Пожар войны (СИ) - Коган Мстислав Константинович

— Эй, ты как? Живой? — я отложил меч в сторону, присел на корточки возле Конрада и помог тому стянуть с головы его железное ведро. Затем осторожно приподнял его на четвереньки. Парень, на лице которого одновременно смешались и ярко-алые и бледно-зелёные краски посмотрел на меня. Попытался что-то сказать. Но смог лишь невнятно булькнуть.

В следующий миг спазм сотряс все его тело. И парня просто вывернуло прямо на тренировочную площадку. Желчью, водой и остатками завтрака. Я мельком посмотрел назад. Стражники уже пробились к загородке, но увидев, что мы больше не дерёмся, внутрь зайти не решились. Служанки баронессы куда-то пропали. Бертран отдавал какие-то распоряжения. Должно быть посылал за замковым лекарем. Надеюсь, что за ним, а не за отрядом арбалетчиков. Впрочем, еслиб они хотели меня убить, я уже был бы мёртв. Достаточно было запустить в загородку эту десятку бугаёв, которая в полминуты забила бы меня алебардами до состояния фарша.

— Ничего-ничего, — я осторожно похлопал парня по спине, а затем помог ему распрямиться, — После первого удара по голове такое бывает. Да и после второго тоже. Не помню уже, сколько меня по ней били, но каждый раз после этого я блевал. И ничего, живой до сих пор. Только отбитый самую малость.

— Это… было… бесчестно… — тяжело дыша выдавил из себя Конрад.

— Почему бесчестно? — я покачал головой и повёл парня к загородке. Того качало, а моё больное плечо было не лучшей опорой в данный момент, — Бесчестно было бы, еслиб я выхватил кинжал и им бы тебя запорол. А так… мыж не обговорили, как мечами можно махать, а как нельзя. Да и на войне с такими мелочами никто считаться не будет. Тебя просто забьют тем, что под руку подвернётся. Или просто уронят в грязь да затопчут, не считаясь ни с честью, ни с регалиями.

— Но ведь слава… — парень не смог закончить мысль, его снова скрутил спазм. На этот раз, правда без рвоты.

— Не там, — я покачал головой, — Где угодно, только не там. Лучше уж на турнире счастье попытай. Там по крайней мере есть шанс. А на войне ты найдешь только трупы, кровь и дерьмо. Поверь тому, кто краешком глаза её видел.

Парень ничего не ответил. Лишь помотал головой, пытаясь отогнать новый рвотный позыв. Я осторожно подвёл его к загородке, поставил, убедился, что парень надёжно держится за забор и только после этого позволил себе отойти в сторону. Внутрь тут же проскользнул какой-то сухопарый мужичок с лысой головой и увесистой сумкой и служанка, тащившая в руках ещё один мех с водой. Ко мне они интереса никакого не проявили, тут же занявшись бароновым сынком и лишний раз напомнив мне, кто тут на самом деле важная шишка, а кто просто мимо проходил. Впрочем, мне то помощь и не требовалась.

Стоило мне выйти за пределы загородки, тут же на моё плечо опустилась чья-то тяжелая рука.

— Грязно дерёшься, — оскалился Белая смерть. Я смерил его уставшим взглядом, а затем лишь равнодушно пожал плечами.

— Меня учили убивать, а не развлекать публику, — ответ получился предельно честным. Бернард и правда не готовил меня ни к показушным дуэлям, ни к турнирам. Ремесло наёмника этого не предполагало.

Северянин смерил меня долгим, ничего не выражающим взглядом. Затем хищно оскалился, кивнул, и отошёл в сторону, уступив место Бертрану, настойчиво пробивавшегося ко мне, через притихшую толпу.

— Что ж, сир, в таком случае, думаю, следует вас поблагодарить, что оставили сына его сиятельства в живых, — в голосе старого шпиона звучала неприкрытая издёвка. Пожалуй, даже, я её заслужил. Хотя, пацан сам нарвался. И то, что он нарвался, вообще-то недоработка самого же Бертрана. Так что ему бы самому голову пеплом посыпать сейчас.

— Да на здоровье. Обращайтесь ещё, — хмыкнул я и тоже опёрся на загородку. Адреналин потихоньку отпускал, так что тело начинало болеть и настойчиво требовать принять горизонтальное, или, на худой конец — сидячее положение.

— Однако, замечу, что с настоящего турнира или поединка за подобные приёмы вас бы с позором выгнали. А то бы и титула лишили, — невозмутимо продолжил шпион.

— Поэтому я на них и не дерусь, — тут же парировал я, стаскивая с головы шлем и подшлемник. Мокрые волосы тут же налипли на лоб и начали лезть в глаза. Капля пота покатилась по виску. Даже без забрала в них было жарко. Страшно представить, как сварился в этой кастрюле Конрад за время нашей небольшой разминки. Неудивительно, что его вырвало.

— В будущем вам вероятно следует ознакомиться с правилами ведения таких боёв. Кстати, быть может вы согласитесь немного потренировать Конрада по дороге на турнир? Мать нанимала ему неплохих учителей, но… — шпион развёл руками. Он явно хотел ещё что-то добавить, однако в следующий миг сквозь толпу протолкалась Айлин в сопровождении моих ребят. Протолкалась, придирчиво осмотрела меня, затем бросила короткий взгляд в сторону Бертрана, покачала головой и наконец выдала.

— Я смотрю, вы тут вовсю развлекаетесь, мальчики, — девушка взяла меня под руку и настойчиво поволокла куда-то прочь. Вид у неё был не особо довольный, — Боюсь прерывать ваше веселье, но баронесса требует тебя к себе. Прямо сейчас.

На мгновение у меня внутри всё похолодело. Не просто так, ой непросто, её наперстницы ошивались возле загородки, и тут же растворились в толпе, как закончился бой. Поди побежали докладывать, что какой-то проходимец возит её любимого сыночку мордой по грязи. Как бы своей маленькой шалостью я не засрал ей целую неделю работы. На мгновение мне очень захотелось обратно внутрь загородки. Туда, где всё просто и понятно. Впрочем, как и в случае с поединком, поворачивать назад сейчас уже было поздно.

Глава 22

«Кого вы предпочтете видеть на стенах?»

— Ты что, мать твою, там устроил? — прошипела мне на ухо Айлин, стоило нам миновать надвратную арку, отделявшую верхний двор от остального замка, — На кой-хрен нужно было избивать любимого сынка баронессы на глазах у половины замка?

— Он сам напросился, — я пожал плечами, — Причём напрашивался то он на куда более кровавый вариант. А так мы просто размялись.

— Интересно, что скажет Баронесса на такую разминку, — язвительно заметила девушка, — После которой её любимая корзиночка стоять на ногах не мог и блевал перед всей дворовой челядью.

— Если не дура, то скажет спасибо, — отрезал я, — Её корзиночка явно не понимает, что такое война и даже что такое хорошая драка. Но упорно туда лезет. И ему повезло, что нарвался он на меня. В случае со мной он отделался лишь лёгким испугом и сотрясением черепа. Если не совсем тупой — этот урок он усвоит. А вот еслиб он попробовал погарцевать перед кем-нибудь вроде того северянина, дело бы закончилось топором в черепе.

— Не думаю, что баронесса будет смотреть на проблему с этой же стороны, — девушка на мгновение замолчала, затем зло посмотрела на меня, — Но очень надеюсь, что у неё хватит терпения закрыть глаза на твои «методы обучения». И на твоём месте я бы тоже надеялась.

— Это ещё почему?

— Потому, что если ты мне засрёшь целую неделю работы, я сама тебе оторву то, чем тебе приспичило померится, — зло отрезала Айлин.

— Ну ты до нашей комнаты то хоть дотерпи, а потом уже отрывай всё, что захочешь, — хмыкнул я, — Оторвать конечно не выйдет, разве что потягать. И мне, несомненно, этот процесс доставит немало удовольствия, но не при всех же такими непотребствами заниматься.

Со стороны нашего эскорта послышались сдавленные смешки. Парни честно старались держать лицо, но порой их истинная натура всё равно прорывалась наружу. А порой они и вовсе переставали притворяться приличными людьми, как совсем недавно — возле загородки. Когда ржали и тыкали пальцем в бароновского отпрыска. Или в меня. Хер их разберёт, на самом то деле.

— Ой да иди ты, — девушка демонстративно надулась.

— Иду, иду. Куда уж я денусь то, — хмыкнул я, легонько приобняв её за талию и прижав к себе, — Не засирать же тебе и впрямь целую неделю работы.