— Рад видеть тебя, старина, — кивнул я духу.
— И Я РАД ВИДЕТЬ ТЕБЯ, МЕЧНИК ТЫСЯЧИ БИТВ. НАМ НУЖНА ТВОЯ ПОМОЩЬ. ВИКТОР НЕ ХОЧЕТ ПРИЗНАВАТЬ, НО САМИ МЫ ЗАСТРЯЛИ.
Виктор бросил на духа укоризненный взгляд, но спорить не стал.
— Грамм прав. Мы в тупике. Ещё две попытки прорваться к маяку, и у меня не останется людей.
Я снова посмотрел на карту. Маяк находился в центре Разлома, окружённый самой плотной концентрацией резонаторов. Даже если каким-то чудом добраться до него, как забрать ядро? Оно реагирует буквально на всё, что имеет форму импульса.
— Сколько у тебя людей способны двигаться?
— Тридцать два. Из них двенадцать в боеспособном состоянии. Остальные измотаны или ранены.
— Мне нужны самые выносливые и самые дисциплинированные. Те, кто умеет контролировать себя.
Виктор кивнул.
— Я дам тебе лучших. Но должен предупредить, Дарион. В отряде есть… определённое напряжение.
Я поднял бровь.
— Какого рода?
— Политического, — недовольно поморщился мужчина. — Несколько человек из элитного звена считают, что моё руководство привело к потерям. Они правы, кстати. Я недооценил угрозу.
— И что они предлагают?
— Отступить. Вызвать подкрепление. Дождаться, пока Совет Федерации пришлёт специалистов по подобным аномалиям. Проблема в том, что к тому времени ядро может дестабилизироваться окончательно. Тогда весь Разлом взорвётся, и мы потеряем всё. Всё, ради чего мы все это время старались и смерть моих подчиненных станет напрасной.
Я окинул взглядом лагерь через приоткрытый полог шатра. Люди сидели группами, некоторые переговаривались, бросая косые взгляды в сторону командного поста. Напряжение висело в воздухе густое, почти осязаемое.
— Кто главный среди недовольных?
— Дамиан Рош. Мой заместитель. Опытный боец, хороший тактик. И очень амбициозный человек.
— Понял. Присматривай за ним.
— Уже.
Мы вышли из шатра, и Виктор повёл меня к группе людей, собравшихся у одной из палаток. Среди них выделялся крупный мужчина с квадратной челюстью и холодными серыми глазами. Он смотрел на меня с плохо скрываемым недовольством.
— Это Дамиан Рош, — представил Виктор. — Мой заместитель и один из лучших мечников Ордена.
— Слышал о вас, господин Торн, — Дамиан кивнул, но рукопожатия не предложил. — Надеюсь, вы здесь, чтобы помочь, а не просто посмотреть на нашу агонию.
— Я здесь за ядром маяка. Если по пути получится вытащить ваши задницы из этой ямы, будет приятным бонусом.
Несколько человек за спиной Дамиана переглянулись. Кто-то хмыкнул, кто-то нахмурился. Сам Рош чуть сузил глаза, но промолчал.
— Выдвигаемся через час, — сказал Виктор. — Дамиан, собери элитную группу. Двенадцать человек, включая тебя.
— Двенадцать? — Рош скривился. — Это самоубийство. Нас сожрёт первый же резонанс.
— Все должны уметь двигаться бесшумно и контролировать дыхание, — проигнорировал я его. — Никакой магии, никаких резких движений. Понял?
Дамиан посмотрел на меня долгим взглядом.
— Вы здесь гость, господин Торн. Командую отрядом я и капитан Кинг.
— Командуйте, — я пожал плечами. — Но если хоть один из твоих людей сделает глупость, которая убьёт остальных, я лично позабочусь о том, чтобы он не дожил до следующей глупости.
Тишина повисла над группой. Дамиан открыл рот, чтобы что-то сказать, но Виктор опередил его.
— Выполняй, Дамиан. Мы здесь ради того, чтобы мир не встретил еще большую угрозу, и Торн хочет этого больше всего. Его слово здесь имеет вес.
Рош стиснул зубы, развернулся и ушёл собирать людей. Несколько мечников последовали за ним, бросая на меня взгляды, полные самых разных эмоций.
— Он будет проблемой, — заметил я, когда они скрылись из виду.
— Возможно. Но он также один из лучших бойцов, которые у меня есть. Без него шансы добраться до маяка падают вдвое.
— Тогда держи его на виду постоянно.
Виктор кивнул.
Следующий час я провёл, изучая снаряжение и проверяя готовность людей. Элитная группа состояла из двенадцати мечников, включая Виктора, Дамиана и меня. Все были одеты в лёгкую броню с мягкими подошвами, все несли мечи в специальных ножнах, заглушающих звук. Никакого металлического звона, никаких бряцающих доспехов.
Грамм сжался до размеров маленького волка и устроился за спиной Виктора, готовый в любой момент поглотить часть резонанса. Клятвопреступник у моего пояса едва заметно гудел, чёрный тигр внутри клинка чувствовал опасность и был настороже.
— Готовы? — спросил Виктор, оглядывая строй.
Молчаливые кивки в ответ.
— Тогда выдвигаемся. Помните: тишина превыше всего. Контролируйте дыхание, контролируйте сердцебиение. Если чувствуете, что резонанс усиливается, замрите и ждите, пока он утихнет. Никаких героических порывов, никаких самостоятельных решений. Ясно?
— Да, капитан.
Мы двинулись в путь.
Первый километр дался относительно легко. Мы шли гуськом, след в след, по узкой тропе между россыпями кристаллических обломков. Воздух вокруг дрожал, наполненный едва слышимым гулом, похожим на отдалённый звон колоколов.
Резонаторы возвышались по обеим сторонам тропы, уродливые столбы из полупрозрачного кристалла, покрытые трещинами и сколами. Некоторые были темны, другие слабо светились, а третьи пульсировали неровным ритмом, от которого волосы на затылке вставали дыбом.
Я двигался в середине строя, отслеживая каждого члена отряда. Виктор шёл впереди, прокладывая путь. Дамиан держался чуть позади, его рука постоянно тянулась к рукояти меча, и каждый раз он с видимым усилием заставлял себя отпустить её.
На втором километре стало хуже. Концентрация резонаторов резко возросла, и воздух превратился в густой кисель вибраций. Каждый шаг отзывался эхом, которое подхватывали кристаллы, усиливали и передавали дальше. Гул нарастал, превращаясь в низкий рокот, от которого вибрировали кости черепа.
— Стоп, — прошептал Виктор, поднимая руку.
Все замерли. Я почувствовал, как Клятвопреступник напрягся в ножнах, тигр внутри ощетинился, готовясь к атаке, у которой не было видимого врага.
Впереди, метрах в двадцати, один из резонаторов вспыхнул ярким светом. Волна энергии прокатилась по земле, поднимая облачка пыли, и врезалась в соседний кристалл. Тот отозвался своей вспышкой, передавая импульс дальше.
Цепная реакция, которая пугала своими последствиями.
Звук нарастал, превращаясь из гула в рёв. Воздух стал плотным, давящим, словно нас накрыло невидимой волной. Я почувствовал, как вибрация проникает внутрь, заставляя органы дрожать в такт чужому ритму.
Один из мечников в хвосте строя охнул и схватился за грудь. Его лицо побелело, из носа потекла кровь.
— Держись, — прошипел одними губами его напарник, подхватывая падающего товарища.
Но было поздно. Раненый закашлялся, и звук его кашля, усиленный резонаторами, ударил обратно с удесятерённой силой. Мечник рухнул на землю, корчась в агонии.
Цепная реакция продолжала нарастать. Резонаторы вокруг нас вспыхивали один за другим, образуя смертоносный круг света и звука. Воздух сжимался, становясь твёрдым, как сталь.
В этот момент я сделал то, что делал тысячи раз в своей жизни. Я перехватил контроль над ситуацией.
Внутренняя энергия, накопленная за столетия битв, хлынула из моего центра волной спокойствия. Как меня учили некоторые из моих наставников — в тот момент я не до конца понимал о чем они, но время, проведенное с демонами, меня многому научило. Я не пытался подавить резонанс силой, это было бы всё равно, что тушить пожар бензином. Вместо этого я наложил свою волю поверх чужой вибрации, словно одеяло на горящую свечу.
Не погасить. Приглушить.
Мир вокруг меня замер. Звуки стихли, словно кто-то выключил громкость. Резонаторы продолжали мерцать, но их импульсы больше не достигали людей, растворяясь в поле моей воли.
Виктор обернулся, его глаза расширились от изумления.
— Как ты…
— Потом, — отрезал я. — Двигаемся. Быстро, но бесшумно.
