— Да, — выдыхаю я, опуская глаза, чтобы он не увидел в них вспыхнувшую надежду. — Я поняла. Без глупостей.
Арвид доволен.
Он думает, что сломал меня.
Он думает, что я просто слабая женщина, пытающаяся облегчить совесть последним актом милосердия.
Что ж, пусть так и думает!
Пришедший на сигнал советника гвардеец отводит меня в небольшую караульную комнату.
Милена и Лоррет сидят на лавке, обнявшись, как две перепуганные птички. Увидев меня, Милена всхлипывает, а Лоррет вскакивает, прижимая руки к груди.
— Леди Эола! — выдыхает она. — Вы живы... Мы так боялись...
— Всё хорошо, — я быстро подхожу к ним, стараясь говорить уверенно, хотя сердце колотится где-то в горле. — Всё будет хорошо. Мне нужна сумка Эйнара. Срочно.
Лоррет дрожащими руками протягивает мне потрепанный кожаный мешок.
— Стоять! — гаркает гвардеец, преграждая мне путь алебардой. — Сначала досмотр.
Он выхватывает сумку у служанки и переворачивает её вверх дном прямо над столом. Склянки, бинты, мешочки с травами и инструменты с грохотом сыплются на деревянную поверхность.
Гвардеец начинает брезгливо копаться в содержимом, отшвыривая в сторону пучки сушеной полыни.
— Что тут у нас? Яды? Зелья? — бурчит он, открывая одну из баночек и нюхая её.
Я вижу то, что мне нужно. Среди россыпи предметов блестит сталь. Тонкий, острый скальпель.
Нужно действовать. Сейчас или никогда.
Я делаю вид, что тянусь за упавшим флаконом, и «случайно» задеваю локтем тяжелую ступку, стоящую на краю стола.
Она с грохотом падает на каменный пол, раскалываясь надвое.
— Ах! — Лоррет, умница, вскрикивает так натурально и громко, что гвардеец инстинктивно дергается и поворачивает голову на звук.
Этой секунды мне хватает.
Моя рука молниеносно накрывает ланцет. Одно плавное движение — и холодная сталь скользит в мой рукав, прячась в складках ткани.
— Осторожнее, неуклюжие коровы! — рычит гвардеец, возвращаясь к осмотру, но я уже стою смирно, сцепив руки перед собой.
Он сгребает всё обратно в мешок, не заметив пропажи, и швыряет его мне.
— Идем. У тебя десять минут.
Я подхожу к Лоррет и на мгновение сжимаю её руку.
— Молись за нас, — шепчу я одними губами.
В глазах служанки я вижу понимание и ужас, но она лишь коротко кивает.
Путь до темницы кажется бесконечным. Но вот тяжелая дверь открывается со скрежетом, впуская меня в зловонный полумрак.
Джаред там.
Он прикован к стене. Массивные кандалы из темного металла сковывают его запястья. Услышав шаги, он поднимает голову. Стоит ему только увидеть меня, как в его глазах вспыхивает пламя. Он жадно, осматривает меня с ног до головы.
— Эола, Он тронул тебя? — рычит он, и цепи звякают от его попытки рвануться ко мне. — Этот ублюдок... он что-то сделал с тобой?
Мне открывают дверь и я подхожу к нему, падая на колени, чтобы наши лица оказались на одном уровне.
— Нет, Джаред, я в порядке.
Я ставлю сумку на пол, стараясь, чтобы мои движения были видны стражнику, стоящему в дверях.
— Сиди смирно, — говорю я громко и строго, включая «режим врача». — Я только обработаю раны. Арвид разрешил.
— Плевать мне на Арвида, — шипит Джаред, но позволяет мне коснуться себя. — Что этот чертов ворон хотел от тебя?!
Мои руки дрожат, когда я касаюсь его горячей, влажной от пота кожи. Я разматываю пропитанные кровью тряпки на его плече. Рана выглядит жутко, драконья регенерация пытается бороться, но Джаред еще толком не отошел от одной передряги, а тут свежая рана. Его тело сильное, но даже драконья мощь не бесконечна.
Я достаю мазь и чистые бинты.
— Тише, — шепчу я, наклоняясь к нему совсем близко. Так близко, что чувствую жар его дыхания на своих губах.
Я начинаю обрабатывать рану, намеренно делая это медленно, чтобы выиграть время. Мои пальцы скользят по его шее, задевая пульсирующую жилку.
Я поднимаю глаза и встречаюсь с его взглядом.
В золотой глубине столько боли и настороженности, что у меня перехватывает дыхание. Я с трудом сдерживаю слезы. Он смотрит на меня так, словно я — единственное, что держит его в этом мире.
— Эола… Арвид мастер подковерных игр… будь с ним очень аккуратно.
Эх, запоздало твое предупреждение, Джаред. Ой как запоздало…
Я наклоняюсь к его уху, делая вид, что осматриваю воспаление на шее. Мои волосы падают завесой, скрывая мое лицо от стражника.
— Эй! — тут же раздается окрик от двери. Гвардеец делает шаг внутрь, кладя руку на меч. — Без глупостей! Отодвинься от него!
Мое сердце пропускает удар, но я резко оборачиваюсь к стражнику, и в моем взгляде — ледяное раздражение профессионала.
— Я проверяю пульс на сонной артерии, идиот! — рявкаю я. — У него тахикардия, он еле дышит! Хочешь, чтобы он сдох прямо сейчас и ты пошел объяснять господину Советнику как так вышло?
Гвардеец тушуется, облизывает губы.
— Давай быстрее, — бурчит он, но отступает назад.
Я снова поворачиваюсь к Джареду.
— Джаред... — выдыхаю я ему в самое ухо, и мой шепот дрожит от напряжения. — Пожалуйста... хоть один раз... просто доверься мне. Поверь моим словам.
Я чувствую, как его мышцы каменеют под моими пальцами. Он насторожен. Он чувствует, что я что-то задумала и ему это совершенно не нравится.
— Сиди тихо, — продолжаю я шептать. — И слушай внимательно всё, что я скажу...
Глава 85
Я чувствую, как под моими пальцами судорожно сокращаются мышцы его шеи, когда я тампоном с антисептиком касаюсь рваных краев раны.
Ему больно. Адски больно. Но он молчит, лишь стискивает зубы так, что на скулах ходят желваки.
— Арвид загнал меня в угол. Он требует, чтобы я уничтожила тебя. — выдыхаю я ему в ухо.
Я чувствую, как напрягаются мышцы Джареда под моими пальцами, но продолжаю, захлебываясь словами:
— Он хочет, чтобы завтра на Совете я публично обвинила тебя. Сказала, что ты похитил меня. Что удерживал силой, издевался, угрожал расправой и заставлял подчиняться, играя на моем страхе. Это его цена за жизнь Ронана. Он хочет выставить тебя чудовищем, Джаред. Лишить титула, земель... чести.
Джаред издает глухой, утробный рык, но я удерживаю его, надавливая ладонью на здоровое плечо.
— Тихо! — шиплю я. — Не выдавай нас. Я согласилась, но только для вида. Я должна спасти Ронана, Джаред. Я не могу позволить ему умереть. Но я не собираюсь плясать под дудку этого старого интригана.
Я скольжу рукой вниз, по его груди, якобы поправляя повязку. В этот момент мои пальцы разжимаются, и крошечное, холодное лезвие скальпеля перекочевывает из моего рукава в его ладонь.
— Возьми это. Это всё, что я смогла пронести. — выдыхаю я едва слышно. — Спрячь. Я сейчас подлечу тебя, дам обезболивающее, чтобы ты смог двигаться. Как только я уйду вызволять Ронана... как только у тебя появится хоть малейший шанс — беги, Джаред.
Я поднимаю глаза, встречаясь с его взглядом.
— Если ты исчезнешь, Арвид останется ни с чем. Ему нечем будет давить на меня. И ты будешь в безопасности.
Реакция Джареда мгновенна и пугает своей яростью.
Его пальцы смыкаются на моем запястье.
Жестко. Больно.
До хруста костей.
Он дергает меня к себе, заставляя уткнуться лбом в его лоб. В его глазах полыхает не благодарность, а дикое, первобытное бешенство.
— Ты... — рычит он тихо, и в этом звуке столько ярости, что у меня мороз идет по коже.
Он в бешенстве. Но его ярость направлена не на Арвида, а на меня.
— Ты смеешь жертвовать собой ради меня? — шипит он, глядя мне в глаза. — Ты смеешь спасать мою шкуру ценой своей свободы? Смеешь марать свое имя ложью, чтобы сохранить мою шкуру?
— Джаред, мне больно... — шепчу я, пытаясь ослабить его хватку, но он не отпускает.
— Зачем?! — спрашивает он, и в его голосе сквозит горькое, злое недоумение. — Зачем ты мне рассказываешь это? Зачем даешь мне оружие? Ты могла бы просто согласиться с Арвидом и уйти.
