— Поэтому Алек с утра улетел отсюда на драконе. А у вас дракон есть?
Курьер помотал головой и икнул.
— А значит, вы рискуете потерять посылку. А ведь она очень важная, понимаете? Лично в руки и все такое.
— Да, — парень помрачнел, сраженный моей безупречной логикой.
— Есть, конечно, вариант, — я вздохнула, — мне бы не хотелось к нему прибегать. Но раз уж ничего другого не остается…
— Какой вариант? — оживился курьер.
— Передать пакет мне. Я ведь невеста Алека, помните? И я точно вручу письмо своему жениху. Тем более, господин Флеменс вообще-то мой коллега. Мы с ним трудимся в одной лаборатории.
— А вы не станете заглядывать в пакет раньше господина Вальдрана? — с надеждой поинтересовался курьер.
— Ой, да зачем это мне? — я рассмеялась. — Наверняка Флеменс отправил Алеку подарок для меня, чтобы жених его передал вместе с остальными на свадьбе. Флеменс, он такой сентиментальный! Считает, что сюрпризы надо вручать из рук в руки, а не с помощью почтовых служб. Так что, конечно же нет! Я не стану портить все впечатление от подарка.
Курьер все еще был не уверен, как должен поступить. Надпись «лично в руки» жгла его взгляд. Но перспектива проторчать до вечера на неудобной скамейке, чтобы не быть разорванным жадными девичьими руками, его тоже мало устраивала. И он решился.
— Хорошо, госпожа, — вздохнул парень, — только, пожалуйста, никому не говорите, что я отдал пакет не вашему жениху.
— Всенепременно, — я подмигнула курьеру, — могу расписаться как «Вальдран», чтобы у вас не было проблем с начальством.
Выманив у парня посылку, я дала ему инструкции — выйти за ворота с поднятыми руками, чтобы поклонницы увидели, что он ничего не вынес из благословенного дома.
Вытолкала курьера за дверь, вручив ему щедрые чаевые, а сама птицей взлетела в свои покои.
Закрылась изнутри и разорвала упаковку.
Это был мой модуль. Приемник, который должен быть у дракона. И несколько чертежей, не все, примерно половина.
Зачем Флеменс отправил Алеку мою доработку?
Вскрыв конверт с письмом, я прочитала:
'Многоуважаемый господин Вальдран! Наслышан, что вы решили связать свою жизнь с леди Лией Кайвен. Не смею критиковать ваше желание, но должен уведомить вас о следующем: госпожа Кайвен последние несколько месяцев занималась тем, что пыталась повторить разработку, патент на которую принадлежит вашему семейству.
Если вы и так об этом знаете, мои сведения не причинят никому вреда. Но если Лия действовала за вашей спиной, еще не будучи невестой, то мое дружеское предостережение убережет вас от ошибки.
Ведь тогда получается, что у вашей невесты есть своя корысть! Вероятно, она желала добраться до разработки, после того, как я из соображений справедливости конфисковал у нее вашу собственность.
В доказательство того, что мои обвинения не голословны, прикладываю часть собранного ей оборудования.
Если вас оно заинтересует, готов выслать и вторую, но за скромное вознаграждение. Уверен, сто тысяч филеро не станут для вас большим обременением. А разработка вернется к своим правообладателям'.
— Ах ты, жжж…жук! — воскликнула я, почитав послание.
Не получилось на мне нажиться, он решил из Алека деньги тянуть. Что ж, с Лией Кайвен такое не пройдет.
Я тут же села писать ответ шантажисту, благо пачка бумаг с гербом дома Вальдранов лежала на комоде.
Послание я переписывала трижды, чтобы оно не выглядело слишком эмоциональным, кричащим.
В итоге, меня устроила следующая версия:
'Господин Флеменс!
Конечно же, я в курсе того, что моя невеста работает над усовершенствованием прибора связи. Она хотела сделать мне подарок к свадьбе, но увы, какой-то подлец его отобрал, да еще посмел грязно угрожать. Бедняжка так скромна и благовоспитанна, что не решилась дать ему отпор.
Кажется, теперь я знаю, кем был тот мерзавец!
Немедленно отправьте мне второй модуль изобретения, на которое есть права только у дома Вальдранов. Или спустя полчаса после того, как вы получите это письмо, жандармы арестуют вас за шантаж, домогательства и воровство прямо в академии, при всех.
Жду ответа скорейшей почтой. Учтите, мои возможности безграничны. Времени на раздумья у вас нет.
Алек Вальдран'.
— Прекрасно, — похвалила я сама себя, запечатывая письмо в конверт с вензелями и с изображением фасада особняка Вальдрана.
Попросив Рема подать мобиль с водителем, отправилась на почту сама, не желая доверять отправку кому-то другому. Разработка должна быть у меня до соревнований! Не знаю, зачем, но пригодится.
* * *
Возвращаясь из офиса сверхбыстрой магической почты, я уже спокойнее рассматривала в окно предновогоднюю столицу, любуясь разноцветными гирляндами, парящими прямо над головами прохожих.
И попутно придирчиво вспоминала свое письмо Флеменсу: достаточно ли жесткой была? Хорошо ли замаскировала свой почерк за рублеными «мужскими» петельками и четкими линиями?
Признаюсь, в школе у меня было такое вот увлечение — почерк подделывать. Не думала, что во взрослом возрасте придется им воспользоваться.
Прохожие радостно спешили по своим предпраздничным делам, покупать подарки. Судя по всему, это не самые зажиточные горожане, те, что не могут себе позволить моднейший сервис заказа товаров на дом и удаленный пошив одежды с двойной примеркой.
Но их веселые улыбки и румяные щеки, оживленные разговоры и тяжесть сумок и пакетов, полных приятных мелочей и не только, с лихвой покрывали непричастность к «элите».
Эти люди сами покупали елку, устанавливали ее в гостиной и наряжали игрушками и гирляндами всей семьей, не привлекая консультантов.
И я, признаться, сейчас им завидовала.
Как давно у меня не было уютного, семейного Нового года! Мы с папой уже три года его отдельно отмечали.
Собственно, это даже не стоит называть словом «отмечали». Только если покупкой нового календаря на стенку.
Но нечего раскисать. Я в логове обидчиков, у Вальдранов. И у меня несколько дней, чтобы разобраться в произошедшем между моим отцом и Джералдом. А заодно вернуть права на отцовское изобретение.
С каждым часом я все более уверялась, что история эта нечистая и несправедливая. Если Вальдрану не нужен волновой передатчик, права не должны оставаться у этого дельца!
Да, задача невероятно сложная. Уже понятно, что Джералд искусственно чистит рынок от конкурентов.
Приборы связи должны продавать только Вальдраны. И только свой Луч, потому что его наклепали больше, чем в нашем мире драконов и гонщиков.
Единственная возможность продавать Луч Вальдрана дорого и постоянно — менять внешние параметры шлема, чтобы гонщики ждали выхода новой модели, оформляли предзаказы, выкупали по бешеной цене и хвалились друг перед другом свежей моделью.
Джералд Валдран сделал из своего Луча предмет престижа. В новых шлемах точно такая же начинка, как и в старых, но внешний вид оболочки меняется.
Возможно, хлипкая начинка — тоже стратегия, чтобы не прослужила дольше года. На этот счет должна быть какая-нибудь стройная версия, наверняка. Может магический кристалл нуждается в замене, или капсула с кровью наездника.
В этих размышлениях я добралась до особняка Вальдрана. И первое, о чем попросила Тасю, выдать мне «экранчик», чтобы посмотреть магоролики, посвященные Алеку Вальдрану.
Он ведь говорил мне, что у него есть свой канал. Давно пора его изучить.
Спустя десять минут модный аксессуар на основе магических кристаллов, воспроизводящих цветную картинку и звук, был в моих покоях.
— Пока смотришь эту всякую мишуру, — Тася небрежно пошевелила пальцами, — велю принести тебе что-нибудь пожевать. Чай и вкусняшки.
— Тетушка! — взмолилась я. — Мне еще надо в костюмы и платья влезть, которые завтра доставят.
— Влезешь! — успокоила Тася. — От магических сладостей не полнеют.
Переспорить Тетушку решительно не было никакой возможности, я поблагодарила ее за хлопоты и принялась изучать магоролики.
