Убийство в книжном - Дэвисон Анита

– Скандал? Что за скандал, папа?

– Пожалуй, не стоит ворошить прошлое, милая. – Отец взглянул на свои карманные часы. – Мне пора возвращаться, иначе пропущу ужин. Подбросить тебя куда-нибудь? Меня ждет кеб.

– Нет, не волнуйся. Я приехала с тетей Вайолет. Счастливого пути домой, передавай маме привет. – Ханна погладила его по щеке и коротко, но крепко обняла.

– Твой отец отлично выглядит, – сказал Дариус Ханне, махавшей отцу, пока его кеб выезжал на шоссе. – Я успел перекинуться с ним парой слов. Он упомянул, что Бентамы остановились у них.

– Да, Луиза Бентам – мамина близкая подруга, поэтому они пока побудут у моих родителей. Дом в Чизике они переписали на Лили-Энн, когда она вышла замуж, так что теперь он переходит Кавану. Папа сказал, что Бентамы не хотят туда возвращаться.

– Думаю, это ужасно, быть вдали от дома и получить известие, что твой единственный ребенок убит. – Дариус отвернулся и устремил взгляд в сторону кладбища. – Я помню, как меня вызвали к директору школы и сообщили, что мама умерла.

Сердце ее сжалось от этих слов. Мать Дариуса была милейшей женщиной, при виде которой Ханне почему-то всегда приходили на ум розы и розовый цвет. Дариусу не исполнилось и пятнадцати, когда мать заболела туберкулезом. Его отец отправил ее лечиться на побережье, но было уже слишком поздно. Она умерла там, и бедный Дариус даже не смог проститься с ней, отчего гораздо тяжелее переживал утрату.

Резко вынырнув из воспоминаний, Дариус сжал ее руку.

– Береги себя, Ханна. – Догадываясь, о чем он думает, Ханна с грустью смотрела ему вслед. Интересно, сможет ли она когда-нибудь, после его женитьбы, поговорить с ним о том, что связывало их в прошлом? Да и нужно ли ей это делать?

* * *

Тетя Вайолет, бросив пальто и шляпу в кресло, растянулась на диване и скинула одну туфлю носком другой.

– До чего глупо с моей стороны было надеть новые туфли на похороны. Пришлось так долго стоять! – Туфля упала на ковер, и тетушка наклонилась, чтобы размять обеими руками пальцы на ноге.

– Похоже, вы с инспектором Фарреллом нашли общий язык, тетя Вайолет, – заметила Ханна.

– Его зовут Эйдан. У него мать валлийка, а отец ирландец. Гремучая смесь, скажу я тебе. – Тетя скинула и вторую туфлю. – Кстати, когда ты собиралась поделиться со мной подробностями своей вчерашней вылазки в Сохо? У тебя появились от меня секреты?

– Как ты узнала? – напряженно спросила Ханна, но тут же и успокоилась. – Ах да. Эйдан. Конечно.

– Он опасается, что ты можешь привлечь внимание того, кто убил Монти. Эйдан не простит себе, если с тобой что-то случится.

– Надеюсь, во время вашего очаровательного тет-а-тет ты не проболталась о наших визитах к Хеммингсу и мистеру Гаппи?

– Я пока еще в своем уме, дорогая. – Тетушка оглядела комнату, словно что-то искала. – У нас есть что-нибудь выпить? Кто вообще слышал о похоронах без поминок?

– Дариус решил, что лучше устроить самую скромную церемонию, учитывая, что Монти был подозреваемым в убийстве и шпионаже. Но я, кажется, все равно видела парочку репортеров, которые курили за деревом.

– Кстати, о Дариусе. Я заметила, что они с Сесили почти не разговаривали. Неприятности в раю?

– Вроде того. – Ханна попыталась сдержать неуместную радость в голосе. – Дариус намерен отложить свадьбу из-за смерти Лили-Энн и Монти.

– Спаси нас господь. Не думаю, что душа Сесили преисполнилась благости при этом известии?

– По всей видимости, нет. – Ханна почувствовала, что краснеет, вспоминая их разговор. – Шерри подойдет? – спросила она, пошарив в буфете. Монти основательно истощил запасы бренди в доме.

– За неимением джина, прекрасно. – Тетушка взяла протянутый Ханной бокал с темно-янтарной жидкостью, откинулась на спинку дивана и, лениво покачивая ногой, обтянутой шелковым чулком, с легким недовольством поглядывала на пустые руки Ханны. – Не присоединишься?

– Нет, спасибо, не сейчас. – Ханна опустилась на диван рядом с тетушкой. – Я тут обдумала то, что нам известно, и, может, я далека от истины, но мне на ум пришла версия, которая кажется достаточно убедительной.

– Ну же, давай. Я охотно послушаю.

– Что, если Монти подарил или продал одну из открыток Кавану в знак своего рода мужской солидарности, а того заинтересовала эта девица на фото и он захотел с ней познакомиться?

– Ты имеешь в виду, что у них завязалась интрижка? – Тетя Вайолет задумчиво поджала губы. – Хм, не могу представить себе Кавана с особой, которая позирует нагишом для таких открыток.

– Как знать, на что может пойти привлекательный мужчина, если увидит доступную леди?

– Вряд ли ее можно назвать леди. На той карточке она почти голая.

– Не перебивай меня, а то я потеряю нить рассуждений. Возможно, она убила Лили-Энн. То есть, допустим, они с Каваном стали любовниками и она заманила Лили-Энн в наш книжный магазин?

– Зачем? Попросить Лили-Энн развестись с Каваном, чтобы он женился на ней? Сомневаюсь. – Тетя Вайолет зло и безрадостно рассмеялась.

– Ну, по меньшей мере это дает ответ на вопрос, кому Каван покупал неглиже у служебного входа театра. И он мог где-то оставить карточку, а Лили-Энн ее случайно нашла.

– Некоторым мужчинам присуще странное стремление быть пойманными, когда они совершают неподобающие поступки. Как в случаях с няней. Но все же зачем было убивать Лили-Энн?

– Подожди, я еще до этого не дошла. Как и я, Лили-Энн отправилась в фотостудию, чтобы узнать, кто эта женщина.

– И что ты выяснила? – поднажала тетя Вайолет.

– Не скажу. Ты же сразу побежишь докладывать Эйдану. – Имя инспектора она произнесла с нарочитым придыханием.

– Ну ты и злюка! – насупилась тетушка. – Я думала, мы всегда заодно.

– Так и было. Пока ты не вступила в сговор с врагом.

– Мой рот на замке. Клянусь! – Тетя ткнула Ханну локтем в бок, едва не пролив шерри, но в последнюю секунду умудрилась спасти его.

– Ладно, – с деланой неохотой согласилась Ханна, хотя ей не терпелось продемонстрировать свои блестящие способности сыщика. – Ее зовут Элиза Браун, и она актриса. – Ханна придвинулась ближе и понизила голос, хотя их никто не мог услышать: – Итак, что, если это она убила Лили-Энн?

Рука тетушки замерла, не донеся бокал с шерри до рта.

– Нет, молчи и слушай. Допустим, Лили-Энн собиралась встретиться в книжном магазине с Элизой, – Ханне была по душе ее версия, – ведь это нейтральная территория в паре минут ходьбы от театра.

Тетушка подняла палец.

– Позволь уточнить: как Элиза Браун узнала о книжном магазине?

– Я… я еще работаю над этим. Не все сразу. Пока просто предположим, что они договорились там встретиться. Лили-Энн потребовала, чтобы Элиза оставила ее мужа в покое, а иначе она разрушит ее карьеру.

– И каким образом Лили-Энн могла это сделать?

– Ну… как-нибудь? Отправить ту карточку ее работодателю, например? Мисс Браун не собиралась этого допускать и к тому же хотела заполучить Кавана. Они поссорились, Элиза в порыве гнева схватила мой нож для бумаг со стола и ударила им Лили-Энн. Кто бы ее заподозрил? Они с Лили-Энн якобы никогда не встречались. И Монти сказал, что в тот вечер там был кто-то еще. Так, может, речь шла об Элизе?

– Хорошо, но нам известно еще хоть что-нибудь об этой Элизе?

– Вообще-то да. – Для пущего эффекта Ханна сделала паузу. – Она играет в «Алом первоцвете» в театре «Стрэнд».

– Обожаю этот спектакль. – Лицо тетушки озарилось мечтательной улыбкой. – Я была на премьере в девятьсот шестом, когда театр только открылся. Фред Терри чудесно сыграл Первоцвета. Сейчас ему за пятьдесят, и, на мой взгляд, он староват для романтического героя, но, полагаю, если руководишь театром, то можешь сам выбирать себе роли.

– Я купила билеты на завтрашний спектакль, – сказала Ханна, прерывая поток воспоминаний тетушки.

– И не пригласила меня? – обиделась тетя Вайолет.

– Я только что именно это и сделала.