Аквилон. Маг воды. Том 5 (СИ) - Токсик Саша

Этот человек не барахтался и не тонул. Он стоял в воде так, словно на твёрдой земле. Вода вокруг него была послушна, как дрессированный пёс. Вокруг него кружили водяные змеи, десятки полупрозрачных созданий, почти невидимых в мутной воде. Это были те самые твари, которые только что убили людей Стаи.

Лицо молодого мага было совершенно спокойным. Он оглядывался вокруг, и глаза его, ярко-голубые, почти синие, были холодны, как вода на речном дне.

Инстинкт сработал раньше разума.

Бычок сделал то, что делал всю свою жизнь в моменты смертельной опасности. Он накинул на себя иллюзию невидимости, самую мощную, на какую был способен. Стал прозрачным, растворился в воде, исчез из видимого мира. Это была его лучшая способность, его главный козырь, который всегда выручал в безвыходных ситуациях.

Но в ту же секунду он понял, какую чудовищную ошибку совершил.

Голубые глаза мага воды уставились прямо на него. От мага воды, который воспринимал мир через свою стихию, спрятаться невозможно.

И там, где секунду назад был обычный тонущий человек, теперь ярко полыхало пятно магической активности. Бычок своей же иллюзией выдал себя.

Молодой человек поднял руку.

Что-то ударило Бычка изнутри. Не больно, но невыразимо страшно. Что-то потянуло из него силу, выкачивая её с немыслимой скоростью.

Иллюзия невидимости лопнула, как мыльный пузырь.

Бычок снова стал виден. Здоровяк, беспомощно барахтающийся в воде с вытаращенными глазами. Все его иллюзии, и магические, и жизненные, рассыпались в один момент.

Щупальца из плотной воды обхватили его тело, мягко, но плотно. Потянули куда-то, не давая сопротивляться. Враг хотел взять его живым.

Бычка потащило к берегу. Источник был пуст, тело стало ватным и непослушным.

Темнота накрыла его с головой, и Бычок потерял сознание.

Я плыл к берегу, и водяные щупальца тащили за мной тело пленника. Вокруг его головы я поддерживал пузырь воздуха, чтобы он не захлебнулся раньше времени. Здоровяк был без сознания, но дышал ровно, и это меня вполне устраивало. Мёртвый он был бы бесполезен, а живой мог рассказать много интересного.

Я позволил себе мысленно подвести итоги. Пять лодок и больше двадцати человек. Все мертвы, кроме одного. Два дня подготовки не прошли даром.

Когда я понял, что придётся ждать гостей из Стаи, то решил использовать время с пользой. Я создал боевых элементалей, тех самых, что уже хорошо показали себя в схватке с пиратами по пути в Трёхречье. Стратегия была простой, но от этого не менее эффективной.

Элементали-медузы были совсем примитивными созданиями, размером с кулак, почти лишёнными разума. Каждая из них несла в себе одно-единственное заклинание и одну-единственную функцию.

Я создал их в воде ещё ночью, и они тихо прилипли к днищам приближающихся лодок, незаметные, как пиявки.

Когда лодки подошли достаточно близко, я отдал команду, и медузы сделали то, для чего были созданы. Пять хлопков, пять лодок, и все враги оказались в воде.

А в воде их уже ждали элементали-змеи.

Они обвивались вокруг жертв и присасывались невидимыми ртами, вытягивая жизненную силу до последней капли. Смерть наступала быстро. Человек просто слабел, терял сознание и переставал дышать.

Я не питал иллюзий насчёт морального облика тех, кого только что убил. Любой суд в отправил бы их на виселицу, а я просто сэкономил время и избавил палача от лишней работы.

Самым сложным было определить, кого из них оставить в живых. Мне нужен был кто-то, кто знал достаточно. Рядовой головорез для этого не годился.

Но маг-иллюзионист выдал себя сам, и за это я был ему почти благодарен.

Теперь его можно будет допросить. Узнать, кто послал эту флотилию. Кто стоит за охотой на последнего Аквилона и готов заплатить за мою голову.

Берег был уже близко. Я видел скалы, валуны, и фигуры стражников, которые выглядывали из своих укрытий, пытаясь разглядеть, что происходит на воде.

И в этот момент в моё сознание ворвался голос Капли.

Не слова, а образы и эмоции, хлынувшие потоком чистой, концентрированной паники. Капля осталась на территории шахты, чтобы поддерживать связь на случай непредвиденных обстоятельств.

Бурлаков видеть её не мог, зато она могла передать информацию от меня Наде или Волнову, а те уже сообщить стражникам.

Но сейчас она была в ужасе.

«Данила!!!»

Образы мелькали, словно кто-то листал картинки с бешеной скоростью. Территория шахты, знакомые бараки, двор между постройками. И что-то огромное посреди всего этого, силуэт, который я не мог разобрать, потому что он двигается слишком быстро.

«Страшный! Большой! Ломает всё!!!»

Треск дерева. Крики людей. Кто-то бежит, спотыкаясь. Видны вспышки магических жезлов, пузыри силовых щитов. Стена барака разлетается в щепки, словно по ней ударили тараном.

«Данила скорее!»

Глава 13

Патрульный, стоявший возле кромки леса, не успел понять, что происходит.

Михась преодолел расстояние между опушкой и постом за считанные секунды, и его тело трансформировалось уже на бегу.

Кожа уплотнялась, приобретая серовато-землистый оттенок, мышцы наливались силой и увеличивались в объёме, а кости становились прочнее стали. Это было привычное ощущение, словно он натягивал хорошо подогнанную броню.

Он ожидал увидеть людей Ерёмы, пиратов и контрабандистов в засаленных куртках, но вместо речной швали на территории шахты мелькали фигуры в тёмно-синей форме речной стражи.

Ерёма их предал и сдал властям, вот что подумал Михась на бегу. Продался за помилование или за деньги. Проклятая крыса!

То, что он сам собирался убить Ерёму, Михася не смущало. До его залитого под самую маковку адреналином сознания даже не дошла ирония ситуации. Впрочем, сейчас ему было всё равно, кого убивать.

Его кулак врезался в грудь стражника раньше, чем тот успел протянуть руку к жезлу. Тело молодого парня отлетело на несколько метров и рухнуло у стены ближайшего барака, где осталось лежать неподвижно.

Мало кто знал, почему Михась получил прозвище «Костолом». Вовсе не за то, что любил лично наказывать провинившихся подчинённых своими тяжелыми кулаками. И не за юношеские поединки в кулачных боях, которые он всегда выигрывал.

Единицы видели Михася в боевой форме. Ещё меньше из них могли что-то рассказать. Костолом не любил оставлять живых свидетелей.

Михась не останавливался ни на мгновение. Он нёсся через двор, и земля дрожала под его тяжёлыми шагами. Второй патрульный уже видел, что случилось с его товарищем, и его глаза расширились от ужаса.

Стражник срывающимся голосом заорал: «Тревога!», — а жезл с жёлтым кристаллом вспыхнул в его руке.

Молния ударила Михася прямо в грудь и рассыпалась бесполезными искрами, словно попала в каменную стену.

Михась усмехнулся про себя. Они всегда пробовали молнии первыми, словно не понимали, с чем имеют дело. Его кулак отправил второго стражника в полёт следом за первым.

Навстречу ему бежали люди. Хитрость удалась, все они ждали нападения с реки. Странно что врагов было так много, Бычок и его люди должны были связать оборонявшихся боем. Но все это можно будет выяснить позже.

Вспышки боевых жезлов озарили предрассветный двор, и удары посыпались со всех сторон. Молнии рассыпались, огненные плети гасли, не причиняя вреда, а ледяные стрелы разлетались мелкими осколками. Ничто не могло пробить его защиту.

Михась врезался в строй стражников подобно тарану.

Первый из них выставил магический щит, но тот лопнул под ударом кулака, и его владелец улетел в стену барака. Стена проломилась, обнажив тёмное нутро постройки.

Второй стражник попытался отскочить в сторону, но не успел. Третий и четвёртый оказались на земле раньше, чем Михась осознал, что ударил их.

Его тело работало на рефлексах, отточенных за годы практики, а мозг фиксировал происходящее с холодным безразличием.