Звезданутый Технарь (СИ) - Герко Гизум

Я понял, что пришло время для серьезной инженерной магии.

— Мири, быстро, переключи подачу топлива на форсированный режим и дай импульс на магнитные подушки! — я нырнул под панель, нащупывая тяжелый гаечный ключ, который стал моим единственным союзником. — Если они начнут резать тросы, нас просто сдует ионным ветром! Мне нужно заблокировать их сенсоры или хотя бы сделать нашу обшивку слишком горячей для их захватов! Где там наш гребаный регулятор давления?

— Роджер, ты сейчас предлагаешь подогреть наш корабль до состояния микроволновки, в которой забыли фольгу? — Мири лихорадочно пересчитывала потоки энергии. — Ладно, я попробую создать резонансный скачок в магнитных катушках. Но учти, если вибрация станет слишком сильной, твои пломбы в зубах могут вылететь. Дроиды уже на подходе. Первый «Резчик» готовится к контакту. Он целится прямо в левое крыло, там, где у нас находится основной узел гидравлики.

Я видел через камеру заднего вида, как первый паукообразный робот приземлился на обшивку «Лишнего Процента». Его магнитные лапы с лязгом вцепились в металл, и я почувствовал этот удар всем телом. Дроид не медлил — его плазменная горелка с шипением коснулась крыла, и в кабину ворвался визг режущегося металла, от которого сводило челюсти. Снопы ослепительных искр брызнули во все стороны, подсвечивая ржавое брюхо утилизатора и наши натянутые, как струны, титановые тросы. Я видел, как индикатор целостности корпуса начал медленно ползти вниз, окрашиваясь в тревожный желтый цвет.

— Ах ты ж жестянка недоделанная! — прорычал я, хватая со стойки трофейный бластер.

— Роджер, что ты задумал? — в голосе Мири промелькнул неподдельный интерес. — Ты же не собираешься выходить туда? Там плазма, радиация и очень злые роботы с пилами!

— А у тебя есть идеи получше? Если они перережут крыло, мы потеряем управление, а если перережут тросы, улетим в открытый космос без шансов на спасение! — я натянул шлем и защелкнул фиксаторы, слушая, как внутри костюма загудела система жизнеобеспечения. — Настрой систему подачи топлива так, чтобы катер дергался каждые три секунды. Сбивай им прицел. А я пойду и объясню этим пылесосам, что частная собственность в этой галактике все еще что-то значит. К тому же, у меня всегда была пятерка по предмету «Механика автоматизированных систем», пришло время сдать экзамен на практике.

Я проверил заряд батареи бластера и убедился, что магнитные подошвы скафандра включены на полную мощность. Катер содрогался под ударами дроидов, и я слышал, как второй «Резчик» приземлился где-то в районе кормы. Ситуация была дрянной — мы неслись сквозь космос на брюхе гиганта, нас пытались распилить на части сервисные роботы, а впереди маячил прыжок в гиперпространство, который мог стать для нас последним, если мы сорвемся. Но странное дело, вместо страха я чувствовал только азарт и жгучее желание показать этим железкам, на что способен выпускник академии с гаечным ключом, бластером и плохим настроением.

— Мири, открывай люк, — скомандовал я, проверяя герметичность скафандра.

— Роджер, если ты умрешь, я заберу твой аккаунт в «Галактических Танках» и потрачу все кредиты на розовый камуфляж, — пообещала она, и в ее голосе я услышал странную смесь иронии и чего-то похожего на заботу. — Шлюз открывается через три… две… одну… Повеселись там, космический ковбой!

Глава 17

Макраме под сенью плазмы

Внутренняя дверь шлюза ушла в сторону, и я шагнул в тесный отсек, готовясь к выходу в самое пекло. Впереди меня ждал открытый космос, раскаленная плазма и пять очень целеустремленных дроидов-убийц. Это был мой звездный час, и я не собирался его профукать.

Выход в открытый космос — это не те романтичные картинки из учебников Академии, где ты паришь в серебристом сиянии звезд с чашкой кофе в руке. На деле это больше похоже на попытку удержаться на крыше летящего поезда, пока в тебя швыряют подожженный мусор и пытаются огреть кувалдой. Я висел на обшивке «Лишнего Процента», чувствуя, как магнитные подошвы моего скафандра «Инженер-7» впиваются в металл с отчаянным упорством старого коллектора, вцепившегося в последнюю бутылку синтетического виски. Вокруг бесновался ионный шторм, порожденный дюзами гигантского утилизатора, и в этом хаосе из темного зева люка выпорхнули три тени. Это были «Резчики-9», и их маневровые двигатели работали так слаженно, словно они репетировали этот выход для балета роботов-убийц. Я выхватил трофейный бластер бандитов, чувствуя себя как Рипли в лучшие годы, только без огнемета и с гораздо меньшим количеством оптимизма в крови.

— Роджер, если ты сейчас попробуешь изобразить из себя Джона Рико, помни, у нас нет целого взвода десантников для прикрытия, — прорезался в наушниках язвительный голос Мири. — Дроиды наводятся на наши магнитные захваты. Они хотят отстегнуть нас, как лишнюю пуговицу на старом мундире!

— Вижу я их, Мири! — крикнул я, пытаясь поудобнее перехватить рукоять бластера в громоздкой перчатке. — Сейчас мы проверим, насколько хорошо в имперских дроидах прописан протокол уклонения от прямого попадания в физиономию!

— Поторопись, а то мы станем экспонатом в музее космического мусора под названием «Пилот, который не смог». — Мири явно забавлялась, пока я пытался поймать первого «паука» в прицел.

Я навел ствол на ближайшего робота, который уже начал раскладывать свою плазменную горелку, явно нацеливаясь на мой левый страховочный трос. Эти жестянки двигались слишком быстро, используя инерцию и маневренность, которые моему неповоротливому скафандру даже не снились. В голове всплыли кадры из старых боевиков про десант, там герои всегда палили от бедра и попадали белке в глаз с десяти километров. На деле же мой первый выстрел ушел куда-то в сторону бездонного брюха «Пожирателя Миров», оставив лишь аккуратную притирку на ржавой броне гиганта. Дроиды, не теряя времени, начали методично полосовать лазерами магнитные захваты катера, и сноп искр залил мой визор ослепительным светом.

Проклятье, я мажу как последний штурмовик!

Я стиснул зубы и сосредоточился, пытаясь предугадать траекторию следующего «Резчика», который пикировал на корму.

— Эй, жестянка, лови подарок от Гильдии Вольных Пилотов! — заорал я, нажимая на спуск.

В этот раз заряд ионизированного газа угодил точно в блок оптических линз дроида, превращая его высокотехнологичный глаз в кучу оплавленного стекла. Робот дернулся, его маневровые двигатели взвыли, и он начал беспорядочно вращаться, пока не врезался в обшивку утилизатора с сочным металлическим звоном. Однако радоваться было рано, мой бластер внезапно издал жалобный стон, и я почувствовал, как тепло от перегретого излучателя пробивается даже сквозь термозащиту перчатки. Запах паленой изоляции и перегретого фреона заполнил шлем, напоминая о том, что это оружие бандиты явно обслуживали в перерывах между грабежами и попойками. Индикатор заряда на визоре мигал тревожным красным, намекая, что следующий выстрел может стать последним аккордом для этого куска железа.

Лазерные резаки оставшихся дроидов высекали каскады искр, которые в вакууме смотрелись как смертоносный фейерверк.

— Роджер, прекрати косплеить косого штурмовика и замри на секунду! — скомандовала Мири, и в ее голосе прорезались властные нотки, которые обычно предвещали либо спасение, либо грандиозный взрыв. — Я пытаюсь пробиться в их локальную сеть через нейро-интерфейс, но эти консервные банки используют прошивку с древним алгоритмом «Энигма». Мне нужно, чтобы ты был как можно ближе к их приемопередатчикам. И, пожалуйста, не дергайся, а то я случайно взломаю твой скафандр, вместо робота.

— Мири, детка, ты сейчас просишь невозможного! — я едва успел отдернуть ногу, когда третий дрон попытался подрезать мою подошву циркулярной пилой. — У меня тут дискотека со спецэффектами, а ты хочешь, чтобы я замер как статуя в парке!

Мири на экране моего визора кокетливо подмигнула и поправила воображаемую прядь волос, пока ее вычислительные мощности перемалывали гигабайты зашифрованного кода. Я видел, как строки бинарного «рукопожатия» бегут по периферии моего зрения, пытаясь найти лазейку в защите «Резчиков». Чтобы хоть как-то помочь своей виртуальной подруге, я извернулся и со всей силы зарядил тяжелым магнитным сапогом по настырному дрону, который уже занес свою пилу над моим правым тросом. Удар пришелся точно в сочленение манипулятора, и робот на мгновение завис, пытаясь пересчитать свои алгоритмы равновесия в условиях внезапного пинка.