На последнем слове мой голос дрогнул, потому что я вспомнила всех тех своих питомцев, что нашли свой дом и своих магов, а мне пришлось отпустить каждого. Вроде и радоваться нужно, а сердце все равно щемило.
Лаутус на мои слова невесело хмыкнул и сделал несколько шагов назад, словно мои слова предназначались ему, а не ребенку. Примеру лаутоса последовали и его ловцы, и адепты, что пришли с ним, и военные, что вроде бы держались поодаль, но до сих пор не ушли.
Наверное, стоило оставить этих двоих вообще одних, чтобы они попрощались, возможно, тогда бы ничего не произошло, да только никто из нас не обладал способностью предсказывать будущее.
Глава 78
Зоомаг
Эдера
Это произошло, потому что все еще были настороже. Потому что брабуг продолжал выглядеть как опасный уродец, которыми в книгах пугали с рождения и до самой смерти. Или потому что я, возможно, в очередной раз пожалела, что со мной нет моих фамияров, которые бы помогли восстановить магию, потраченную на поиск связи, сформировавшейся буквально только что на моих глазах.
— Иди домой, — проговорил мальчик и махнул рукой, отчего с пальцев его слетели мелкие звездочки, еще не похожие на настоящее заклинание, но уже способные проложить путь в «дом» брабуга.
Мальчик шмыгнул носом, а барабуг подскочил, раскрыл рот, полный острых зубов-кольев, и принялся втягивать в себя все те маленькие искры, что слетали с руки Ноэля, ну а те, что не успели слететь, просто слизал, раскрыв пасть пошире. Со стороны это действие не выглядело опасным, тем более рядом с ребенком стоял стратог и зорко следил и за брабугом, и за сыном, но, видимо, не все посчитали подобное безобидным.
Все произошло буквально мгновенно: брабуг открыл пасть, высунул фиолетовый язык, отстранившись, клацнул зубами, и тут же в сторону животного полетели черные молнии. Только тот, кто бросал заклинание, не учел, что однажды бросившись на защиту животного, мальчик и дальше продолжит его защищать.
— НЕТ!!!
Несколько криков одновременно слились в грозный рев, оглушая гневом и отчаянием.
Стратог Крейн закрыл сына грудью и выставил перед собой три слоя щитов, каждый из которых играючи прошили черные молнии.
Больший из брабугов выскочил перед мужчиной и, раскрыв пасть, втянул в себя заклинание праха без остатка — даже ни одной искры не осыпалось на траву. Брабуг же молниеносно, как и бросился на спасение, рухнул на траву с гулким стуком, словно все его шарообразное мохнатое тело враз окаменело.
Принцесса Каитана тоже не осталась на месте — бросилась на помощь брабугу, но, не добежав и половины пути, схватилась за живот. Стон мы не услышали — догадались, потому что девушка, сжавшись в комок, до крови закусила губу и побледнела. Все украшения, что были на принцессе и до этого момента не бросались в глаза, запульсировали хаотичными всполохами, а потом ярко вспыхнули и тут же рассыпались, словно попытались перетянуть на себя заклинание праха.
— Брабуг в тапочках! — процедил рядом со мной лаутус и сделал какие-то знаки своим ловцам, но сам так и остался стоять, расширенными от ужаса глазами наблюдая за принцессой. — Нас прямо здесь всех казнят и прикопают без суда и следствия, даже про протокол не послушают: покушение на королевскую кровь налицо.
Я нервно сглотнула вязкую слюну и осмотрелась: на большинстве лиц я прочла то же, что озвучил только лаутус — нам все конец.
— Что же делать?
— Молиться богам, чтобы принцесса выжила, или спасать ее своими силами.
— Вытянуть заклинание? — я недоверчиво посмотрела на лаутуса. Если подобное возможно, то чего же он ждет?
— Отделить ее от источника, который убывает.
Хотелось спросить как, но мое внимание привлек мужчина, которого лаутус назвал Калаи. Мужчина стоял возле девушки на коленях и выпускал сканирующее здоровье заклинание виток за витком, окутывая им принцессу с головы до ног. Его магия искрила, ярилась, но не могла проникнуть внутрь, и даже поцелуй, через который мужчина попытался передать силу, не помогал: девушка бледнела и бледнела, становясь почти прозрачной.
От напряжения лоб мужчины покрывался потом, но Калаи раз за разом отстранялся, делал вдох, и снова прижимался ртом к губам девушки и пытался отдать ей все, что у него было. Магия же растекалась, разбегалась ручейками, но ни капли не впиталась, нисколечко не помогла.
За спиной стратога громко зашмыгал носом Ноэль, готовый, кажется разрыдаться, зарывшись лицом в фиолетовой шерсти меньшего из брабугов, а то сам растерялся и, испуганно прижавшись к мальчику, выпустил изо рта все золотистые искры. Путь домой для брабуга стремительно таял, осыпаясь на землю тусклым пеплом.
— Каи, ты должна разорвать связь с фамильяром, — проговорил Калаи, вымотанный бесплотными попытками перелить магию.
Девушка, похоже, его не слышала — дышала рвано и не открывала глаза, потому мужчина обратился ко второму фамильяру, который весь распушился, выгнул спину и тоже интенсивно вливал в принцессу магию. Результат у фамильяра был ровно таким же, как и у мужчины.
— Мэссин Ллойд, как ей помочь?
— Она уже не сможет сама что-то сделать — сил мало, — проговорил кот и улегся на девушку, растянувшись вдоль всего тела и заурчав громко и настойчиво, словно пытался передать силу через вибрацию.
Я же стояла рядом с лаутусом, смотрела на разворачивающуюся трагедию и не могла понять, что чувствую.
Страх? Определенно, да!
Желание помочь? Да, только как? Что я, недоученный зоомаг и артефактор-профан могу сделать?
Отрешенность? Не знаю, как назвать иначе то состояние, в котором я находилась, но было ощущение, что я все это наблюдаю со стороны, словно сплю.
— Эди, посмотри на меня, — позвал Итан, встряхнув за плечи, и только тогда я осознала, что парень уже несколько раз звал меня. — Ты же можешь привязывать фамильяров, значит, и обратно тоже можешь.
Я удивленно вскинула взгляд и отрицательно замотала головой. Как можно просить о таком? Это же убьет фамильяра, а, возможно и их обоих. Паника, словно ждала своего часа, вновь прокатилась по мне лавиной, поднимая волоски на руках, холодя позвоночник и скручивая внутренности. Даже дышалось с трудом, словно за каждый вдох приходилось бороться с невидимыми чудовищами.
Отвязать — равносильно убить.
— У меня привязка случайно происходит, Ит! Да я убью их раньше, чем смогу что-то сделать.
— Если не попытаешься, то Каитана умрет! А так можно будет попробовать после спасти брабуга. Сейчас они тянут энергию друг из друга и только вредят.
Я понимала, что Итан прав, но не могла представить, как это сделать: отсечь все нити, что связываю двух магических существ разом, чтобы даже тончайшего волоска не осталось. Да после этого даже мэссин Ллойд не сможет помочь принцессе, не смотря на то, что он ее фамильяр.
Но я уже задумалась. Как это сделать? Как помочь? Как спасти и спасти обоих?
Глубоко задумалась, прикидывая возможные варианты, а потому вздрогнула, словно от удара, когда услышала гневное восклицание.
— Не сметь! Это королевский приказ! — принцесса на мгновение открыла глаза и вцепилась в меня жгучим взглядом, отдавая последние силы на королевскую магию…впустую. — Ничего, что может навредить Лапушке!
Впустую, потому что я была подданной другого королевства, и не подчинялась королевской магии Кронстона. Но остальных этот приказ зацепил, причем основательно: несколько целителей, выбежавших из портала, застыли рядом с принцессой и так и топтались за невидимой чертой, бессильно поминая всеми словами брабугов, не подозревая, как они в данный момент были правы — все из-за них.
— Не можешь заживить — отсекай, — проговорил рядом лаутус, напоминая мне постулаты зоомагов и целителей, что тянулись из глубокой древности. Мужчина как будто успокоился, приняв какое-то решение, и даже взбодрился. — Не можешь отрубить — перевяжи или прижги и лечи, а потом отруби. Не знаешь, как лечить — усыпи.
