Статус: Само собой - Клинок системы (СИ) - Flow Ascold

Ждать пришлось недолго. Ставень его окна приоткрылся, тень под стеной дрогнула, и гость просочился во двор, минуя общий зал. Заметил я всё это по одинокому потоку маны, идущему вразрез со спокойной обстановкой вокруг. Хорошо, постепенно мне всё лучше удаётся вычленять эти практически неощутимые элементы мироздания. Буду продолжать развивать своё Маглио и Восприятие. Думаю, в них и кроются особенности подобной наблюдательности.

Я соскользнул с крыши в темноту у поленницы и двинулся следом, отставая на десяток шагов. Путь закончился на задней части постоялого двора, где за дровяным навесом прятался сарай с сеном для скотины. Внутри уже топталась банная троица в полном составе, и жилистый держал масляный фонарик. Рисковые… Тут и полыхнуть всё может в один миг.

— Выходим завтра на рассвете. — Стоило гостю оглядеть троицу, как он перешёл к конкретике, чем меня только порадовал. — Поведу сам, дорогу вам знать незачем. Возьмёте груз, донесёте, куда укажу, и сложите, как укажу. Внутрь не заглядывать, вопросов не задавать.

— А деньги? — пузатый качнулся ближе к фонарю.

— Половину сейчас, остальное после доставки. И запомните главное…

Дверь скрипнула, потому что входить через тень было бы неспортивно, нечестно, и вообще сено сгореть может. Я прошёл к троице, подтащил чурбак для колки дров и уселся, одарив улыбкой всю честную компанию.

— Вечер добрый. Слышал, вы людей нанимаете. Хочу на вас работать.

Рука гостя нырнула к поясу и замерла на рукояти ножа. Троица дружно выкатила глаза.

— Ты кто такой? — разглядывал меня Терон, прикидывая дистанцию для броска.

— Наёмник. С востока иду, ищу честный заработок. Сильный, выносливый, любой груз донесу и не крякну.

— Откуда узнал про это место?

— Так меня коллеги пригласили, — кивнул я на троицу. — В бане. Душевно звали, между прочим.

— Мы не звали! — пискнул пузатый и тут же поправился: — То есть звали, но не сюда! Мы только про работёнку обмолвились, без подробностей!

— Обмолвились… — Терон повернулся к троице, и та вжалась в стену. — За такие обмолвки языки подрезают вместе с головой. С вами я поговорю отдельно.

— Спокойно, здесь все свои, незачем угрожать, — попросил я. — Так что насчёт найма?

— Работы для тебя нет. Пошёл вон.

— А чего так сразу? Ты глянь, какие мышцы, — согнул я руку. — Беру недорого, характер покладистый, храплю тихо.

— Вон отсюда! Повторять не буду!

Терон шагнул ко мне, сгрёб ворот рубахи и потянул к выходу. Но я остался сидеть. Он упёрся сапогом в чурбак, дёрнул со всей дури и только сорвал дыхание.

Ну надо же… Сработало моё «антивоспарение». Как хорошо иметь глубокие познания в магии ветра и земли и обладать хоть каким-то пониманием магии пространства, а ещё лучше — уметь их комбинировать. Очень полезная фишка, как мне кажется.

Со стороны это выглядело наверняка эффектно: человек пытается вытащить из сарая гору, а гора ему вежливо улыбается.

Пальцы его разжались сами. Он отступил на шаг, вытащил кинжал и всмотрелся в мою улыбку повнимательнее. Но спустя миг рука дрогнула, в свете лампы на его лице проступило узнавание, и секунду спустя лиговца сдуло из сарая.

— Сидеть здесь и ждать меня, — велел я троице, поднимаясь с чурбака. — Я быстро.

Тени приняли меня следом, и начались милые моему сердцу детские догонялки. Только на взрослых скоростях.

Терон нёсся сквозь темноту огородами и переулками, выныривал, менял направление и снова падал в черноту. Я держался позади и нарочно показывался ему на глаза при каждом выходе. Пусть оценит перспективы и прочувствует всю глубину своего положения.

«Ты жестокий. Мне это даже нравится…» — прокомментировала Алиса из глубины души.

«Пусть послужит ему уроком. Перед смертью…»

Между третьим и четвёртым кругом беглец попробовал схитрить. Замер в глубокой тени за старой кузней и метнул нож на звук моих шагов. Уважаю подготовку. Только вот с такими показателями тела скорость полёта кинжала была такая, что я его на бегу перехватил. Редкий… Фигня, конечно, но, может, кому на сувенир пойдёт.

Терон рванул дальше с удвоенной прытью и свежим запасом ругательств.

«Слушай, а он выносливый, — оценила Алиса. — Может, оставим? Будет письма носить».

«Оставим, конечно. Только придётся либо Реликварий расширять, либо освобождать духовные апартаменты…»

«Эх, а Эфира у тебя негусто… Но, может, выделишь всё-таки?»

«В другой раз. Пока лучше вообще не тратить: кто знает, что нас в горах ждёт и с кем сражаться предстоит».

На пятом круге по Прекресту узор беглеца стал понятен даже слепому. Дурачок хоть и выписывал запутанные петли, но общий маршрут стягивался обратно к постоялому двору. Значит, в комнате осталось что-то ценное, без чего дальше не убежишь. Накопитель, казна на операцию или инструкции.

Я отстал, срезал напрямик и вышел из тени уже в его комнате. Обстановка тут была побогаче моей: кровать с адекватным матрасом, сундук поновее, стол у окна и даже стул с подобием спинки. В дорожном мешке обнаружилось двойное дно, а в нём — стопка бумаг и увесистый кошель.

Бумаги с деньгами переехали в моё кольцо. Считайте это добровольным взносом Лиги в фонд борьбы с Лигой. Затем весь мой боевой гардероб отправился в «Длань Владыки», оставив на теле жёлтое великолепие с лисичками. Работать в полной экипировке против такой мелочи попросту неловко, и порвётся что-нибудь, к гадалке не ходи. Мешочек с талантами я заранее выставил на стол. Что-то мне подсказывает, что ремонт этой комнаты неизбежен.

Уселся на стул лицом к двери и приготовился встречать хозяина.

За окном глухо бухнуло, на лестнице зашуршали неровные шаги. Видимо, мана у бегуна закончилась на подступах, потому финишную прямую он одолевал на своих двоих.

Засов на входной двери внизу давно отзвенел, теперь заскрипели ступени, щёлкнул замок, и Терон ввалился в комнату, хватая ртом воздух.

— Что за хрен такой… — просипел он, задвигая щеколду. — Я еле сбежал…

— Долго ты, — посочувствовал я со стула. — Я чуть не уснул, пока ждал тебя.

— Да б!.. — вырвался крик души из самых глубин его сущности.

Он поднял глаза, нашёл меня взглядом и замер…

Несколько ударов сердца в комнате стояла полная тишина, только дверь, так и не закрытая до конца, поскрипывала.

Он оценил мой внешний вид как-то неправильно… Заорал глупости:

— МАНЬЯК! ИЗВРАЩЕНЕЦ! УМРИ!

Нож вылетел из рукава и свистнул у моего уха. Следом пришли теневые лезвия, снёсшие спинку стула, на котором я сидел секунду назад. Я перетекал по комнате, уклоняясь от этого фейерверка, и чувствовал себя незаслуженно оскорблённым.

— Эй, а вот это обидно! Просто ты такой слабый и медленный, что я стянул экипировку, чтобы она не испортилась! А ты тут меня в извращенцы записал…

— СДОХНИ, ТВАРЬ!

Разговор не клеится…

Терон вскинул руку с перстнем. Камень в оправе полыхнул, и вшитое заклинание ударило в упор. Огонь? Ты дурак? Пожар ведь устроишь…

Плетение растеклось по моей коже без малейшего вреда, зато досталось мебели. Я прошёл вдоль вытянутой руки, взялся за неё чуть выше перстня и сломал палец. Вопль вышел громким, а на продолжение концерта сил у хозяина кольца уже не осталось.

Алиса воплотилась и прикрыла дверь.

— К тебе уже трактирщик поднимается. Долго ты будешь с ним возиться?

— Ладно, ладно… — Я перехватил скулящего лиговца за шиворот, обдал всё морозной свежестью и водой, туша пожар. — Кстати, никогда не пробовал принудительно затягивать кого-то в тень. Расскажешь потом, как ощущения.

Нырок был сложным: туша справа от меня сопротивлялась, как сом на рыбалке. Но ничего, и не таких вытягивали… Скрывшись в тенях, задержался ненадолго и досмотрел представление.

Хозяин двора вырос в дверном проёме, обвёл разгром и выдал многоэтажную матерную конструкцию, где цензурными остались только предлоги. Смысл сводился к обещанию вытрясти из постояльца стоимость ремонта вместе с зубами и совестью. Потом его взгляд зацепился за мешочек на столе. Ждан прошёл к столу, взвесил находку в ладони, заглянул внутрь и хмыкнул уже спокойнее: