Пособие для начинающих чудовищ - Пахомова Ната

«Удача» и «случайно», ну да. Я не смогла сдержать смешок.

Черная весна… Облава, кровь, браслеты на запястьях выживших магов. Я тогда еще не родилась. Но знаю, что после облавы Таркос числился «пропавшим без вести». Я же попала в базу эфира, когда попалась ласкам три года назад. До этого момента меня не существовало официально — в провинции легко было подделывать документы, у отца хорошо получалось. Обидно, что стоило ему действительно «пропасть», так почти сразу меня схватили. Этот мужчина судя по всему имеет доступ к закрытым каналам. Если он знал Таркоса, выйти на меня по фамилии теперь проще простого.

— Чем могу помочь?

Своё недовольство я загнала поглубже и попыталась натянуть вежливую улыбку, но обычно так себе получается, Тельвин говорила, у меня всё на лице написано крупными словами, часто нецензурными.

— Меня зовут Ирбис. Это, как ты понимаешь, не настоящее имя.

— Я ничего не понимаю, я ем.

Он коротко усмехнулся.

— Когда-то давно я оказал твоему отцу услугу, и он обещал вернуть должок. У меня появилась проблема, которую Таркос мог бы решить. Уверен, ты знаешь где его искать, не так ли, девочка?

«Девочка». Я мысленно поставила галочку. Так обращаются либо те, кто хочет тебя умилить, либо те, кто хочет тебя унизить. Часто одно плавно переходит в другое.

— Оплачивать долги моего отца… занятие, которым мне хочется заниматься меньше всего на свете, — сказала я честно. — И, конечно, даже если бы я знала где его искать, то не сказала бы.

— Даже не сомневался. — мужчина тепло улыбнулся и добавил: — Ты ешь, ешь, остывает же.

Такой заботливый дядя. Если он сейчас ещё и салфетку мне предложит, я сбегу немедленно.

— Уже наелась, спасибо. Рассказывайте, с чем пришли. На всякий случай: я не мой отец. За его долги не отвечаю. Но выслушать могу.

— Прекрасно. — Он одобрительно кивнул и принял у официанта чашку кофе. — У меня есть внук. Ему недавно исполнилось семь. — Помолчал. Отпил большой глоток. — У него начали проявляться способности. Он рождён с нитью.

— Поздравляю. Случается нечасто.

— Вот только нам этого не нужно.

Я подняла бровь.

— Нить — тёмное дыхание бездны, которое разрушает наш мир. Маги притягивают чудовищ. Вы вне закона, и это справедливо. Самое лучшее, на что вы можете рассчитывать — путь жертвенности в Ордене, где вас перевоспитывают в баку. Либо сдаться в рабство кланам. — Ирбис выразительно посмотрел на браслет, стянувший моё левое запястье. — Не обижайся, но вам не позавидуешь. Мы не хотим этого для Лари. Он этого не выбирал.

Обижаться было совершенно не на что. Ирбис декларировал догматы Ордена Седьмого Пути, их знают даже младшие ученики начальной академии. Путь жертвенности — отказ от способностей, от боевой магии и путешествий между мирами, для того чтобы посвятить себя служению и защите не магического населения Вельна-Торн. Ничего нового. Люди нас боятся и проклинают. Спасибо Ордену, придумали отличную байку, будто мы виноваты в том, что из бездны к нам лезут хтони.

— И что вы хотите от меня?

— Чтобы ты уничтожила его нить.

Я аккуратно поставила чашку на стол.

— Что?

— Нить можно уничтожить. Разве ты не знала? Таркос это делал.

Я не знала. И это, пожалуй, было обиднее всего, что я узнаю об этом от чужого мужика в провинциальном кафе, а не от собственного отца, который, оказывается, умел.

— То есть у вас на руках ребёнок с уникальным даром, и вы хотите этот дар выжечь под корень.

— Да.

— А ребёнка спросили?

— Он готов принять решение семьи.

«Готов принять решение семьи». В семь лет дети готовы принять любое решение семьи, потому что у них нет другого выхода.

— Я вам здесь не помощник, — сказала я, когда снова обрела возможность говорить.

— Не уверен. Таркос очень сильный маг. Уверен, ты той же породы. Подумай. Я хорошо заплачу. Несмотря на то, что твой отец мне должен, ты не он. Это будет честная работа. Сколько скажешь.

— Таркос точно это делал?

— Да. С моей дочерью.

Отвратительная новость. Таркос выжег способности девушке. Мне даже не хотелось вызнавать подробности — стало тошно. Магов в нашем мире и так осталось мало. Чудо, что такие люди рождаются. Отец сам же мне об этом говорил, и вот получите…

Я подозвала официанта.

Полезла в кошель и вытащила двух дедов — плотные квадратики с водяным знаком и профилем человека, чьим именем здесь уже триста с лишним лет считают года. Корвин, король Торна, великий князь Вельна, архонт Скулоских Островов. Потом, когда всё это слилось в одну корону, просто император Вельна-Торн. На купюре он был молодой, в простом венце, со строгим взглядом куда-то поверх правого плеча зрителя; на монетах его чеканили старым, с худым острым подбородком, хитрым прищуром и короной потяжелее.

Положила деньги на стол. Корвин с купюры смотрел поверх плеча Ирбиса. Точно так же, как, должно быть, смотрел в своё время поверх плеча Квириуса из Дара — основателя Ордена, когда они вдвоём подписывали Согласие с догмами о пути жертвенности. После этого жизнь магов стала планомерно ухудшаться. До тех пор, пока не скатилась окончательно в Черную весну.

— Я не Таркос, — сказала я, поднимаясь. — Я не умею. Он меня этому не учил. И знаете что, я даже рада, что не учил. Желаю вашему внуку крепкого здоровья и хорошей семьи. С последним, кажется, придётся постараться.

Ирбис буравил меня взглядом. В нем не было злости, скорее ирония вперемешку с упрямством.

— Я бы на твоём месте так поспешно не отказывался. Подумай. Я зайду ещё раз. И кстати... — Я уже шла к выходу, но обернулась. — Видел на холме огромного косматого зверя с жёлтыми глазами. Твой? Такую псину надо держать на цепи. Если не справляешься, скажи, у меня есть знакомые из Ордена, которые специализируются на подобных проблемах.

Я хотела сказать ему многое. Например, не пошел бы он в свой Орден со своими проблемами. Но только покачала головой и вышла на улицу.

Здесь уже была ночь. Над крышами медленно проплывал ещё один вестр, теперь уже одиночный, тяжёлый, грузовой. Низко полетел. Может к дождю?

Его брюхо отсвечивало тусклым металлом, а двигатели гудели на низкой, утробной ноте.

Настроение, слегка поправленное после тарелки горячего мяса, испортилось окончательно и бесповоротно. И дураку понятно, что этот господин только что мне пригрозил своими связями, если я откажусь ему помочь. Я ищейка. Меня защищает клан. Но вряд ли проблемы с Орденом добавят мне положительных эмоций в этом мире.

А теперь я даже не знала, что расстроило меня сильнее: тот факт, что отец когда-то лишил неизвестную девушку её дара, или то, что я совершенно забыла забрать остатки еды с собой.

Как бы там ни было, я быстрым шагом направилась к тропинке, ведущей за город, в сторону холма и леса. Гул вестра ещё долго тянулся передо мной, постепенно растворяясь в темноте.

Берилл лежал на пороге дома. Его глаза ярко светились, а на морде застыло выражение высшей степени удовлетворения.

***

Берилла я призвала собственноручно, много лет назад. Технику подсмотрела у одного очень умелого колдуна, когда проникла в его сознание. Этот чудовищный талант вызывал у Таркоса злость и опасения… Но это другая история.

Выяснилось, что можно призвать себе компаньона — существа, которое будет помогать в обмен на скромную плату. Питомцы, надо сказать, в вопросах рациона выбирают себе блюдо по калорийнее. Например, кровь. Ничего личного, просто гастрономические предпочтения.

Я соединила технику иномирного мага с ритуалом призыва элементаля — магия сложная, доступная высшим стихийным магам Мельхута. Таркос научил. Должно было получится что-то временное, необычайно сильное. Однако, моя кровь внесла в процесс собственные коррективы, создание воплотилось окончательно и исчезать никуда не спешило: материализовалось и обрело симпатичную волчью плоть.

Отец тогда разозлился всерьёз за то, что я не проконтролировала воплощение и вообще допустила подобное безобразие. Впрочем, потом махнул рукой: дескать, если эта тварь начнёт привлекать к себе лишнее внимание или жрать людей, адепты Ордена Седьмого Пути нагрянут и откусят головы обоим чудовищам разом — волку и мне.