И тогда… посмотрела на генерала внимательнее.
Почему он так спокоен?
Я вдруг заметила на его белоснежной рубашке следы крови. Сердце оборвалось, когда я едва не решила, что его ранили.
Но… нет.
Рубашка была запачкана чужой кровью. А его руки — чистые. Лицо — словно маска. Застывшая и неподвижная.
И только глаза… Его глаза говорили, что всё под контролем.
Что всё в порядке.
Какое «в порядке», когда у меня к шее приставлено холодное, острое лезвие?
От верзилы за моей спиной ужасно воняло. Кислой капустой, прогорклым потом и чем-то гнилым. Будто он не мылся целую вечность.
Я сжимала крошечную ладошку Лианы, которая обняла меня за ногу и спрятала лицо, уткнувшись в мою рубашку. Малышка Мари сонно возилась у меня на плече, едва шевелясь.
Я была благодарна, что у неё такой крепкий сон. Я понимала — стоит мне дёрнуться… и кончик лезвия вспорет мне яремную вену.
Я снова посмотрела на генерала. Его руки сжимали подлокотники кресла. до побелевших костяшек.
Позади послышались издевательские реплики. Громила наслаждался. Растягивал момент. Наслаждался страхом. Унижал доблестного генерала. Тешил своё самолюбие. Но Нортан не реагировал. Он просто смотрел своим желтыми глазами на меня. И не позволял мне упасть в панику. Он стал моим якорем.
И тут вдруг… я почувствовала, что в коридоре стало прохладнее.
Сначала едва заметно. Потом сильнее.
Этот верзила, возможно, тоже бы это почувствовал… Если бы не продолжал издеваться. Если бы не был так увлечён оскорблениями.
Я хотела поднять взгляд вверх. Но заметила, как Нортан едва заметно качнул головой. Совсем чуть-чуть. Я прикрыла глаза. И тут же открыла.
Дала ему понять, что поняла. Я только сильнее прижала девочек к себе.
И тогда… стало ещё холоднее.
В воздухе появилось ощущение водной прохлады. Той самой, что чувствуешь в жару, когда склоняешься над колодцем.
Она разрасталась. Нарастала. Сгущалась. Воздух становился влажным. Тяжёлым. Наполненным силой. Девочки, возможно, не чувствовали этого.
Меня же начало трясти. Я вдруг резко продрогла. Влажность в воздухе резко выросла.
— Ну так что, калека… готовься к… — цокнул позади бугай.
Он не успел договорить. Всё произошло… в одно мгновение. Как порыв ветра.
Позади только раздался хрип. И в ту же секунду я почувствовала — там, где клинок касался моей кожи — прикосновение магии Нортана.
Клинок верзилы упала на пол. Это был сигнал.
Я тут же опустилась на колени вместе с девочками. Отползла в сторону, прижала их к себе, закрывая им глаза и уши. Только тогда повернулась и увидела, как огромная, гибкая водяная лиана стелилась по потолку.
Тонкие ручейки переплетались, сгущались… превращаясь в смертоносное копьё. Оно изогнулось и пронзило бугая.
Тот рухнул на пол с глухим, тяжёлым грохотом. В ту же секунду тело было скрыто от нас водным щитом.
Нортан не мог владеть своим телом. Но это не значило, что он не мог владеть своей магией. И ее у него было столько, что становилось страшно от его мощи.
Я расплакалась от облегчения. И в этот момент дверь в дом распахнулась.
Та самая, где стоял бугай. Ворвались люди в чёрном. Я всё ещё сжимала девочек.
— И где тебя носило, Кейган? — процедил он.
— Да ты, я смотрю, уже и сам справился, — усмехнулся тот.
И в коридор швырнули ещё одно тело. Но в следующий миг Кейган увидел меня. И девочек, которых я прижимала к себе, закрывая им глаза и уши.
Его лицо изменилось. Он резко обернулся:
— Убрать. Быстро.
Мужчина позади него, в форме без опознавательных знаков, тут же подхватил тело и потащил его наружу. А потом вернулся и за другим. Кейган тоже вышел. Я заметила, как Нортан одним взглядом показал ему испариться с моих глаз.
Нортан подъехал ко мне и протянул руку. Я протянула ему Мари. Тот сразу перехватил её, уверенно, аккуратно. Потом принял у меня Лиану и поцеловал ту в лоб, прижимая ее к своему плечу. А потом он тихо позвал меня ближе.
— Кира, девочка. Иди сюда.
Я подползла к нему на коленях. Казалось, что ноги просто перестали мне принадлежать. Они не слушались. Не держали. Всё тело было ватным, чужим.
Я не выдержала… и просто уткнулась лбом в его колени. Закрыла глаза.
Почувствовала, как его рука легла мне на голову. Он гладил меня.
— Тише… — хрипло произнёс он. — Всё. Всё уже закончилось.
Я размазывала слезы по лицу, но все равно продолжала утыкаться лбом в его колени. Пальцы Нортана скользили по волосам, по затылку, осторожно, почти невесомо.
— Всё хорошо, Кира… всё хорошо.
И я вдруг поняла, что дрожу. Что всё это время держалась только на одном упрямстве. А теперь… можно было просто не двигаться.
Но всё закрутилось так быстро. Кейган вдруг открыл дверь и, как я поняла, привёл лекаря. И в тот же момент девочки вскинули головы.
— Розочка! Ты пришла!
Мари соскользнула с колен отца. А Лиана перестала обнимать его за шею и потянулась вперёд.
Я развернулась, чтобы посмотреть. Целительница была женщиной. И она тут же начала осматривать девочек.
А тем уже не терпелось обняться с их Розочкой. Судя по тому, как они радовались — они мало что поняли из произошедшего.
А Мари и вовсе, кажется, почти всё проспала. А Розочка…
Розочка оказалась очень милой седовласой старушкой. Она наклонилась к девочкам, обняла их, что-то тихо говорила, успокаивала. И те прижались к ней, как к родной.
Потом я почувствовала руку Нортана. Он помог мне подняться. Я прислонилась лопатками к стене, пытаясь удержаться.
Нортан уже отдавал короткие распоряжения. Девочки крутились рядом.
— Кира, тебе нужен лекарь, — сказал он.
— Нет… — выдохнула я. — Я сама выпью свой настой… и всё будет хорошо.
Розочка, как звали её девочки, повела их спать в спальню. Я же постелила ей в гостиной. А сама… сдёрнув с себя одежду в спальне, ушла в душ.
Нортан остался разбираться с нападением на нас.
Вода ударила по коже. Я снова размазывала слёзы по лицу. Ощущение полной беспомощности накрыло меня.
Я думала… что со мной этого больше не произойдёт.
Что я больше никогда не почувствую это состояние. Но как же я ошибалась.
Когда вышла — кожа была красной, как у рака. Я слишком сильно тёрла её.
Слишком отчаянно. Я замоталась в одно полотенце, которое едва прикрывало бедра, вторым скрутила тюрбан на голове и вышла в комнату, всё ещё нервно выдыхая.
И не ожидала… что буду там не одна. Нортан сидел у моей кровати. И листал мою книгу по врачеванию. В комнате было темно. Только мягкий свет светильника освещал его.
Генерал повернулся, а я застыла, сжимая узел полотенца.
Глава 21
Мы смотрели друг на друга. Я замерла и не могла пошевелиться. Ощущала себя добычей перед хищником. Несмотря на то, что Нортан не мог ходить и внешне казался почти безобидным, это было лишь внешнее впечатление.
Сегодня я своими глазами увидела, что он остаётся смертоносным оружием даже в таком состоянии.
А ещё меня вдруг посетила странная мысль… что именно таким — располагающим, понимающим, спокойным и… добрым — он бывает только со мной и девочками.
Я ведь читала про него. О Нортане писали как о жёстком, холодном, беспощадном генерале. Там не было ни слова о мягкости, ни о том, что он может быть заботливым.
Поймала себя на этой мысли и тихо выдохнула, ощущая, как внутри поднимается что-то тёплое, почти болезненное.
Я ещё крепче сжала узел полотенца на груди, будто это могло меня защитить, а Нортан тем временем медленно убрал книгу на тумбочку и, не отрывая взгляда, попросил:
— Подойди ко мне, Кира.
Я инстинктивно сделала полшага назад, но он смотрел на меня, не моргая, и его жёлтые глаза буквально прожигали. Сейчас он был не просто мужчиной в кресле, он был генералом, приказ которого не обсуждают.
— Кира, — повторил он.
Я подошла, ступая босыми ногами по холодному деревянному полу, и остановилась перед ним.
