Статус: Само собой - Клинок системы (СИ) - Flow Ascold

— Может, и так… Вот только мы не низвергли их из малого мира. Они остались, и они вернутся. А Клинка у Системы больше нет. Не уберегла она его… Решила выковать новый. Мы все для неё — ресурс. Каждый из нас — инструмент.

С этими словами дух вернулся в Реликварий, и, надо признаться, настроение он мне испортил… Не тем, что действовал своевольно, а тем, что, чёрт побери, был прав. Но это не есть хорошо или плохо. Это просто данность хозяйки, что пытается уследить за своим хозяйством и отпугнуть гадов, которые лезут на её огород. Весь этот мир и множество других — её владения, и она ведёт свою борьбу с вредителями. И порой радикальными методами…

Мы поднялись в небо и легли на прежний курс. Аттид до самого вечера летел молча. Да и я не горел желанием поболтать.

Дни покатились пёстрой чередой. Внизу сменялись земли и племена. Одни поселения прятались за частоколами, другие — за земляными валами. И каждое при виде нас поднимало тревогу. Я мысленно делал пометки. Дорог здесь нет. И карт этих краёв в Домене тоже нет, так что любая закорючка в моих записях однажды сбережёт разведчикам месяцы работы. Если только города не переедут на новое место, к более плодородным пастбищам.

Однажды под нами проплыли развалины крепости с незнакомой кладкой из тёмного камня. Стены оплыли от времени и вросли в холм, а внутри периметра преспокойно паслись козы. Магической аномалии никакой я не заметил и вряд ли нашёл бы там что-то, кроме чувства причастности к чужой истории. Археологию оставлю отцу: это его хобби. Ему, вообще, множество экспедиций предстоит, если мир вокруг станет чуть более приветливым.

Пару раз в небе нас принимали за добычу. Какая-то зубастая тварь спикировала на Аттида, и через мгновение вниз посыпались перья и куски монстра. Осознать свою ошибку зверюга не успела, как и я запомнить её внешний облик. Был сонный, среагировал поздно. Аттид живее в битву включился и даже победил.

На земле желающих поживиться тоже хватало. Нашу стоянку одним ранним утром навестила стая шестилапых падальщиков, унюхавших остатки ужина. Будить никого не пришлось: дежурил я. Пара молний — и стая дружно передумала расширять своё меню. Трофеев с них никаких, зато взбодрился.

Стоянки мы устраивали в сумерках, подальше от чужих глаз. Дичь в степи водилась непуганая, охота отнимала минут десять, так что по вечерам над углями шипел импровизированный шашлык. На запах жареного мяса Алиса объявлялась мгновенно, в какой бы глубине души до этого ни дремала.

Так, в дороге и у костров, пролетели две недели. Степь постепенно пошла холмами, за ними потянулись перелески, а вскоре стали встречаться и шумные реки, рассекающие каменные плато на части. У одной из таких — на редкость мелкой и в то же время шумной — мы остановились, чтобы пополнить запасы воды. Только я решил, что лучше немного помучаюсь от жажды, когда увидел несколько трупов, уносимых течением вниз…

Я приземлился на плоский валун у берега и выловил ближайшего покойника за ремень. Мелкий, по грудь мне ростом, в кожаном доспехе с металлическими вставками. На коже татуировки. Зубы то ли от природы как у крокодила, то ли точил их специально. Подсумки на поясе набиты промокшим насквозь порохом, а вот оружие река забрала себе. Я всмотрелся в перекошенное лицо и вспомнил одного молодца с механической лапой.

— Гремлин… — произнёс я и посмотрел вверх по течению реки.

Оттуда плыли ещё покойнички, а пена розовела от количества пролитой крови. Где-то там отгремела, а может, и до сих пор идёт битва, и погибших в ней хватало. Тела при этом свежие, суток не прошло. А значит, можно найти и другие следы сражения. Но самое главное — мы практически добрались до первой точки нашего маршрута.

Я отпустил покойника и вытер ладонь о штанину. Пора немного укрепить знания человечества о больших и многочисленных соседях на востоке от Домена. Если земли людей будут расширяться, то рано или поздно мы столкнёмся с гремлинами интересами, и как бы это всё не вылилось в войну. Проще всего будет, конечно, посадить на престол союзника и заключить с ним договор… Но кто же нам даст это сделать просто так?

Глава 5

Вверх по течению мы двинулись пешком. Светить умением летать перед незнакомым королевством рановато, да и следы свежей битвы обещали рассказать о местных больше любого справочника. Река петляла между каменными плитами, покойники в воде попадались всё чаще. И вот километров через пятнадцать берега разошлись, открывая широкую отмель с бродом. За этот брод, похоже, вчера и резались…

Поле встретило нас гарью и перепаханной землёй. Запах сгоревшего пороха всё ещё висел над отмелью, и воронки изрыли оба берега. В стволах прибрежных деревьев, напоминающих иву, застряла картечь. На мелководье лежала на боку шагающая машина с пробитым котлом. Технологическое оружие, однако!

Короткий осмотр дал понять, что при жизни махина ходила на четырёх суставчатых ногах и несла над корпусом поворотную треногу со связкой стволов. В будку стрелка по человеческим меркам поместился бы от силы один взрослый мужик, а по местным — туда влезли бы два гремлина. Стрелок и водитель, как я понимаю… Зиркс мне бы сейчас много чего рассказал об увиденном, но его тут нет.

Я прикинул уровень развития наших соседей, сравнивая со слухами, гуляющими среди торговцев и моряков. Если у здешних вояк подобные игрушки бегают даже по приграничным бродам, Домену стоит подумать о налаживании связи с гремлинами после расширения границ, а не о военной экспансии. Но это так, первое впечатление… Я наверняка многого ещё не знаю.

С убитыми картина вышла ещё занятнее. Крой доспехов одинаковый, оружие из похожих мастерских, а вот клейма на нагрудниках разные. У одних в металле выбита шестерня с клинком, у других — шестерня с башней, и про себя я сразу окрестил хозяев клейм «клинками» и «башнями».

Выходит, никакого вторжения здесь не случилось. Свои резали своих. Причём с полной самоотдачей и применением артиллерии…

Я поднял обломок приклада, повертел и вернул на место. Для гражданской войны масштаб мелковат, для случайной стычки — перебор. Скорее добрые соседи что-то не поделили и выясняли отношения привычным способом.

— Аттид, что скажешь про местных? — поинтересовался я, обходя воронку с мутной водой.

— Немного, уважаемый. Гремлины в наши земли не совались, мы к ним тоже. Слышал лишь, что их много и что торговцы они ушлые.

— Хм…

Принялся вспоминать рассказы Зиркса о его родине и привычках. По виду погибшим было лет от пятнадцати до двадцати. Вряд ли старше. Хоть я и не эксперт в определении возраста гремлинов, но явных стариков тут точно нет.

Совершеннолетие гремлинов наступает в тринадцать лет. До старости доживают редко. Сам Зиркс периодически кряхтел, спихивая всё на свой возраст, хотя ему самому сейчас лет двадцать пять. Видимо, уже приближается к почтенному возрасту старца…

— Воюют они много и часто. Не с внешними врагами, а друг с другом. Похуже орков, между прочим. Для тех война — священное ремесло, а для этих — способ отстоять свои границы и прибыль и захватить побольше власти, — добавил Аттид сведений в коллекцию.

Ну, это многое объясняет. И вечную гремлинскую спешку, и готовность стрелять друг в друга из-за брода. Если они живут в среднем по двадцать лет, то времени на сомнения не остаётся: хочется взять от жизни лучшее. Взять всё, что она предложит, пока ты ещё молодой.

Я вытянул Реликварий и раскрыл его сразу на второй странице. Тень Гарвина выползла из книги и застыла в полупоклоне.

— Прогуляйся по полю и обоим берегам, — распорядился я, — посчитай живых да глянь, кто у них главный и что они тут стерегут. Как обычно, упор на членов Лиги. Если найдёшь, сразу дай знать. В Реликварий можешь не возвращаться, постоянно ходи вокруг, смотри за местными. Если увидишь лиговца, тенью мне пошевели или как-то ещё незаметно меня предупреди. Будем убивать так, чтобы не выдать себя.