Кому много дано. Дилогия (СИ) - Каляева Яна

Кажется, Инцидент и вправду почти закончился? Свет больше не пропадает и не мигает, музыка вырубилась так же внезапно, как появилась, зато над одним из углов фудкорта включился здоровенный плазменный телевизор. Сдержанная ведущая на фоне стоящей в студии ёлочки торопливо передаёт местные новости.

«Инцидент силой шесть и четыре по шкале Ядринцева…»

«Большая часть порталов уже закрыта…»

«Тварям почти удалось занять мост, но благодаря самоотверженным действиям отряда во главе с есаулом Максимом Смердовым…»

«Пресечено более трех десятков случаев мародерства…»

«По сообщениям, так же успешно отразили атаки тварей жители сервитута Седельниково и персонал находящейся к северу от него колонии для юных пустоцветов…»

Фух! Камень с души упал!

«Общее количество жертв уточняется…»

«Но жители нашего сервитута всё‑таки смогут торжественно встретить Рождество, несмотря на…»

«Чудовища не смогли прорваться к Спасскому Кафедральному Собору, а на главной городской площади устояла ёлка…»

– Здесь нету живых, Егор, – хмуро говорит дядя, глядя на меня. – Что, не чувствуешь? Арина, скажи ему.

Девушка кивает.

– Поэтому представим специальным службам – уверен, они скоро появятся! – позаботиться о телах, – дядя небрежным жестом обводит фудкорт. – Пошли лучше выпьем. Уверен, всем будет не лишнее! Я сейчас серьезно.

Арина упрямо мотает головой. Указывает на металлическую лесенку за специальной калиткой – вверх, на галерею.

– Я в оранжерею. Каким‑то растениям еще можно помочь.

– Ну а ты, Егор?

– Я пройдусь по ТЦ, – говорю я, – может, еще где сидят мерзлявцы. А потом… Эти «специальные службы»… Им точно волонтеры потребуются, Николай. Рано бухать.

– Без меня! – заявляет дядюшка. – Мавр свое дело сделал! А‑а, друзья мои, какие вы нудные! Пусть Гектор пал, а мы будем прославлены вечно! Я – в ресторан!

– Я скоро приду, – твердо говорю я. – Но сначала – осмотрю этажи.

Щука косится на меня с подозрением, но молчит. Другим глазом косится на навигацию, где написано «Yablochkov tam» и изображен стильный сияющий смартфон. Арина, коротко пожав мне предплечье и улыбнувшись, ускользает наверх.

И никто не идет вслед за мной, когда я сворачиваю с фудкорта в пустой разгромленный коридор… Пытаюсь понять, куда он  мог драпануть… Дохожу до громадной уборной – и по наитию заворачиваю туда.

Я точно видел в буране эту растерянную фигуру, свалившуюся с потолка.

Сначала подумал – еще один отморозко, но нет!

Нет.

…Захожу в туалет, стараясь ступать неслышно.

Из дальней кабинки доносятся подвывания и всхлипывания.

Прислушиваюсь.

– Ну и куда мне теперь? Куда, куда мне теперь⁈ Все пути обратно закрылись… Источника силы – нету… Стражники будут пытаться схватить или пристрелить! Если выберусь, несколько дней придется брести до болот! Госпожа Лозысян продлит срок моей службы еще на сто лет…

Распахиваю дверцу.

Несчастный белоглазый карлик в буром пиджаке сидит, сжавшись, на крышке унитаза.

– Ну здорово, Сопля.

Глава 10

Такси в Нижний мир

Ладонь у Сопли странная, неприятная: то сухая и твердая, то мгновенно становится склизкой, как болотный корень. Особенно если вдали появляется казачий патруль.

Но я его руку не выпускаю, тащу карлика за собой. Во‑первых, чтобы он не сбежал. Как будто, бежать ему некуда, но мало ли… учудит. Во‑вторых…

Во‑вторых, из‑за угла как раз выворачивает отряд бородачей на конях. Крепкие такие ребята в волчьих дохах и папахах, и, кстати, без единого импланта. По крайней мере, не видно. Вооруженные, разумеется. И кони у них какие‑то… специальные. Будто бы немного из ночных кошмаров.

– А ну, стой! – гаркает один. – Кто такие?

Гляжу ему прямо в лицо, сощурившись.

– Я Егор Строганов. Не узнали? От Гостиного двора иду. Дрались там с мерзлявцами на пару дядей. Там сейчас чисто, на площади тетки с почты ингру лутают.

– Чего?

– Гляделки, говорю, выколупывают у мерзлявцев.

Казаки переглядываются.

Старший недоверчиво всматривается мне в лицо.

– Младшего Строганова, вроде, за убийство садили? В колонию? А ну, паря…

Вздохнув, вытягиваю руку вперед, показываю браслет. Потом направляю вдоль улицы порыв ветра.

– Меня выпустили. На каникулы. Под залог.

– Ну понятно, – бормочет самый старый, седоусый казак, – Строгановы, денег‑то дохрена…

– В имение иду, – поясняю я, – домой.

– А это с тобой кто?

Сопля одет в стильное бежевое пальто, полы которого волочатся по мостовой. На глазах темные очки, на башку натянута яркая шапка с помпоном. То, что я успел быстро найти в соседних бутиках.

Из рукава дорогого пальто свисает бирка с ценой.

– Это бабка, – твердо говорю я, – она не в себе немного. Я ее в ТЦ от мерзлявцев спас. Веду домой, там Олимпиада Евграфовна окажет первую помощь. Это вроде как подруга ее.

Казаки скептически изучают наряд Сопли. Черт возьми, у него и на шапке ценник висит! И на очках!

– Бабушка уже старенькая, с головой проблемы, – внушаю я казакам. – Не оставлять же одну на улице? Я видел, тут банда снага мелькала – явно мародеры.…Нет, если хотите, я старушку вам на руки передам, сам просто домой пойду. Как ваша фамилия и звание? Бабушка, пойдете с патрулем? Они о вас позаботятся.

Сопля издает невнятный скрежещущий звук, казаки отшатываются.

– Ладно, – выносит вердикт старший в отряде, – коли ты Строганов, то бишь маг, сами до дома дойдете. А мы тогда к почтамту. Если там, говоришь, хабар на площади, и снага мелькали… Бывай, Егор Парфенович – так тебя звать, что ли? Отца твоего хорошо помнил, тебя что‑то смутно…

– Ну вот, теперь запомнил, – усмехаюсь я, – еще свидимся!

– Лоша‑адки краси‑и‑ивые, – неожиданно выдает Сопля. – Можно их покормить?

Кони и всадники снова слегка шарахаются.

– Идем‑идем, бабуля, скорее – надо тебя саму покормить! – я торопливо тащу йар‑хасут дальше по улице.

Казаки озадаченно глядят вслед.

До имения мы добираемся без дальнейших приключений – только вот что дальше? Толкнув Соплю под ближайший куст, иду к калитке. Дальней калитке. Запасной.

– Домна?

Экран, встроенный в кирпичную колонну, мигает. Там возникает радостное розовощекое женское лицо. Точь в точь говорящая Печка из мультика.

– Исполать тебе, молодой хозяин! С возвращением из похода геройского!..

– Да тихо ты! Домна… Меня сейчас, кроме тебя, кто‑то видит? Может, на мониторах?

– Кому оно, молодой хозяин, надо! Закончилась беда лютая, из лесов да болот нашествие! Фаддей‑то Михайлович купеческими делами занят, бумаги смотрит. Олимпиада Евграфовна чай пить изволят. А Ульянушка, молодой хозяин, в передней! Шубу вздевает, вас искать собирается. А вы – туточки!

– Не говори никому, – шепчу я в экран, – что я тут. Поняла меня?

– Поняла, молодой хозяин, чего не понять. Только точно ли так делать надобно? Ульянушка переживает…

– Домна, слушай меня! Это суперважно! Моя задача сейчас должна иметь высший приоритет!

– Слова‑то какие мудреные, молодой хозяин…

ИИ‑шница моргает с экрана глупыми глазками. Да ну, не верю я, что она такая тупая! Это какой‑то дурацкий фильтр…

– Я хочу провести в дом специального гостя. Так, чтобы никто об этом не знал. Порождение аномалии, йар‑хасут. Хочу провести его в кабинет отца – незаметно. Мне нужна твоя помощь.

– Ох! Мутное дело задумал, Егорушка! – пугается Домна.

Да черт возьми! Стою посреди пустой улицы – хоть она и не главная, всё равно кто угодно может меня увидеть. В том числе из дома.

– Такие‑то вот дела твоего батюшку и сгубили… А теперь, посмотри‑ка, и ты туда же! Ох, Таисия‑то Алексеевна, ваша матушка, такого не одобрила бы; разволновалось бы у нее сердечко…

Нервно оглядываюсь. Улица пуста. Сопля сидит в укрытии тихо, патрулей или мародеров нет. Еще я соображаю вдруг, что стою… в тени. То есть на меня лампа должна светить – а она не светит, хотя электричество появилось. Ладно.