где пепел становится теплом (СИ) - Лунная Мари

Ленора посмотрела на кольцо, лежащее в её руках. В тусклом свете луны оно казалось почти чёрным, поглощающим свет. Широкое, массивное кольцо из неизвестного, невероятно тяжёлого металла, похожего на обсидиан или тёмное железо, на ощупь было ледяным и гладким, словно отполированным веками и тысячами рук. В центре, в глубоком, искусно вырезанном гнезде, покоился крупный, гладкий камень. Он не был красным, скорее, густо-багровым, почти чёрным в середине – но стоило лунному лучу упасть на его грани, как внутри вспыхивал зловещий, пульсирующий алый отблеск, напоминающий глаз хищника, затаившегося в темноте и наблюдающего за жертвой…

Ленора провела подушечкой пальца по внутренней стороне обруча. Её кожа мгновенно отозвалась неприятным покалыванием. Там, едва ощутимые под кожей, были выгравированы древние руны. Они чувствовались шершавыми, колючими, и от них исходила слабая, но отчётливая вибрация, заставляющая кончики пальцев неметь. Это магия? Видимо, да. Тяжёлая и злая, она не спала, питаясь страхом и виной своего владельца.

– Оно холодное, – прошептала она, поднимая глаза на Дариана, её голос был полон благоговения и ужаса. – И тяжёлое. Словно в нём заперта целая гора, или душа того, кто его выковал.

– В нём заперты мом гордыня и моя вина, – ответил лорд. Лицо его было мрачным, освещённым лишь бледным светом из окна. – Я ношу их и в себе, но само кольцо должно быть заперто. Я не могу его уничтожить, магия артефакта такого уровня не поддаётся простому огню или стали, она вплетена в саму ткань мироздания. Оно будет существовать, пока существует мир, напоминая мне о моей ошибке.

Ленора аккуратно вернула кольцо в бархатный ящичек, наблюдая, как Дариан задвигает его обратно, скрывая проклятый предмет от глаз и от мира. Её разум уже работал, лихорадочно цепляясь за каждую деталь. Тёмный металл, похожий на звёзды, против которого бессилен огонь. Багровый камень с алой искрой внутри, меняющий цвет на свету. Руны, вырезанные с внутренней стороны, вызывающие онемение и покалывание. Всё это она должна была запомнить.

Кольцо Алого Огня. Как же она сразу не подумала! Ей нужны были не общие ритуалы, а книги о высших артефактах, о магии, которая считалась легендами…

– Нельзя жить только прошлым, Дариан, – мягко повторила она, беря его за руку, чтобы увести прочь из комнаты, обратно к свету и теплу, доносящемуся из главного зала, где их ждали дети. – Прошлое учит нас, но оно не должно быть нашей тюрьмой. Ирия хотела бы, чтобы вы видели, как растёт ваш сын, как он учится ходить и говорить. Пабель хотел бы, чтобы я жила дальше, и была любимой и любящей. Их нет, но мы… Мы ещё здесь.

Дариан сжал её пальцы. Его незрячие глаза смотрели вперёд, но теперь в них не было отчаяния, зато была тихая надежда, взращенная её словами.

– Если это возможно, Ленора, – тихо ответил он, его голос звучал как молитва. – Если это вообще возможно для того, кто совершил непоправимое…

– Всё возможно, – убеждённо сказала смотрительница, уводя его вниз по лестнице, где уже слышался звонкий смех Лу и ворчание Марты, накрывающей на стол. – Нужно только знать, где искать ответы, и иметь достаточно упрямства, чтобы их найти.

Она точно знала, что завтра же, с самого утра, когда дом ещё будет спать, она снова отправится в библиотеку. Её поиски больше не будут слепыми блужданиями в надежде на чудо или случайную находку. Теперь у неё была чёткая цель, описание проклятия и имя артефакта. Она была готова разобрать каждый свиток, каждую страницу, каждый пыльный том, чтобы найти способ вернуть свет в глаза мужчине, который стал для её детей отцом, а для неё – чем-то гораздо большим, чем просто хозяином замка.

Замок был очищен от пыли. Теперь пришло время очистить его сердце от тьмы, а глаза – от пелены вины.

Глава 24. Прозревшее сердце

Глава 24. Прозревшее сердце

Ленора, растревоженная и взволнованная, лежала без сна. Её тело помнило старый ритм приюта, когда нужно было вставать раньше всех, чтобы растопить печь и приготовить завтрак для детей, и как нужно было ложиться позже всех, наведя порядок с вечера – с тех пор, как они жили в замке Дариана, хлопот стало куда как меньше, но она всё ещё не могла переучиться спать мало.

А сейчас она лежала в своей мягкой постели, слушая тишину, и сердце её билось учащённо от предвкушения и тревоги. Нужно подождать…

Она дождалась, пока дыхание дома станет совсем ровным, пока Марта не перестанет ворочаться в соседней комнате, а дети не утонут в глубоком сне. Затем, стараясь не скрипнуть ни одной половицей, Ленора скользнула из-под одеяла, накинула на плечи тёплую шаль и босиком, придерживая туфли в руке, вышла в коридор. Каменный пол холодил ступни, но не был ледяным – тепло от кухонных очагов и печей в жилых комнатах уже успело прогреть замок, создавая уют, к которому они все так быстро привыкли.

Библиотека встретила её знакомым, торжественным безмолвием. Лунный свет едва пробивался сквозь витражи, зал тонул в густых, бархатных сумерках. Ленора не стала зажигать свечи – она знала дорогу наизусть, каждый поворот стеллажей, каждую неровность пола. Её пальцы уверенно скользили по деревянным панелям, пока не нашли тот самый шкафчик за стеклом, на который она прежде даже не обращала внимания. Замок поддался легко, механизм был смазан и работал бесшумно – не иначе как Тоби постарался!

Ленора нырнула в шуршание бумаги и пергаментов, перебирая названия. Ей нужно было найти что-то про кольцо, которое показал Дариан…

Наконец-то ей улыбнулась удача. Внутри, на верхней полке, в самом дальнем углу, куда едва ли дотягивалась рука взрослого мужчины, лежал свиток. Он был запрятан так старательно, словно кто-то хотел навсегда скрыть его от глаз, но не смог заставить себя уничтожить. Ленора достала его с трепетом, чувствуя под пальцами сухую, шершавую пергаментную бумагу и тяжёлую восковую печать, давно потерявшую свой цвет. Свиток пах временем, пылью и чем-то неуловимо горьким, напоминающим запах старых лекарств.

Она села прямо на пол, прислонившись спиной к холодному дереву стеллажа, и развернула находку. Текст был написан высоким драконьим наречием, архаичным и сложным, буквы которого напоминали переплетение корней и когтей. Ленора знала этот язык лишь поверхностно, ей приходилось буквально продираться сквозь каждую фразу, но она не готова была отступить. Работа была кропотливой, требующей полного сосредоточения, и мир вокруг неё перестал существовать. Она не слышала, как за окном начался снегопад, не чувствовала, как немеют ноги от сидения на холодном полу, не замечала, как луна стучится в стекло медленно наполняет библиотеку, окрашивая свитки серебром.

«…Проклятие Алого Огня не есть кара, но искажение. Магия кольца, напитавшись гордыней носителя, обращается против него, выжигая зрение и волю. Исцеление возможно лишь через возвращение равновесия. Необходим компонент, способный поглотить избыточный жар и вернуть магии её истинную природу. Таковым является Слеза Ледяного Пика – кристалл, формирующийся в жерле вулкана, покрытого вечными льдами, где огонь и стужа встречаются в вечном противоборстве. Добыть его можно лишь в горах Северного Хребта, в пещере, где дыхание дракона превращается в лёд…»

Слова складывались в смыслы медленно, мучительно, но неотвратимо. Кольцо Алого Огня… Магическая слепота… Исцеление… Сердце Леноры пропустило удар, когда она прочла название компонента, необходимого для ритуала. Слеза Ледяного Пика. Дариан рассказывал однажды сказку им о ледяном змее, что был проклят на скале, и как же эта история была похожа на истину! Только теперь это была не метафора, не поэтический образ, а вполне конкретная вещь – кристаллическая смола, выделяемая особым видом горных лишайников, растущих только на голых скалах выше облаков, там, где воздух разрежён и холоден, как лёд. Добыть её можно было только меж зимой и весной, когда луна стояла в зените и её свет касался самых высоких пиков. Путь туда был неблизким, опасным и требовал знаний, которых у неё не было.